Чтение онлайн

Насколько мне было видно ту часть зала, Айлия исчезла, как только пересекла арку. Продолжая сжимать в руке колдовской жезл, я резкими прыжками устремилась за ней, решив, что мои трусость и эгоизм не станут больше причиной чьей-то гибели.

Какое-то мгновение мне казалось, что меня раздирают на части, но это была даже не боль, а скорее, мучительное ощущение потери ориентации, ведь я переходила в такое пространство, куда человеческое тело проникать не должно, и никогда до этого не проникало. Потом меня опрокинуло на какую-то твердую поверхность, и я будто издалека услышала свой собственный стон, словно за все плохое, что я сделала в этой жизни, меня наказывали сейчас, в этот краткий промежуток времени… впрочем, было ли время?

Я сидела, испытывая сильнейшее головокружение. Сама я уже молчала, но жалобный стон по-прежнему продолжал звучать в моих ушах, и я неуверенно огляделась по сторонам. Против какого-то темного высокого предмета, неясно вырисовывающегося во мраке, лежало скорчившееся, человеческое тело; именно оттуда доносился стон. Я подползла к Айлие и осторожно взяла ее руку в свою. Ее глаза были крепко закрыты, а тело судорожно извивалось и корчилось. Голова беспокойно моталась из стороны в сторону, как это бывает в приступе лихорадки. И все это время с ее губ слетали короткие, пронзительные крики.

Прижав ее к себе как можно теснее, я обернулась назад, в сторону Ворот. И — ничего не увидела.

Раньше я много раз слышала о том, что отец мой пришел в наш мир как раз через такие Ворота, и, оказавшись где-то поблизости от Торовых Топей, он видел два столба в том месте, где прошел. Когда они с матерью восстали против твердыни Кольдера, такие Ворота тоже были видны и в том, и в другом мире. Здесь же, очевидно, вход и выход существовали в разных местах, потому что на том месте, где должны были быть Ворота, лежало огромное, голое пространство.

День уже наступил, но тяжелые облака висели низко, а свет был мрачным и пасмурным. В то время, как там, по ту сторону исчезнувших Ворот Эскор был одет в холодный снежный покров, здесь было знойно и душно, и я закашлялась, протирая кулаком внезапно заслезившиеся глаза, потому что воздух был насыщен удушливыми невидимыми парами.

Никакой растительности поблизости не было — кругом однообразно-серая земля, такая же, как и небо; наносы песка говорили о том, что здесь, в этом пустынном краю, давно не произрастало ничего живого. В некоторых местах виднелись кучки какого-то темного порошкообразного вещества, похожего на пепел, как будто по земле этой прошел страшный пожар. Я взглянула на столб, возле которого упала Айлия.

Высокий, выше человеческого роста, он не был ни высохшим стволом дерева, ни выточенным из камня, а скорее напоминал металлическую опору, выщербленную и чешуйчатую, словно этот едкий, насыщенный испарениями воздух, разъедал ее понемногу, снимая слой за слоем. Может быть, именно этот столб обозначал Ворота с этой стороны? Но он стоял слишком далеко от того места, через которое мы проникли сюда.

Я посадила Айлию на землю. Поднявшись на ноги, которые плохо слушались меня, я увидела недалеко на земле какой-то отблеск и, пошатываясь, направилась туда. Там лежал жезл; выделяясь светлым пятном на тускло-коричневом песке, он действительно казался отблеском света.

Задыхаясь, я наклонилась поднять его. Ледяной холод больше не обжигал пальцы, теперь я держала в руке обычный гладкий жезл, похожий на любой другой. Я осторожно заткнула его за пояс, и снова чуть обернулась назад, с робкой надеждой увидеть все-таки Ворота.

Пепельными дюнами громоздился песок, они были похожи одна на другую, и я подумала, что затеряться среди них ничего не стоит. И не было вокруг никакого опознавательного знака, кроме этого странного столба. Но когда я встала прямо перед ним и огляделась внимательно, я увидела в некотором отдалении еще один.

