Трое на острове
Шрифт:
Я в ужасе зарылся лицом в подушку и вдруг почувствовал легкое прикосновение чьей-то руки к плечу. Так осторожно и ласково прикасаться ко мне мог только один человек на свете...
– Мама!
– закричал я.
– Мамочка, милая!.. Как я обнимал и целовал ее! Она очень растрогалась и даже сделала вид, будто не замечает, что я в ботинках лежу на диване.
– Мама, а где...
– я хотел сказать "пираты", но почему-то так и не выговорил этого слова.
– Ты хотел спросить, где Юра и Мила?
– Да...
– Они только что звонили по телефону. Это очень странно. Они оба чувствуют себя плохо и не придут сегодня.
– Она легонько сжала мою голову своими теплыми ладонями.
– Ты выглядишь тоже совсем больной милый...
– Нет, я здоров, мамочка...
Я случайно взглянул на синий платок, который все еще держал в руке, и вздрогнул.
– Мама, ты говорила, что главное волшебство этого платка заключалось в узелке.
Она улыбнулась:
– Да, у бабушки в старости была плохая память, и чтобы не забыть чего-нибудь, она завязывала на платке узелок.
– Ну?
– Поэтому она ничего не забывала и в конце концов стала называть свой платок волшебным.
– И все?
– Все...
– Но кто же тогда развязал узелок на платке?
– Наверно, ты сам, - сказала мама, поглаживая меня по голове.
– А ты снова завяжи его, чтобы никогда не забывать...
– Чего?
– Ну, например, того, что нужно помогать своей маме. Вот тогда этот платок и для тебя станет волшебным!
Ночью я спал плохо, бредил и вскакивал с постели. Но, знаете, что самое удивительное? Утром я узнал, что милиция задержала в нашем городе пять жуликов. Говорят, что один из них был совершенно рыжий, другой прихрамывал на одну ногу, а третий носил на лице черную повязку. Человек, который рассказывал мне об этом, не запомнил, как выглядели еще два задержанных.
Может быть, эти жулики никогда не были пиратами, но с моего сердца свалилась тяжесть, и в следующую ночь я спал совершенно спокойно...