Триптих в чёрно-белых тонах
Шрифт:
За одну неделю жизнь Клавдии вернулась на круги своя. Оттянутые на коленках джинсы и свитер снова стали её второй кожей. Отсиживая нудные часы в университете, она возвращалась домой. Ей было некуда спешить и не для кого наряжаться.
Ей не хватало пеших прогулок, посиделок при свечах, походов в театр. Она даже не знала, по кому тоскует больше: по Вадиму, который пронёсся, словно цунами, разбередил, растревожил и исчез, или по Савве, который по кирпичику построил для неё новый мир. Клавдию тянуло позвонить ему, но гордость не позволяла вернуться, как брошенной собачонке зализывать раны.
Антонина Павловна видела, что с дочерью творится неладное. Она ожидала, что девочка сама признается, что её тревожит, но Клавдия молчала. Поняв, что на откровенность дочери рассчитывать не приходится, она решила сделать первый шаг.
— Клавочка, что произошло?
Клавдия пожала плечами.
— Ничего.
— Я же вижу, что-то не так. Ты целыми днями сидишь дома. Снова влезла в джинсы. Поссорилась со своим?..
Клавдию раздражало, что мама избегает называть Савву по имени.
— Саввой, — подсказала она и язвительно добавила: — Его имя несложно запомнить, если постараешься.
— Клавдия, я не понимаю, чего ты злишься. Разве я не предложила подвезти его из аэропорта? Хотите встречаться — пожалуйста. Пусть он приходит к нам. Я не возражаю. Только не куксись.
— Поздно, мама. Между нами всё кончено.
Антонина Павловна вздохнула с облегчением. Ей с первого взгляда не понравился этот ПТУшник с обворожительной улыбкой. Хорошо, что он отлип. Нужно, чтобы Клавдия как можно скорее о нём забыла.
— И из-за этого ты себя похоронила? — спросила она. — Поверь мне, это не конец света. Встряхнись. Ты же симпатичная девочка. Сходи на танцы или на дискотеку, в конце концов.
Клавдия слушала и не верила своим ушам. Её ли это мама? Впрочем, она дала довольно ценный совет. Танцы — именно то, что нужно, чтобы снова обрести вкус к жизни. Странно, что Клавдии даже в голову не пришло возобновить занятия без Саввы, порой трогательно неуклюжего, но такого старательного.
Она невольно вспомнила, как танцевала с Вадимом. Тот был сказочным партнёром. Никогда и ни с кем она не достигала такого единения в танце, такого понимания каждого нюанса, каждого малейшего жеста. Но это осталось в прошлом.
Клавдия обшарила сумку в поисках абонемента. Кусочек картона размером с визитку нашёлся в боковом отделении. У неё оставалось ещё пять занятий. Значит, Савва тоже не выходил абонемент. Возможно, они встретятся в клубе. При мысли о том, что они увидятся, Клавдию охватило волнение.
Сегодня было очередное занятие. Времени оставалось в обрез. Облачаясь в белое, Клавдия нервничала, как будто собиралась на первое свидание. Она была уверена, что Савва тоже придёт. Он не может не почувствовать, как сильно она по нему скучает.
На улице пахло весной. Как странно, что, возвращаясь из университета, она этого не заметила. За день снег подтаял, а к вечеру лужи снова взялись ледком. Стоило неосторожно наступить на хрупкое стекло льда, как оно с треском ломалось. Клавдия оступилась, потеряла равновесие и, если бы её не поддержал проходивший мимо мужчина, упала бы в грязь.
— Осторожнее на каблуках. Сейчас начинается самый гололёд, — предупредил он.
Клавдия мысленно улыбнулась. Что ей гололёд, назад она пойдёт не одна. Ей будет на кого опереться. Она была уверена, что домой они пойдут с Саввой. Но он не пришёл на занятия. Клавдия продолжала ждать во время разминки и когда все встали в пары. Савва так и не появился.
До метро она шла с девчонками и даже старалась поддерживать беседу, чтобы отогнать щемящую грусть. Трудно смириться с тем, что чудес не бывает, когда слишком уверовал в возможность невероятного. Так ребёнок ждёт Деда Мороза, а потом узнаёт, что сказки нет и подарки под ёлку кладут взрослые.
Распрощавшись с девчонками, Клавдия перешла на свою линию метро, вошла в подо- шедший поезд, но в последний момент выскочила на платформу. Всё её существо противилось тому, чтобы вернуться домой и опять облачиться в «лягушачью шкурку».
Савва говорил, что у человека всегда есть выбор. Можно вернуться к серым будням, а можно стряхнуть наваждение. Можно ведь ему позвонить? Для того чтобы возродиться, нужно лишь одно его слово: «Приезжай».
Клавдия набрала знакомый номер. После нескольких длинных гудков женский голос сообщил, что абонент временно недоступен.
День не задался. Клавдия понурилась, но тотчас стряхнула уныние. Всё не так безнадёжно. Савва увидит номер и перезвонит.
Она подходила к дому, когда мобильник мелодично тренькнул, сообщив, что пришла смс-ка. Клавдия поспешно достала телефон. Послание пришло не от Саввы. Номер был незнакомый.
«Принцесса, я скучаю по тебе».
Предчувствие не солгало. Чудо произошло. Жизнь выруливала из серой полосы, но совсем не так, как ожидала Клавдия. У неё перехватило дыхание. Девять дней. Девять долгих дней Вадим не объявлялся. Он уже три дня, как вернулся в Москву. Почему же до сих пор не позвонил? Какая разница! Значит, была причина. Как сладко звучат слова: «Принцесса, я скучаю по тебе». Клавдия перечитала их несколько раз.
Она с трудом удержалась, чтобы не перезвонить. Ей так много хотелось ему сказать, но короткая фраза на дисплее выбила её из колеи. Она слишком волновалась и боялась наговорить чего-нибудь невпопад. Попрёки, как и признания, казались одинаково неверной темой для разговора. Смс-ка была куда более уместной. Клавдия долго прикидывала, как ответить, и остановилась на лаконичном:
«Я рада».
«Завтра позвоню», — написал он.
«Почему завтра? Что мешает позвонить сегодня, сейчас?» — безмолвно кричала Клавдия, но Вадим не слышал.
Ярко-жёлтые квадратики окон светились на тёмных коробках домов. Может быть, Вадим находится сейчас совсем близко, за одним из них? Она ведь даже не знала, в каком районе он живёт. Завтра она его спросит.
Савва так и не позвонил. На него это было не похоже. Вряд ли он умышленно заставлял её ждать. Савва не умел обижаться и мстить. Если он не объявился, значит, что-то случилось. На следующий день Клавдия несколько раз набирала его номер, и каждый раз слышала стандартную фразу: «Аппарат абонента выключен...»