Чтение онлайн

Директор школы Прескотт — да, все еще директор даже в период дистанционного обучения — уставился на нас шестерых в своей гостиной, словно мы только что зашли, зараженные чумой. Его глаза метались от Аарона, к Виктору, ко мне, а затем опустились в пол, где оставались большую часть нашей беседы.

— Есть еще что-то интересное? — вежливо спросил Вик, расслабившись на диване Ванна и изучая его таким образом, словно напоминая ему, кому он принадлежал.

Он уже рассказал нам все про сломанную онлайн-систему, которую они используют для студентов Прескотта, какой несовершенной она была, как сильно ее презирала мисс Китинг.

Эта информация в край меня разозлила. Насколько справедливо, что стрельба в школе лишает этих детей даже мизерного шанса на образование? Это чертовски несправедливо и, как только Вик получит свои деньги, мы с этим разберемся.

Ванн заныл, его раненная рука была крепко прижата к его груди. Там, где раньше были его пальцы, были чистые выступы. Ни за что на свете этот человек не причастен к подставе Стейси — у него еще меньше хладнокровия, чем пальцев.

— Мисс Китинг продолжает спрашивать о тебе, — заговорил Ванн, глядя именно на меня. Он протянул мне визитку с личным номером, написанным ручкой сзади. — Ты так закрыта в этой школе, она не могла связаться с тобой. Она попросила, если я увижу тебя или если смогу передать тебе это.

— Хороший мальчик, — похвалил Вик, словно он награждал бездомную собаку объедками. — Ты хорошо себя вел, Ванн. Я впечатлен.

Скотт Ванн, мужчина, который пытался убедить меня быть для него вебкамщицей, просто съежился, напоминая Дональда. Еще один монстр, превратившийся в руины у ног больших и лучших монстров.

Это катарсис, на самом деле.

Хавок выполнили все, что обещал, и даже больше.

Я добавила номер мисс Китинг в свой телефон, а затем засунула визитку в карман.

И даже если директор Ванн был ничем, не больше чем пятном от старой, полной боли жизни, тот, у кого не было никакой информации для нас о школе или ничего подобного, я была рада, что мы сюда заехали, потому что так я в итоге пригласила заместителя на своей гребанныйвыпускной.

Знаете, еще я пригласила копа. Только если она уже не планировала прийти.

?

24

Недели протекали сквозь наши пальцы, словно зыбучие пески, парни Хавок и я вошли в рутину. Мы просыпались утром и пили вместе кофе, обычно шли в направлении части школы девочек, чтобы увидеть их и чтобы они увидели нас, но никто не узнает, что мы родственники.

Иногда по ночам я просто стягиваю свои треники вниз и нагибаюсь, чтобы все пятеро парней могли воспользоваться мной, трахать меня один за другим, чтобы утолить мою ненасытную жажду и убедиться, что я позаботилась о них. На прошлой неделе Аарон спросил, не тревожит ли это меня, не чувствую я себя использованной.

Я рассмеялась и сказала ему правду: мы все используем друг друга, Аарон, но еще мы нуждаемся друг в друге. Это идеально. То, что мы делаем, идеально.

Сейчас, стоя на кухне, я прыгала на носочках и пыталась не думать об этом утре, когда нагнулась и положила руки на стену из окон, раздвинув ноги для всех пятерых парней перед уроками. Господи.

Улыбка дразнила мои губы, когда на всю громкость включила Cardi B — я решила, что, вроде как, похожа на нее, но только в обличии белого отребья — и покачивала бедрами в такт «Bodak Yellow», которая все еще оставалась моей любимой ее песней, хотя «WAP» была второй. Встроенные в один плейлист, у меня было много песен Megan Thee Stallion.

— Берни, — пробормотал Аарон, поцеловав меня в шею и разминая мою задницу.

Я отмахнулась от него, но только ради шоу. В действительности, я жаждала его прикосновений, как океан жаждал берега. Даже если она отступал, то всегда возвращался: он просто не мог удержаться.

Я посмотрела на него, в свободной хлопчатобумажной футболке с надписью «Уэсли» на лицевой стороне. Он был одет по обычному, ноги босые, на нем были изношенные джинсы, который обхватывали его задницу и бедра по истине противозаконным образом. Эти джинсы, должно быть, старые, потому что они тесно сидели на определенных местах, словно после их приобретения Аарон стал немного массивнее.

— Аарон, — осторожно ответила я, и он подошел ко мне сзади, проводя руками по моим ребрам и снова поцеловав в шею.

Клянусь, в том месте, куда он укусил меня во время нашей оргии в доме, надолго остался шрам. Иногда я все еще чувствовала, как он пульсировал, и мне это нравилось. Мне нравилось, что была отметка, по которой я могла опознать его прикосновение.

По тому, как его сладкие уста становились кислыми, я поняла, что у него на уме что-то коварное. Аарон сделал шаг позади меня, стянул мои треники, а затем расстегнул молнию на своих джинсах. У нас был быстрый, дикий секс на столешнице, его руки разминали мою грудь, его губы занимались любовью с моим горлом.

После, когда мы отдыхали на диване, Оскар вышел из одной из двух комнат, из той, что мы используем как кабинет.

— Собрание, — рявкнул он, изгибая пальцы в воздухе этим его резким, повелительным образом.

Конечно, единственным человеком, который на самом деле мог что-то требовать или приказать, был Виктор. Наш босс шел по коридору и остановился, бросив взгляд на своего лейтенанта.

— Собрание, да? — обеспокоенно спросил Вик, но потом он зевнул и небрежно почесал футболку спереди, а затем сел на диван напротив меня и Аарона. Каллум опустился в приседе на кресле, в то время как Хаэль отдыхал рядом с его лучшим другом. Оскар остался стоять, поставив iPad на стол, чтобы мы могли посмотреть на карту подготовительной школы Оак-Вэлли. — Что такое?

— У нас нет другого выхода, кроме как смириться с тем, что VGTF нагрянут в школу. Максвелл и Офелия будут арестованы. Это факт, — он скрестил руки на груди с сильно нахмуренными губами.

Вместо костюма на нем была серая майка и шелковые штаны угольного цвета, которые, скорее всего, прекрасно ощущались, когда касались его голого члена.

Я поерзала в объятиях Аарона, и он прижал меня ближе. Прошлой ночью мы сидели вместе в гостиной с одной зажженной свечой и работали над сканированием старых фотографий меня и Пенелопы в облако. Мы сделали то же самое с документами из картонной коробки, а затем сидели на месте, поедая шоколад и предаваясь вспоминанием. Он помнил мою сестру лучше, чем кто либо другой из парней. Аарон помнил.

Его пальцы рассеяно игрались с моими волосами, как они делали раньше, когда нам было по пятнадцать и мы только начали любить. Минуту Оскар наблюдал за нами, а потом посмотрел на Вика.

— Я просчитал риски для дюжины различных сценариев, и это наш лучший шанс, — Оскар снова указал на iPad, а затем сложил пальцы под подбородком, поглаживая свою крепкую шею. — Теперь это не в наших силах.

Пальцы левой руки Виктора сжались вокруг конца подлокотника дивана, кончики пальцев впились в кожу таким образом, что она затрещала по швам. Я была не единственная, кто смотрел на него. Остальные парни смотрели. Они знали так же хорошо, как и я, что позволить Офелии уйти означало, что придется провести несколько месяцев в напряжении, сражаясь, борясь, замышляя, планируя. Еще это означало, что Вик, может, никогда не получить возможность вычеркнуть свою мать из собственного списка.