Чтение онлайн

Адэль развернулась, чтобы уйти. Стивен догнал её, схватил за руку и резко развернул. Он потребовал объяснений, но Адэль вырвала руку их хватки друга и удалилась в покои.

Наконец-то она осталась одна. Ей давно стал ясен смысл слов Воздуха, но разум настойчиво отвергал очевидную истину. Она вспоминала моменты: отступление Спутников смерти, воскрешение Стивена, восстановление утраченных страниц книги, ураган в битве с Роной. Нет, ошибки быть не может. Элемент Воздуха предчувствовал угрозу и сам перенес себя в того, кого выбрал. "Мы больше не здесь. Здесь всего часть нас". "Нас", не "меня".

Размышления Адэль прервали слуги. Она не выгнала их. У неё впереди вся ночь, чтобы окончательно решиться. Её вымыли, одели по восточной моде в тонкое шелковое платье, подпоясанное на бедрах, расчесали белокурые волосы и вплели в них разноцветные ленты, украшенные жемчугом. Одна из служанок - темнокожая красавица, с зубами белее жемчуга и фигурой богини любви Мишлер - передала Адэль приглашение на ужин в честь прибытия её посольской делегации. Адэль согласилась - сейчас её бы взбодрила веселая беззаботная компания и бокал знаменитого сэль-тэль аминского вина. Стивена и Филлириуса так же пригласили и оба охотно приняли предложение. Праздник удался на славу: пять перемен блюд, реки вина, танцоры, акробаты, короткие театральные постановки, рассказывающие легенды и историю страны. Филлириус так часто прикладывался к сладко-терпкому эллинскому вину, которое ценил выше местного, что под конец празднества уснул прямо за столом. Стивен был почти трезв, но все же решил прогуляться перед сном в саду дворца и позвал с собой Адэль. Сад был не менее роскошен, чем все остальное. Фонтаны, пруды с экзотическими рыбами, павлины, и кругом десятки цветов.

– Я должна поговорить с тобой, - сказала Адэль после долгого взаимного молчания. За много недель они впервые остались наедине, и она хотела воспользоваться этим редким случаем.

Стивен вежливо, но сдержанно, попросил её продолжать.

– Завтра я пойду к царю Мидасу. Я знаю, он с готовностью согласиться помочь. Это значит, обратного пути уже не будет. Ты затеял войну с могущественным человеком, и в эту войну мы втягиваем монарха другой страны. Мы заключаем военный союз и у нас появятся обязательства. У тебя появятся обязательства, Стивен. Ты готов к такому грузу ответственности?

Стивен остановился и сел на скамью. Он думал, а затем спросил:

– К чему ты об этом? Ты передумала идти просить помощи?

– Нет, я не передумала. Я прошу передумать тебя. Я пойду, если ты скажешь, - Адэль упала перед Стивеном на колени и схватила за руки, - Но я умоляю тебя, одумайся. Ты ведешь к гибели всех. Ты понимаешь, что ты задумал?

Стивен растерялся. Он мог ждать от Адэль криков, оскорблений, но не мольбы. То, что Адэль, которая возможно была йараем, стояла перед ним - Стивеном - на коленях, значило не мало. Он внял бы её мольбам, случись они раньше, но он слишком давно всё решил.

– И что будет, если я одумаюсь, Адэль? Я останусь здесь навсегда и буду вечно бегать от Императора? Нет. Так не пойдет. Я устал от всего этого: скрываться от Императора, думать, как убить Императора, как вернуться домой. Хочу поскорее избавиться от этих проблем.

– Так забудь о них.

– Нет уж. Забыть и что делать? Спрятаться на каком-нибудь островке и распивать ром с утра до ночи? Это не выход. Я могу жаловаться на судьбу сколько душе угодно, но от задуманного не откажусь.

– Я думала ты выше этого.

– Выше чего? Желания вернуться в родной мир?

