Триумф экстаза
Шрифт:
— Эсперанса, — позвал ее генерал с противоположного конца комнаты.
— Да, мистер Хьюстон? — ответила Маргарет.
— Я хотел бы побеседовать с Эдгаром наедине, если дамы нас извинят.
— Конечно, генерал, — ответила Эмили и решила, что ему, должно быть, лет пятьдесят с небольшим, значит, Сэм по крайней мере на двадцать пять лет старше своей жены. И все же они выглядели великолепной парой, его властная энергия уравновешивалась ее веселой невозмутимостью.
Дэвид извинился и ушел готовиться к фиесте, а Эмили снова обратилась к миссис Хьюстон:
— Ваш муж очень энергичный человек, Маргарет. Неудивительно, что его снова выбрали президентом. Поздравляю вас.
— Спасибо, Эмили. После победы Сэма на выборах нас по-королевски принимали граждане округа Вашингтон. И мы довольно много ездили по стране, пока Сэм подбирал себе кабинет. Мне так хочется поскорее вернуться в Сидар-Пойнт.
— В Сидар-Пойнт?
— Сэм построил там для меня дом, где отныне мы будем проводить каждое лето. — Маргарет застенчиво опустила глаза. — Сэм надеется, что мое здоровье улучшится. В Хьюстоне я постоянно болела.
— В Хьюстоне? Я жила там до прошлой весны. Странно, что мы ни разу не встретились.
— О, дорогая, я всю прошлую зиму и весну болела. Лихорадка, знаете ли.
— Знаю, — печально ответила Эмили. — Моя бабушка умерла от лихорадки как раз перед тем, как… как я уехала из города.
Маргарет Хьюстон положила изящную ладонь на руку Эмили и с сочувствием улыбнулась:
— Мне очень жаль. Вам повезло, что вы вышли замуж за мистера Эшленда и поселились подальше от побережья. У океана и заливов каждый год разражаются эпидемии и уносят много жизней. Мистер Хьюстон надеется, что, когда я поправлюсь окончательно, мы тоже дождемся прибавления семейства, как и вы с мистером Эшлендом. Дорогая, вы, наверное, в восторге! Когда этот ангелочек должен появиться на свет?
— Доктор сказал, что в самом начале года. — Эмили встретилась с добрым взглядом новой подруги и поняла, что может доверять этой милой даме. — Я немного боюсь, — призналась Эмили.
— Дорогая моя, это абсолютно нормально, когда ждешь первенца. Но вот увидите, у вас будет совершенно здоровый ребенок, и ваш муж будет счастлив!
Эмили задумалась над словами Маргарет Хьюстон. Действительно ли Эдгар будет счастлив, сблизятся ли они снова после рождения младенца?
Вошла Эвис Жеруар с серебряным чайным сервизом на подносе.
— Хотя вы меня и не вызывали, мадам, я подумала, что нужно подать чай, — язвительно заметила она. — Желаете, чтобы я налила?
Эмили постаралась не выдать раздражения. Деловитая миссис Жеруар компенсировала допущенный ею из-за волнения недосмотр!
— Спасибо, не надо, миссис Жеруар. Можете оставить поднос на чайном столике. Я сама налью.
После того как экономка покинула гостиную, Маргарет изумила Эмили тем, что рассмеялась и сказала:
— Дорогая моя, вы недолюбливаете эту женщину, не так ли?
— Она ведьма, вечно шныряет вокруг. Всегда вся в черном — просто ходячие похороны!
Маргарет рассмеялась:
— А вы смелая женщина. Мне кажется, мы станем подругами.
Эмили тепло улыбнулась, налила Маргарет чашку чаю и торжественно подтвердила:
— Да, самыми лучшими. Между прочим, Маргарет, это имя, которым называет вас генерал, — Эсперанса. Что оно означает?
— Это по-испански значит «та, которую я ждал», — спокойно объяснила мисс Хьюстон.
— Ты рад нас видеть, Эдгар? — спросил Сэм Хьюстон.
— Как вам известно, моя жена послала вам приглашение, — напряженным голосом ответил Эдгар. — Я был раздражен, когда обнаружил ваш ответ среди писем.
— Раздражен? — немного растерялся Хьюстон.
— Раздражен на мою жену, не на вас, — быстро уточнил Эдгар. — Так как она пригласила вас, не посоветовавшись со мной.
Сэм Хьюстон весело отмахнулся:
— Чепуха! Как ты мог сердиться на это прелестное создание, с которым я только что познакомился?
Эдгар грустно покачал головой:
— Это прелестное создание, как вы ее называете, настоящая маленькая чертовка. Садитесь, пожалуйста, Сэм. Бренди?
Мистер Хьюстон сел в большое кресло и достал из нагрудного кармана флакон с лекарством.
— Теперь меня утешает только травяная настойка. — Он сделал глоток и скорчил гримасу. — Я просил твою экономку принести мне апельсиновых корочек. Так эта гадость не столь противна.
Эдгар сел на стул напротив, пригубил свое бренди и, с любопытством глядя на старого приятеля, поинтересовался, зачем он пьет такую отраву.
— Я обещал моей Эсперансе, что брошу крепкие напитки. Эдгар расхохотался и хлопнул себя по колену большой смуглой ладонью.
— Господи, Сэм, вы и впрямь влюблены! Я никогда не думал, что доживу до того дня, когда такой человек, как вы, бросит пить ради хорошенькой женщины. Я помню тот день, когда вы чуть не свалились в Бразос…
— Хватит! — Хьюстон поднял большую костлявую ладонь. — Что прошло, то прошло. Но вернемся к насущным делам, Эшленд. Насколько я понимаю, ты не рад меня видеть?
Эдгар равнодушно пожал плечами.
— Если вы хотите знать, пригласил бы я вас или нет, то ответ будет — нет. Я предпочитаю общество своей семьи.
Сэм Хьюстон со вздохом спрятал флакон в нагрудный карман.
— Ах, Эдгар, прошу тебя, измени свое мнение. Покончи с этим своим… затворничеством. Ты мне нужен — ты нужен Техасу.
Эдгар нахмурился.
— Как я был нужен у Сан-Хасинто, когда беспомощно наблюдал, как наши доблестные солдаты вырезали шестьсот мексиканцев? — Его руки сжали подлокотники кресла. — Господи, Сэм, я никогда не забуду их жалобные вопли. Да, битва была выиграна, Сэм, выиграна легко, и все равно мои же солдаты грозились меня убить, если я откажу им в праве на месть!
Хьюстон с сочувствием кивнул:
— Да, Эдгар, я тоже пытался прекратить ту страшную бойню. Но ты должен помнить, что и мексиканцы проявили жестокость, особенно в Голиаде.
— Именно об этом я и говорю. Это жестокий век, и я не хочу участвовать в его зловещих играх.
Хьюстон вскочил:
— Но именно такие люди, как ты, могут все изменить!
— Чепуха! — И Эдгар одним глотком допил бренди. Широко разведя руками, Хьюстон подошел к окну и постарался успокоиться, глядя вниз на чудесный пейзаж.