Тридцатого уничтожить!
Шрифт:
Мгновенно сработал мозг и выдал ему решение, которое появилось чуть раньше. Он резко дал газ и устремился по насыпи. Взвизгнули колеса, а машина разгонялась все быстрее и быстрее. Лишь бы стойки вагона выдержали, подумал он в последнее мгновение, отпуская крепление кресла. Машина взмыла в воздух, пролетела несколько метров и врезалась точно посередине последнего вагона.
Раздался скрежет ломающихся первых железных стоек вагона, треск досок. Казалось, что при такой скорости "Волга" пробьет вагон насквозь и вылетит с другой стороны. Однако расчет Савелия оказался правильным: передняя стенка и стойки вагона были достаточно крепкими и погасили скорость машины, а задняя стенка и вообще осталась почти целехонькой.
Состав со странной конфигурацией последнего вагона, из которого торчал багажник "Волги", промчался мимо переезда.
Не успел шлагбаум подняться до конца, а к лежащему на асфальте капитану уже подъехала машина, из которой выскочил тот, что прохаживался за переездом. Он посмотрел на капитана, постепенно приходящего в себя, и повернулся, глядя вслед уходящему составу...
– Икс-три, Икс-три, - сквозь душивший его кашель проговорил капитан.
– Он в вагоне! Я не смог! Бля буду, не смог!
– Способный мужик этот Тридцатый!
– уважительно заметил Икс-три.
– И за что только тебе такие деньги платили, Крот?
– покачал он головой, повернулся, сделал шаг к своей машине, но потом вдруг сплюнул в сердцах и, не глядя в его сторону, дал очередь из автомата. Пули вспороли грудь капитана в нескольких местах и оборвали все его мечты о покое и личном приусадебном участке.
Икс-три прыгнул в машину и громко крикнул водителю, чтобы слышали и те, кто находился во второй машине:
– Гоним за составом!
– он поморщился, но всетаки взял в руки рацию. Четвертый! Четвертый! Вызывает Икс-три!
– Четвертый на связи! Говорите, Икс-три!
– К сожалению. Крот упустил Тридцатого!
– Где он?
– Прямо в "Волге" врезался на ходу в вагон и умчался вместе с железнодорожным составом! Стараюсь догнать состав!
– Уж постарайся, милок!
– с ехидной угрозой бросил Четвертый и швырнул рацию на стол.
– Черт знает что: был, что называется в руках и...
– Я же вас предупреждал, - ухмыльнулся спокойно Психолог, затем снова взглянул на карту.
– Срочно перекройте железнодорожный мост в квадрате семь!
– Но он же стратегический и охраняется войсками!
– растерянно выпалил Четвертый.
– Значит, нужно что-то придумать, чтобы состав остановился по собственной инициативе.
Четвертый немного подумал, потом снова взял в руки рацию:
– Икс-четыре! Икс-четыре! Вас вызывает Четвертый!
– Слушаю вас, четвертый! Икс-четвертый на связи!
– Во что бы то ни стало вам нужно остановить железнодорожный состав в районе моста в квадрате семь! Но себя не обнаруживать! Вам все ясно?
– Так точно, Четвертый! Остановить железнодорожный состав в районе моста в квадрате семь! Себя не обнаруживать!
– Правильно, выполняйте! И запомните: мне нужна голова Тридцатого живая или мертвая! Все!
– Икс-один! Икс-один! Вызывает Четвертый!
– Икс-один на связи! Слушаю вас, Четвертый!
– Что с одиннадцатым? Что с американцем?
– Одиннадцатого вроде отправили в госпиталь: послал для уточнения Икс-два. А вот с американцем хуже: как сквозь землю провалился. Предполагаю, что убит во время боя с вертолетами.
– Хорошо, если так! Держите меня в курсе! Все! Да, очень прошу вас учесть главное: не дайте им исчезнуть из нашего региона! Действуйте!
– Он положил рацию на стол и некоторое время внимательно смотрел то ли на нее, то ли в никуда.
– Да, Рэкс, недооценил я тебя! А может, и очень хорошо, что все так получается.
Во время смертельного головокружительного прыжка на машине Савелий думал только об одном: выдержит или нет вторая стенка?
Удар был настолько силен, что двигатель сорвало с креплений, и он едва не придавил Савелия. Скорее всего, так бы и произошло, если бы Савелий тогда не открепил свое кресло и не вцепился мертвой хваткой в руль. Но все-таки ему не удалось избежать последствий мощного удара: он очень сильно ударился о рулевую колонку, а прогнувшейся крышей попало по голове.
Когда Савелий открыл глаза, его охватил испуг: ничего перед собой не увидел и подумал, что ослеп. К счастью, этого не случилось: просто ему залило глаза кровью, да и в вагоне царил полумрак.
Когда ему удалось высвободить прижатую торпедой руку, он протер глаза и осторожно начал проверять свои мышцы и кости. Не считая ушибов груди и головы, все было цело. О таких мелочах, как вывихнутый палец на левой руке и несколько порезов он даже и не задумывался, считая, что отделается легким испугом.
Осторожно, чтобы не добавлять порезов о металл, он выбрался из кабины и выглянул в пролом в стенке вагона: в нескольких десятках метров позади состава увидел синий "Москвич" с боевиками. Они его тоже заметили и тут же открыли огонь из четырех стволов.
Пули вгрызались в дерево вагона, вырывали из него щепки, пробивали багажник "Волги", того и гляди могли попасть в бензобак, и тогда ему можно было рассчитывать только на чудо.
От шума выстрелов, треска ломающихся от пуль досок Савелий, казалось, что он оглох.
В кабинете Четвертого снова послышался вызов по рации:
– Четвертый, Четвертый! Вас вызывает Икс-два!
– Говорите, Икс-два! На связи Четвертый!
– Мы нашли Одиннадцатого!
– Где он?
– В окружном госпитале. Сделана операция. Находится под наркозом.
– Поздравляю вас. Икс-два! Убрать! Все!
– он с довольной улыбкой взглянул на Психолога, хотел что-то сказать, но не успел: вновь послышался вызов по рации:
– Четвертый! Четвертый! На связи Икс-три!
– Говорите Икс-три! Четвертый на связи!
– Мы догнали вагон! Его заметили, он жив, но теперь Тридцатому некуда деться!
– Наконец-то! Кончайте с ним! Все! Он повернулся к Психологу и увидел в его глазах сильное беспокойство, но воспринял это по-своему.
Синий "Москвич" шел вровень с последним вагоном, и боевики, получив благословение Четвертого, открыли бешеный огонь из четырех автоматов. Казалось, что вскоре вагон превратится в решето и ничему живому там просто невозможно уцелеть.