– Выше жалости к себе.

– Да ладно тебе!
– Всплеснул руками Стивен.
– А что я, радоваться должен? Меня забросили в чужой мир и что, я пиры должен закатывать на радостях? Посмотрел бы я, если бы тебя вот так вырвали из привычной жизни и закинули в чужое ненавистное место!

– Вырванной из жизни, в прямом смысле Стивен, и в ненавистном месте, я провела пятьсот лет! Забудь об Императоре!

– Нет. Мы убьем его. Я его убью. И вернусь домой. Я верю в нашу победу. Я хочу освободиться от него.

– Ты-понимаешь-что-ты-задумал?
– делая акцент на каждом слове переспросила Адэль.

– О чем ты?

– Об убийстве Императора, - серьезно ответила она.

– Да его пол мира ненавидит и хочет убить, конечно, я понимаю, что задумал.

– Я говорю не о нем, Стивен. О тебе. О тебе и том, что ты замышляешь убийство. Человека.
– Адэль не моргая смотрела на Стивена и он понял, что она имеет в виду. Он хотел было отвернуться, но Адэль схватила его за подбородок и заставила смотреть ей в глаза.
– Это не театр. Ты в полной уверенности говоришь об убийстве. И ради чего? Не ради спасения своей жизни, не для того, чтобы защититься - Императору нет до тебя дела. А ради пророчества и собственных желаний. Ты готов ради этого пойти на убийство? Ты убивал людей когда-нибудь, Стивен?

Стивен отвернулся, а Адэль сжала его руки.

– Откажись.

Он не ответил. Адэль поняла, что и мольбы бессильны против решения Стивена. Её лицо побледнело, а глаза налились кровью ярости.

– В тебе говорит лишь желание вернуться! Тебе плевать на других! Тебе плевать на людей, которых ты поведешь на смерть. Они пойдут за тобой, ведомые твоими словами о свободе, за которую стоит сражаться. Только эти слова ложь!

– Не говори мне о лжи!!!

Адэль не дала ему шанса перехватить инициативу и сделала вид, что не услышала замечания:

– Люди из моего мира пойдут умирать, думая, что умирают за свободу, а на деле умирать они будут за твою прихоть! За возвращение домой человека, даже не принадлежащего к их миру! Скажи им правду, прежде чем поведешь за собой и посмотри, сколько останется, а сколько уйдет, поняв твои истинные мотивы! Они не пойдут за человеком, который думает не о них, а о себе! Все отвернутся от тебя, как только узнают, чего на самом деле ты хочешь от этой войны!

– Это не так, - парировал Стивен, - Они пойдут сражаться за свободу, и я поддержу их не только ради собственного возвращения! Они будут биться за себя и свой мир! Они ведь сами этого хотят! Они начали бы войну и без меня!

Адэль развернулась, быстрым шагом пошла по аллее и на ходу продолжила говорить:

– Нет, не начали бы! Император убивает всех, кого считает грешниками и прислужниками Сартраса. Эта чистка скоро закончится. Те, кто сопротивлялся, откажутся от сопротивления, примут новую жизнь такой, какая она есть. Император успокоит своё самолюбие и мир восстановится. Ты просто не понимаешь. Ты не жил здесь! Как бы не были жестоки его методы, он хочет править миром, в котором живут люди! Он убьет несколько тысяч, ради блага миллионов. Он единственный за многие столетия способный править. По сравнению с тем, сколько он убил, посмотри, сколько он спас. Ты не был в нашем мире за десяток лет до его восхождения к власти. Люди, народы, были нищими, только Валдахия, Валкана и Медин-Дашир процветали хоть как-то, а другие народы гнили и вымирали. В государственных казнах не было денег, не хватало людей для хозяйственных работ, повсюду разрасталась преступность, страны воевали между собой, знать воровала у королей, короли у народа, народ друг у друга! Как только пришел он, этого не стало. Ты слышал слова Вэнса. Даже он признал это. За несколько лет Владис не только отстроил Гарон, он поднял весь мир из пучины упадка. Валкана и страны востока отошли от грани войны. Он принял все их разногласия на себя! За благополучие миллионов он расплатился всего парой тысяч. Через год все забудут о его религиозной резне.

