Чтение онлайн

В итоге время уже приближалось к четырем, а он все еще не успел пообедать, что ужасно злило и добавляло резкости в ответы. Ему едва удалось отвадить очередную чокнутую бабулю, уверенную, что в квартире ее соседки ни больше ни меньше тайный бордель, когда позвонил один из оперативников, бывший на выезде, и пожелал передать сообщение коллеге, до которого сам никак не мог дозвониться. Дежурный не сразу нашел ручку, спрятавшуюся под бумагами, а едва ему это удалось, как к окошку подошел какой-то мужик.

– Добрый день, - поздоровался он нарочито вежливо.

Не глядя на него, дежурный вскинул руку, прижимая трубку телефона к уху плечом, мол, погоди минуту. И угукнул, давая понять своему собеседнику, что готов записывать. Тот принялся диктовать, но сосредоточиться на его словах оказалось трудно, потому что подошедший мужик и не думал затыкаться:

– Я ищу свою жену. Ее задержали сегодня на Медвежьем озере...

Дежурный снова махнул ему рукой, мол, погоди, дай я закончу, но его опять проигнорировали:

– Юлия Федорова. К сожалению, не знаю ни имени следователя, ни оперативников, занимающихся этим делом. Там речь об убийстве девушки. На озере.

– Погодь, тут у меня клиент настырный, - бросил дежурный в трубку и, зажав ее рукой, наконец обратился к посетителю: - Мужик, ты че, слепой? Не видишь, я...

Слово «разговариваю» осталось непроизнесенным, поскольку взгляд дежурного уперся сначала в белую трость, которую мужчина держал в руках, а потом и в темные очки, которые скрывали его глаза. Посетитель вежливо улыбнулся, но от этой улыбки дежурному стало не по себе.

– Знаете, очень хорошая догадка. Я действительно слеп. Но со мной вполне зрячий адвокат. И я повторяю свой вопрос: где я могу найти того, кто занимается делом убитой на озере девушки, и сейчас не вполне законно удерживает мою жену - Юлию Федорову?

it -к it

Юля находилась в отделении уже больше часа. Сначала ее минут двадцать мариновали в кабинете, не торопясь ни допрашивать, ни помещать в КПЗ, ни тем более отпускать. Ей даже не дали нормально помыть или вытереть влажной салфеткой руки, испачкавшиеся в крови бедной девочки, тело которой она нашла, поэтому засохшие пятна местами темнели на пальцах и ладонях. Она терла их, но они, казалось, только сильнее въедались в кожу.

Все это время в кабинете с Юлей находился мужчина, которого она прежде никогда не видела. Он сидел за столом у двери и не обращал на нее никакого внимания, ясно давая понять, что общаться ей предстоит с другим. Сам он, скорее всего, просто стерег, чтобы ей в голову не пришло сбежать. Или хотя бы порыться в изъятой у нее сумке, или попытаться позвонить кому-нибудь. Да и просто его молчаливое присутствие давило на психику и, очевидно, должно было подготовить ее к разговору.

Потом в кабинете появился другой мужчина, с которым она уже имела неудовольствие познакомиться на озере. Высокий, крепкий, на вид слегка за сорок, но форму держал неплохую. Во всяком случае, живот пока еще не выпирал. С волосами на голове дело обстояло чуть хуже: две глубокие залысины портили его в целом привлекательную внешность, выдавая возраст, а может, и накидывая несколько лишних лет. Еще больше впечатление о нем портил взгляд: крайне неприятный, даже немного злой.

Вячеслав Карпатский. Она не запомнила, кто он - ни должности, ни звания. Просто прослушала это, когда он представлялся, все еще пребывая в шоке после своей страшной находки. Вероятно, из-за этого состояния она очень сбивчиво отвечала на вопросы, чем и вызвала подозрения в свой адрес, вот он ее и забрал. Все время, проведенное в тишине, Юля пыталась взять себя в руки, успокоиться и мысленно выстроить предстоящий рассказ, чтобы он звучал более убедительно.

