Чтение онлайн

Неожиданный свет ярких фар ослепил меня. Я прикрыла глаза рукой. Успокоить взволнованное сердце уже не удавалось. В голове всплывал его образ: тёмные как ночь глаза, правильные черты лица, трёхдневная сексуальная щетина. Сплошное проявление харизмы и мужского обаяния. Я почувствовала лёгкое головокружение и слабость. Но это скорее было приятное волнение, а не тяготеющее чувство.

— Это он?! — мой вопрос был задан с неким утверждением. Всё моё нутро говорило мне: "Да-да, это точно он!" Я перевела взгляд на мрачного мужчину, в моих глазах застыл немой вопрос.

— Ева, пошли. — Игорь потянул меня за руку.

— Подожди. Мне, наверное, стоит поговорить с ним. — я сглотнула подступивший ком в горле. — Скажи Лизе, что я скоро вернусь. — я сделала неуверенный шаг в сторону автомобиля.

— Приятно иметь дело с кротким человеком. — уже за спиной раздался охрипший голос. — Не находите? — мужчина уже обратился к парню, смотрящему как в мою удаляющеюся спину.

Когда я подходила к машине, то сразу же заметила, что прежде он приезжал на другой. Открыв дверь в глаза сразу же бросилась восхитительна кремовая кожа, прошитая белыми нитками, и шикарная отделка ореховым деревом. Сидение имело очень удобную анатомическую форму. Иштар сидел, положив руки на руль в кожаном переплёте, голова была прямой, смотрел он прямо перед собой. Я, затаив дыхание ждала, что он, что-нибудь скажет, первым начнёт разговор, но этого не происходило. Тогда решила начать я, и не громко заговорила:

— Я думала, что мы всё решили… я не вышла тогда и…

— Меня это не устроило. — отрезал мужчина, и не один его мускул на лице не колыхнулся.

— Зачем ты присылаешь ко мне, своих людей?

— Виктор мой… помощник. Он выполняет все мои поручения и иногда делает за меня грязную работу.

— То есть, поговорить со мной — это "грязная работа"? — я недоумевающе посмотрела на неподвижного мужчину.

— Ты поужинаешь со мной. После примешь решение. — машина тронулась с места.

— Подожди, а как же Виктор? — я смотрела в боковое зеркало, мужчина всё ещё стоял около подъезда, наблюдая как автомобиль удаляется.

— У него ещё есть незаконченные дела.

Я осмотрела себя: немного выцветшие джинсы, чёрные короткие угги, серая куртка и шапка с меленькими мышиными ушками. А под курткой домашняя майка с незамысловатыми узорами. И как в таком виде можно ехать куда-то на ужин?!

— За внешний вид можешь не переживать. Ужин пройдёт в моём доме, из которого ты сбежала.

— Сбежала? Клавдия сказала, что насильно меня не держат.

— Так же она сказала, что ты должна меня дождаться.

— Должна?! Думаешь, у меня нет других дел, кроме того, чтобы сидеть в огромном доме и ждать неизвестного мне мужчину?

— Ты провела в этом доме ночь, а неизвестный мужчина находился в соседней комнате.

— Спасибо.

— За что?

— Ну… что не прикасался ко мне. — я почувствовала, как краска заливает щёки и отвернулась к окну.

— Ты была без сознания. — он усмехнулся, но лишь уголками губ. — Я не страдаю некрофилией. И тем не менее, сексуальная связь, не стоит на первом месте моих первостепенных нужд.

За всё время он так и не посмотрел на меня. Из его уст, было странно слышать такое заявление. Весь его образ говорил об обратном. Я немного помолчала, но моя любознательность взяла надо мной вверх.

— И что же стоит на первом месте? — спросила я и сразу же об этом пожалела.

Его губы расплылись в архаической улыбке. Он повернул голову ко мне, ловя взгляд. На мгновение показалось, что тёмные глаза озарились синим пламенем. Казалось, что они пытаются проникнуть глубже, чем возможно. И словно налетев на невидимый блок, он закрыл глаза слегка качая головой и в следующую секунду вернулся к дороге. После нескольких минут молчания, он тихо, но серьёзно ответил:

— Меня интересует душа.

У меня внутри будто всё перевернулось. Вроде обычная фраза, которую часто можно услышать от мужчин-подхалимов и бабников, которые льют в уши девушкам свои байки о том, что "душа важнее тела". Однако, так как сказал эти слова Иштар приобретали достаточно пугающий смысл. Даже голос его в этот момент показался мне отдалённым, неживым, приглушенным. В один момент я почувствовала, что к этому мужчине меня неподдельно влечёт, но также что-то внутри велит сторониться его. Стараясь унять дрожь в коленях, я откинулась на спинку и уставилась в окно, пытаясь прогнать двойственные мысли.

Мы подходили к большой входной двери, из которой я не так давно в панике бежала. Как только моя нога ступила на порог, дверь со скрипом отворилась. Меня сразу же передёрнуло, с моих губ сорвалось ругательство. Я отпрянула назад и врезалась спиной в Иштара. Он придержал меня за плечи, и слегка подтолкнул вперёд.

— Прекрасная донна! Ну что же Вас так напугало? — Виктор стоял в просторном коридоре и самодовольно улыбался краем губ. — Не положено стоять в дверях, да и погода неподходящая, прошу в наш скромный обитель.

Я не понимала, как он успел добраться до дома раньше нас. Ведь когда мы уезжали, он стоял около нашего подъезда и не трогался с места. Более коротких путей объезда быть не могло, разве, что по воздуху, но вряд ли у них на крыше имеется вертолётная площадка.

Не скрывая ужаса и непонимания на своём лице, я прошла внутрь дома. Сейчас Виктор выглядел иначе: серый костюм с чёрной бабочкой, лакированные туфли, белые перчатки. От шляпы он избавился, и гордо стоял передо мной с сияющей лысиной.

— Ева Евгеньевна, позвольте. — он забрал у меня куртку и повесил на старинную стойку.

— Проводи нашу гостью к столу. Я скоро подойду. — Иштар скрылся за дверной аркой, и только по шагам можно было понять, что он поднимается по лестнице.

Я хотела снять обувь, но Виктор вдруг меня остановил.

— Ну что Вы, Ева Евгеньевна! Не стоит переживать, Клавдия наведёт порядок, проходите же скорее к столу.

Женщина показалась в дверном проёме. Сегодня на ней было одето длинное тёмно-зелёное платье. Волосы, собранные в идеальный пучок. Что-то в ней точно изменилось. Дело было в лице. В первую нашу встречу оно было покрыто морщинами, и кожа была отвисшей. Сейчас же она выглядела так, будто сходила на процедуру подтяжки. Кожа на её лице выглядела более гладкой и свежей. Клавдия помолодела лет, так, на пять точно.

— Конечно, милое дитя. Я всё приберу. — и голос, уже не столь скрипучий, прорезанный.

— Простите, но, если в вашем, столь большом доме найдётся хоть одна пара тапочек, я буду очень благодарна.

Они как-то странно переглянулись между собой. Но почти сразу Виктор удалился и уже через минуту принёс мне замшевые балетки, украшенные тёмно-алыми камнями.

— Это рубины, прекрасная донна. — он бесцеремонно склонился к моим ногам и принялся разувать меня.

— Ох, Виктор! Прошу Вас, я справлюсь сама, не стоит так обо мне заботиться. — я была в полном замешательстве, однако Виктор послушно позволил мне справиться самой.