Тридцать лет среди мертвых
Шрифт:
Дух. (Ощупывает лицо.) Это не мое лицо, и я не хочу этого тела. Я хочу вернуть свою прекрасную фигуру.
Врач. Теперь вашей задачей будет служение другим в духовном мире.
Дух. Эти люди хотят, чтобы я пошла с ними; оказывается, я очень нравилась им как человек и актриса. Кажется, мои боли проходят. Скажите мне, пожалуйста, как я попала сюда, хотя никого из вас не знаю. Я не понимаю, почему сегодня вечером я здесь. Сейчас я чувствую себя довольно хорошо.
Врач. Мы здесь регулярно устраиваем сеансы, чтобы понять, что происходит с умершими. Моя жена – медиум, и вы сейчас находитесь в ее теле.
Дух. Альфред говорит, мне пора идти. Я думала, что умираю и у меня бред; но долго и упорно боролась с этим ощущением. Я совсем не хотела умирать и собрала всю свою волю в кулак, чтобы остаться живой как можно дольше. Однажды я ощутила сильную слабость и заснула на несколько минут; но потом очнулась с тем же желанием жить. Меня сочли мертвой, но я была жива. Я просто заснула. Я хотела жить, потому что я так люблю жизнь. Но я очень долго была больна и очень страдала. Я опять заснула и на этот раз спала долго. Когда я потом проснулась, было темно, я совсем ничего не видела. Кругом темно, темно, темно. Я не видела даже слабого луча света, кругом была одна тьма. Это было настоящее несчастье – сплошная тьма. Тут я, кажется, снова заснула, и мне приснилось, что ко мне пришли Альфред и Джон и сказали: «Анна, просыпайся! Мы пришли, чтобы помочь тебе. Пойдем с нами, пойдем!» Тут я, кажется, проснулась, но была так больна, что не могла идти с ними. Но они сказали: «Мы отведем тебя в одно место, где ты получишь новое тело. Тогда ты снова станешь здоровой и веселой. Пойдем, пойдем с нами в мир более прекрасный, чем этот!» Вы знаете, я явно окрепла и опять чувствую себя хорошо. А эти ужасные боли – они не вернутся? Они так досаждали мне. Я всегда избегала слишком много есть и пить, иначе я не сохранила бы фигуру. Я не ела мяса, потому что толстела от него; я всегда ела лишь столько, чтобы сохранить округлости фигуры. А что теперь? Почему я не могла прожить свою жизнь лучше и ярче? Жизнь была так прекрасна. Это тяжелый удар для актрисы, когда теряешь всех своих поклонников и обожателей.
Врач. Альфред и Джон все еще делают вам комплименты?
Дух. Нет, они и выглядят-то сейчас совсем иначе, чем прежде. Они стали такими серьезными, что кажутся мне совсем чужими. При этом они выглядят намного моложе; я знавала их более старыми. Они уже не говорят мне: «Пойдем развлечемся!» Жизнь была так прекрасна, у меня были поклонники. Но из тщеславия я сама причиняла себе страдания. Врачи говорили, что если бы я не так сильно затягивала корсет, я бы так не болела. Но я не слушала врачей. Они уговаривали меня побольше есть, чтобы быть сильной и здоровой. Но я боялась, что если буду лежать в постели и много есть, если откажусь от своих регулярных массажей и ванн, то не сохраню фигуру. И я голодала. Когда я лежала в темноте, ко мне подошел Альфред и сказал: «Пойдем, я покажу тебе нечто более прекрасное, чем хорошая фигура, эгоизм и тщеславие; это все тени. Пойдем, мы покажем тебе, почему мы должны жить для других. Ты опять станешь красивой, если будешь служить другим. Но ты должна забыть себя прежнюю и отказаться от эгоизма». Теперь я должна служить и помогать.
Тут дух потерял власть над медиумом и исчез.
Через два года Анна Эйч. привела в наш кружок Оливию Т. и Анну Д., после чего еще раз беседовала с нами.
Добрый вечер! Сегодня вечером я пришла, чтобы поблагодарить вас за то, что вы для меня сделали. Сейчас я абсолютно счастлива. Я всегда жила только для себя, для моего тела, для того, чтобы хорошо выглядеть. Я жила только ради своего удовольствия.
Если живешь только ради своего удовольствия, нельзя стать действительно счастливой. Тебя всегда будоражит мысль, что какая-то другая женщина обладает еще большим блеском, чем ты, или вытеснит тебя с первых ролей, или отнимет у тебя почитателей.
Здесь, в этой комнате, я тогда вновь обрела свое внутреннее равновесие после того, как я так долго просидела в полной темноте. Я ничего не видела и только вспоминала сделанные мной обещания, которых я не сдержала, и была очень несчастной.
Теперь я знаю, что такое жизнь на самом деле. Истинная жизнь состоит в служении окружающим нас людям, в том, чтобы делать другим добро, помогать им. Тогда и тебе самому помогут. Человека делает счастливым сознание того, что рай – это рай внутреннего удовлетворения.