Карпатский вошел и сел за стол, у которого все это время дожидалась она. На Юлю он даже толком не взглянул, сразу принялся перекладывать какие-то бумажки, потом что-то писать. Прошло еще не меньше пяти минут, прежде чем он наконец поинтересовался:

– В чем заключалась суть вашего конфликта с убитой?

К такому вопросу Юля не была готова, поэтому он сбил ее с толку. Лишь через несколько секунд, пожав плечами, она смогла ответить:

– Ни в чем. У нас с Катей не было конфликта.

– Тогда зачем вы ее убили? Просто так, из любви к искусству?

– Я ее не убивала!
– возмутилась Юля, чувствуя, как в лицо ударила краска, а сердце быстрее забилось в груди.
– С чего вы взяли?

– Ну, кровь на ваших руках, - он ткнул в нее кончиком ручки, - говорит об этом весьма красноречиво. Ваши следы на месте преступления. Да и само место - ваше владение. А погибшая работала на вас.

– Ничто из этого не доказывает, что я ее убила, - возразила Юля нервно. Она пыталась скрыть свои эмоции, но его убежденность и собственная беспомощность пугали, а страх спрятать не так уж легко.
– Конечно, на моих руках кровь, а у... тела мои следы, ведь я его нашла. Да и обычно люди не убивают своих сотрудников. Без веской причины. А мы с Катей толком и пообщаться-то не успели, в основном переписывались. Виделись всего дважды: когда я ее нанимала и вчера. Она отдала мне ключи, отчиталась о проделанной работе, я ей заплатила - и все.

– Угу, - угрюмо отозвался Карпатский, крутя в пальцах ручку, которой вел протокол допроса.
– А утром? Подруга погибшей заявила, что рано утром вы вызвали ту на работу и после от нее не было никаких вестей.

– Это ложь!
– вновь слишком эмоционально отозвалась Юля.
– Я не разговаривала и не виделась с Катей после того, как рассталась с ней вечером.

– Свидетельница показала мне сообщение, в котором погибшая заявляет, что отправилась на встречу с вами.

Это заставило Юлю снова растеряться. Как парировать подобное заявление, она не представляла, а потому не находила слов. И тогда в голове что- то щелкнуло, всплыло воспоминание четырехлетней давности. В тот раз Влад не дал допрашивать ее, пока она находилась в шоке, а потом пытался отправить с ней адвоката. Юля отказалась, потому что дело вел капитан Соболев, которого они оба успели узнать и внести в список разумных, адекватных людей. Карпатский к ним, очевидно, не относился.

– А капитан Соболев здесь?
– брякнула Юля.
– Могу я поговорить с ним?

Карпатский, до сих пор предпочитавший смотреть или на ручку, или на протокол, наконец поднял на нее свой неприятный взгляд и практически пригвоздил им. Глаза у него было какого-то непонятного цвета: и не карие, и не зеленые, а что-то среднее, мутное.

– Вы с ним знакомы? Думаете, он сможет вас отмазать?

– Да нет же!
– возмутилась Юля.
– Мы действительно знакомы, я видела его в деле. Он толковый, и я ему доверяю.

– Хм, а я, стало быть, бестолковый, и мне вы не доверяете?
– усмехнулся Карпатский.

– Вы обвиняете меня на основании того, что я нашла тело и была знакома с убитой, - Юля не удержалась от язвительного тона.
– Уж извините, если это заставляет меня сомневаться в вашей компетентности.

– Все такие умные стали, - едко отозвался Карпатский.
– Пару сериальчиков посмотрят и думают, что теперь они большие специалисты, а мы тут все дураки. У вас, госпожа Федорова, было главное - возможность. Вы были знакомы с жертвой и заманили ее на озеро. Избавиться от орудия убийства рядом с водоемом - несложно, а главное: вода уничтожит все следы. Остается еще мотив, которого у вас якобы нет, но есть ведь преступления, которые совершаются без мотива. По велению души. Их совершают всякие психопаты и просто психи. Вам ли не знать, вы же были вовлечены в целую серию таких убийств. В совсем еще нежном возрасте. Погибли ваши друзья, вас саму несколько раз пытались убить. Такие вещи не проходят для психики бесследно. Разве я не прав?