Чтение онлайн

Вы мечтаете о свободе. Но ваша свобода в том, чтобы менять одну форму зависимости на другую. Достаточно ли вы свободны, чтобы в плохую погоду чувствовать себя счастливым, даже если нет крыши над головой? Достаточно ли вы свободны, чтобы, встречаясь с дурными людьми и даже пострадав от них, не заразиться агрессией и мстительностью? Достаточно ли вы свободны, чтобы не поддаться прелести ложных теорий, чтобы отличить подлинное от бутафорского, чтобы последовать за истиной вопреки многому, а может быть, всему? Или вам больше по нраву маленькая свобода - ручная, комнатная, домашняя, частная, национальная, персональная? Может быть, вам нужно ровно столько свободы, чтобы ею манипулировать в своих муравьиных интересах? И тогда всякую большую по сравнению с этой индивидуальной свободой воспринимаете как ненужное бремя, как чужую прихоть или придурь, как беззаконие или наказание. Вы хотите невесомой свободы, свободы без тяжести ответственности, и чем больше ответственность, тем меньше вы уже хотите свободы. И наконец, о счастье, жесткие объятия найдены. Объятия, которые освободят нас от тяжести собственного веса, от свободы делать свою жизнь, творить совершенную гармонию. Ничего страшного, что

73

эти объятия, освобождая нас от свободы, освобождают нас и от безбрежности жизни. Зачем ходить, бегать и плавать, лучше потихоньку передвигаться на костылях. Ничего, что ноги здоровы, их можно подогнуть или подвязать. Ничего, что они затекают в таком неестественном положении, ко всему можно привыкнуть до такой степени, что все неестественное станет естественным и наоборот.

Вы жаждете любви. А умеете ли вы что-нибудь, кроме как раскрывать рот и запихивать в него все, что вам кажется вкусным и полезным? Умеете ли вы принимать в подарок не только вещи, но и красоту, радость, талант другого? Умеете ли вы все это видеть, а не просто скользить взглядом, не отдавая себе ни в чем отчета? Умеете ли вы все это беречь, а не просто пользоваться? Умеете ли вы все это терпеливо взращивать?

Умеете ли вы что-нибудь давать? Не деньги и не вещи, а пространство своей души, не жестко фиксированное, как в вагоне согласно купленным билетам, а всю океаническую безбрежность своей души. Сберегаете ли вы свои душевные сокровища, чтобы ими поделиться?

А хотите ли вы великой любви или вы предпочитаете при случае заниматься любовью? Любовь в виде презерватива, который всегда в кармане пиджака или в сумочке. Или любовь в виде выигрыша в лотерею - без всякого труда сразу куча денег, заплатил пошлину и наслаждайся. Или любовь, как тунгусский метеорит, - упало что-то и придавило, не вывернешься.

Как легко прикрыться цинизмом, словно фиговым листком, провозгласив, что любви нет, если ее нет, да и не может быть в чьей-то малогабаритной жизни.

Вы стремитесь к познанию. Но сколь часто это мотивированное познание младенцев, которым необходимо просто ощупать окружающие предметы, чтобы приспособиться к своему окружению. Познание, которое стремится овладеть, использовать. Познание причинное, мотивированное, а значит, несвободное, скованное, зачастую агрессивное.

74

Мир воспринимается, как труп на столе патологоанатома. Разрежем посмотрим.

Процесс познания - как изучение инструкции по пользованию вновь купленным механизмом. Познание манипулятивное, познание, не свободное от волевого корыстного решения, что есть эта жизнь, познание как доказательство правильности этого решения, познание как реализация бреда.

О, где ты, познание, не мотивированное ничем, кроме любви к Жизни, познание чуткое, нежное, внимательное, свободное от опасений, страха, обиды, горечи, разочарований, необходимости агрессивного состояния самозащиты?

Где ты, совершенная любовь и свобода?

Отвечая самой себе, скажу, что жизнь - это не что-то ставшее, это становящееся, это динамический процесс, антиномично завязанный, и задача человека не отталкивать экзистенциальную тоску, как льдину от берега, а совершать эволюцию в тринитарном единстве любви, познания и свободы.