Когда я была здесь в первый раз, я была подавлена и несчастна. Я всегда думала только о себе, никогда не думала о Боге, нашем Создателе. Но мы все должны думать о Нем и пытаться познать Его. Он – Единственный, кому мы должны молиться. И мы должны стремиться к познанию, не удовлетворяясь слепой верой, к познанию Бога в высшем смысле этого слова.
Когда-то я прилежно ходила в церковь. Я была истово верующей и проклинала всех, кто думал иначе, думала, что если не поступать так-то и так-то, то не спасешься. Вот причина, почему некоторые оказываются на обочине дороги.
У людей всегда есть время только для удовольствий. В церковь они не ходят. Почему они не научились понимать истинный дух Христа?
Нужно предоставлять им невинные удовольствия разного рода, но не держать их в сумерках и все время то и дело заставлять молиться. Люди иногда оступаются. Это хорошо, если они ходят в церковь, но им в жизни нужно хотя бы немного радости. А им говорят, что если они не будут ходить в церковь и молиться, то будут падать все ниже и ниже и будут прокляты, причем не Богом, а людьми.
Если оступается девушка, все называют ее «падшей», и никто ей не помогает. Может быть, руку помощи ей протягивает церковь? Нет, церковь не хочет иметь с ней ничего общего, потому что считает, что она уже совсем пропащая. Окружающие говорят: «Мы не хотим, чтобы наши дочери общались с ней, чтобы их видели в ее обществе, потому что тогда она и их испортит».
Христос не проклял даже самую великую грешницу. Он сказал: кто тут без греха, пусть первым бросит в нее камень. Женщина изменила мужу, и десятки мужчин, исполненных праведного гнева, готовы были забросать ее камнями. Но когда Христос произнес свои слова, все обвинители исчезли. И что же тогда сделал Христос? Он взял ее за руку, поднял с земли и сказал: «Где те, что обвиняли тебя? Иди и не греши больше!» Этим Он хотел сказать, чтобы она постаралась начать новую жизнь и встать на путь исправления. Но общество отталкивает ее. Она – падшая, она в самом низу. Куда ей идти? Куда она может пойти? Своим грехом она не навредила никому, кроме себя. Ее собственное «я» обвиняет ее за ее проступок. Как же ей теперь вновь подняться? Если бы она пошла в церковь, она бы и там не нашла помощи. Так что ей остаются только низшие слои общества, где вся жизнь проходит в удовольствиях, а совесть пытаются утопить в вине. Предположим, мы рассказали бы каким-то людям, что эта несчастная девушка оступилась и только потому ей пришлось искать пристанища в низах общества; она испорчена, у нее не было шансов вновь подняться наверх, и так она стала совершенно бесхарактерной. Вы думаете, кто-нибудь помог бы ей? Нет, это никому бы и в голову не пришло.
Мы должны всегда пытаться помочь другим, особенно слабым и падшим, помогать им вновь подняться, как учил нас Христос. Не проклинайте их, а помогайте им вновь подняться в их привычное окружение, помогайте им стать благопристойными и серьезными людьми. Тогда в умы и мужчин, и женщин мы привнесем совсем иное представление о жизни.
Мужчин упрекают, что они виноваты в том, что сбивают с пути бедных, невинных, юных девушек. Мужчинам не следует, говорят им, выделять молодую девушку, а тем более делать ей комплименты только потому, что у нее симпатичное личико и она так мила и нежна. Этим мужчины портят девушку. Мужчина же не теряет из-за этого уважения общества, а девушка опускается все ниже и ниже. И однажды она уже не в состоянии вернуться в свое прежнее окружение, а остается там, где оказалась.
Если бы вы могли видеть жизнь парижских низов, вы содрогнулись бы от ужаса и поняли бы, что это настоящая преисподняя. Туда попадают люди, потерявшие всякую гордость, а в сущности, и разум. Женщины там совсем лишены стыда.
Они уже не верят в Бога и презирают христианскую религию, потому что люди, называющие себя христианами, загнали их туда, где они сейчас находятся. Они думают, что Бога нет, и потому они могут делать все, что им заблагорассудится.
Будем же по возможности помогать этим несчастным! Я сейчас работаю в притонах привязанных к Земле духов. Там я им служу. Было время, когда я не хотела пачкать себе руки, чтобы помогать другим, потому что меня обслуживали со всех сторон. У меня была камеристка, и, если я тут же не получала чего-то, чего мне хотелось, я ругала ее и была очень недовольна.
Сейчас я служу падшим из падших в истинном духе Христа, который учил нас служить другим и любить наших ближних, как самих себя, и Бога более всего другого.
Если человеку оступившемуся, свалившемуся в придорожную канаву вовремя помочь, все объяснить, то такая душа быстро станет готовой служить и помогать, а ее любовь к своим товарищам по несчастью будет сильнее, чем у человека, которому ничего этого не объяснили. Кто всегда содержал в порядке свой дом, ходил в церковь, был бодрым и добрым, тот никогда не узнает нужды и несчастья.