Стивен отказался капитулировать и отчаянно искал выход. Слова Адэль звучали убедительно.

– Тогда почему люди сопротивляются, если все так хорошо?
– нашелся с ответом Стивен.

– Потому, что не понимают, - всплеснула руками Адэль, - Потому, что боятся перемен, потому, что не хватает терпения переждать бурю и увидеть, как проясняется небо! Начав войну, ты погубишь гораздо больше, чем погубил Владис, потому, что когда на него открыто нападут он будет вынужден оборонятся и убивать тех, кто пригодился бы ему живым. Ты убьешь этих людей, а не он. Только ты не понимаешь ещё и того, что погибнут не только те, кто пойдет в твоих войсках. Война - это разорение. А эта война, тот случай, когда победа не принесет состояния, а только ухудшит положение. Крупнейшие города снова станут нищими - кто будет ими править, когда Император умрет? Кто помешает странам продолжить воевать между собой? Ты? Нет. Ты сделаешь нужное тебе дело и сбежишь домой, бросив мой народ, народы всего мира на произвол судьбы! Я видела войну Стивен, поверь мне! Пострадают все. Запасы еды, все склады, зерно, мука, все пойдет на обеспечение армий. Для обычных людей ничего не останется. А потом, когда Император умрет, кто выплатит солдатам их жалование за пролитую кровь? Из каких денег ты отдашь солдатам должное? А не имея дохода кем станут те, кто только и умеет, что воевать? Император не только правитель мира, он ещё и король Гарона без наследника. Пусть у других стран есть свои правители, а как же Гарон? Оставить страну - богатую, новую страну - без монарха, значит ввергнуть её в гражданскую войну и отдать на растерзание всего мира, потому, что все тогда предъявят на Гарон свои права! Ты подвергнешь мир опасности второй всемирной войны! Ты понимаешь, что раз Владис - Император мира, то любая война - это последствия для всего мира. Король Валканы, короли и цари всех стран, пэры, да кто угодно, все, все зависят от Императора. Ты убьешь Императора, вернешься себе спокойно домой, а наш мир оставишь прозябать в нищете, на грани войны! Вот что ты уготовал этому миру! Тебе не сказал это пророк, сказала я! Спроси у него, если не веришь мне. Он не скажет сразу, но скажет потом, и скажет, что мои слова правда. Я не придумала это сама! Император не хуже других правителей. Ныне правящий король Валканы Филипп, на заре своего правления казнил несколько тысяч бунтовщиков, попытавшихся оспорить его легитимность. Он родился слабым, болезненным, в давно забытой династии. Филипп был ещё подростком, неспособным управлять страной. Пэры воспользовались этим, видя возможность прибрать Валкану к рукам, используя малолетнего Филиппа как марионетку! А народ поднял бунт, из-за слуха, что Филипп бастард! Его осадили со всех сторон, но Филипп для своих лет оказался слишком умен. Он на корню пресек народное восстание, казнил всех главарей, повесил своего лорда-протектора и весь регентский совет, который пытался помыкать им. Его ненавидели! И что теперь? Скажи мне? Ты видел Валкану, видел, как люди обожают, почти поклоняются Филиппу, считают его лучшим королем за всю недолгую, пятисотлетнюю историю Валканы и только немногие не согласны с этим. И никто уже даже не помнит, что Филипп казнил тысячи людей. Так чем Император хуже? Люди просто не понимают, но скоро поймут, а потом вообще забудут, что когда-то ненавидели Императора, и будут удивляться всякий раз, когда им будут об этом напоминать!