Завоевания творческого духа действительно имеют форму рукописи, которая не горит, когда небытие становится бытием. Метареапизм - это значит воспроизвести троичность внутри себя, это синтез любви, познания и свободы. Но в реальности человек меньше того, чем он может быть, ибо свобода ограниченна, любовь несовершенна. И на мой взгляд, самой емкой областью для человека является познание, именно в нем наиболее полно может реализоваться и дух свободы, и дух любви. Это не значит, что любовь меньше познания, в тринитарном единстве нет количественного различия. Любовь - это смысл, цель, а познание это направление, процесс. Направление - первично, первый шаг, а смысл более значимая вещь в онтологическом понимании: чем яснее смысл, тем эффективнее процесс.

Иисус Христос дает этот смысл. С момента появления на свет, я, как и всякий ребенок, всякое творение, жаждала идеального состояния безграничной любви.

75

Идеальное состояние безграничной любви можно описать следующим образом, правда весьма условно: это должен быть мир, где "я" имеет уникальную и вечную значимость, но "я" не должно быть одиноко, оно должно жить в мире, полном всем и всеми, и при этом все и все должны не по принуждению, а в свободной любви, признавать уникальную и вечную значимость моего "я". И конечно же, все другие "я" должны обладать тем же, чем и мое "я".

Чтобы это стало возможным, все "я" должны быть безграничными, незамкнутыми, не теряя при этом своей уникальной формы. Точнее, такое состояние можно было бы определить как прозрачность всегдашняя готовность изливать и вмещать Свет и Любовь.

Очень скоро я познала ограниченность любви. Сначала я познала ограниченность любви других "я" по отношению ко мне. Некоторые "я" ограничивали любовь в количественном отношении - любили меня "для меня", но не столько, сколько бы мне хотелось; некоторые же "я" ограничивали любовь в качественном отношении - любили меня "для себя", любили какую-то "часть" меня для достижения своих целей, а некоторые и вовсе отказывали мне в любви.

Осознание ограниченности любви - это первый трагический опыт познания, это предчувствие смерти, которое наполняет неизъяснимой тоской.

Оказавшись в такой ситуации, люди ведут себя по-разному. Одни бывают настолько потрясены осознанием или ощущением несовершенства любви, что словно каменеют от метафизической боли, эта боль ранит их в буквальном смысле, как копье. Эта рана или судорога от боли фиксируется - вплоть до материализации, поражая нервную систему человека. Такие люди, как правило, либо заболевают психически, либо закладывают фундамент в здание будущей болезни. Такая пораженность есть следствие неразрешенное(tm) внутреннего выбора - то ли идеальной

76

любви не бывает вовсе, то ли она бывает, но ее нужно долго искать. Эта внутренняя неразрешенность делает человека уязвимым вплоть до смерти, подобно ослику из притчи, умершему от голода между двух стогов из-за невозможности выбрать, к которому подойти.

Другие люди, испытав трагический опыт познания несовершенства любви по отношению к самому себе, делают вывод - идеальной любви нет. Такой вывод защищает человека от метафизической боли, но одновременно защищает человека и от любви. Человек строит внутри себя глухую крепость. И хорошо еще, если он сделал вывод об отсутствии идеальной любви на онтологическом уровне, тогда он бывает вполне доволен своим существованием - жизнью в глухой крепости с достаточным количеством жизненных припасов, то есть удовольствий, компенсирующих хотя бы отчасти отсутствие идеальной любви. Такими удовольствиями могут быть спорт, наука, сексуальные утехи, коллекционирование, политика, общественная деятельность, различные хобби, производство потомства и многое другое.

Но если вывод человека об отсутствии идеальной любви умозрительный - на уровне аргумента разума, а не на уровне глубинного волевого выбора, тогда жизнь его в глухой крепости превращается в пытку, он становится узником по- неволе, словно сам себя помещает в глухое подземелье, мечтая о солнце и свободе. Человек при внешней целостности живет в состоянии внутренней раздвоенности, когда глубинная воля противоречит разуму, не соглашается и не хочет согласиться с ним. Подобное состояние чревато неврозами и возможными самоубийствами.