Айлия пошевельнулась, пытаясь приподняться, и я поспешила ей на помощь. Взгляд ее все еще оставался бессмысленным — в душе по-прежнему была пустыня, и я не могла дозваться ее. Она, шатаясь, держась за выщербленный столб, поднялась на ноги, затем повернулась лицом ко второй такой колонне. Голова ее, закинутая чуть назад, медленно покачивалась из стороны в сторону, словно у гончей собаки, отыскивающей знакомый запах. Затем, пошатываясь, вапсалка медленно пошла ко второму столбу.

Я положила ей руку на плечо. Она окинула меня равнодушным неузнавающим взглядом, затем, будто силы внезапно вернулись к ней, рванулась, пытаясь оттолкнуть мою руку, и вдруг неожиданно размахнулась и ударила меня резким, точным ударом, от которого я не смогла удержаться на ногах.

Пока я подымалась с земли, она была уже далеко впереди и шла, почти не пошатываясь, настолько твердо, насколько это позволяли ей ослабевшие ноги. Я карабкалась по песку вслед за ней, хотя мне так не хотелось уходить отсюда, с этого места, не изучив его как следует, я боялась даже подумать о том, что Ворота пропали навсегда и у нас нет надежды вернуться назад.

Неподалеку от второй выщербленной колонны виднелась третья, и Айлия направлялась прямо к ней. Однако у меня создалось впечатление, что ее привлекают отнюдь не колонны, но, как и тогда в замке, заставляет идти вперед нечто невидимое, неосязаемое, управляющее ее разумом.

Так мы миновали шесть одинаковых колонн; как и первая, все они были изъедены и выщерблены. Мы уже ушли довольно далеко от той равнины с песчаными дюнами, и перед нами лежала совсем другая местность. Повсюду виднелись высохшие побеги каких-то растений, похожих на траву, они росли на чахлых болезненных клочках земли и были скорее желтого, а не зеленого цвета. Ровная линия колонн шла и через эти места, теряясь вдали, хотя здесь они были немного другими — выше и как будто менее изъеденные временем. Наконец мы подошли к двум из них, что, казалось, недавно замерзли, а теперь оттаяли, слезясь каплями мелкой испарины. Рядом с ними я увидела здесь впервые живые и сильные растения. Это были довольно неприятного вида стебли пурпурного цвета с тонкими темно-красными волокнами, которые трепыхались на кончиках листьев, словно щупальца, отыскивающие жертву, и у меня не возникав желания рассмотреть их поближе.

За оттаявшими колоннами виднелась дорога. Эти два столба уже не напоминали опорные стойки ворот, кроме того, их совсем не тронуло время — казалось, они стоят здесь недавно. Их поверхность была ровной и гладкой, глубокого черного цвета. Айлия подошла к одной из них и остановилась, слегка покачиваясь; она по-прежнему не смотрела вниз, под ноги, хотя там могли подстерегать какие-нибудь ловушки, а пристально вглядывалась вперед.

Наконец мне удалось настичь ее. Подкравшись сзади, я схватила ее за плечо и крепко стиснула. На этот раз она почему-то не сопротивлялась нисколько. Мне очень не нравилась эта дорога, и совсем не хотелось идти по ней, и я стояла, размышляя о том, что же теперь делать, как вдруг услышала странный звук. Было похоже, что кто-то — или что-то! — приближается на огромной скорости. Я навалилась всем телом на Айлию, пытаясь вдавить ее в эту песчаную землю, горячо надеясь, что наша темная одежда не будет выделяться на серо-коричневом фоне.

Нечто неслось вдоль дороги так стремительно, что я никак не могла понять, что же это такое. Конечно, животным это быть не могло. Мне показалось, что это какое-то тело цилиндрической формы, сделанное из металла, мчится прямо по воздуху, не касаясь поверхности дороги. Оно пронеслось мимо на бешеной скорости, взвихрив воздух вокруг и осыпав нас придорожной пылью; не остановившись ни на мгновение, оно исчезло из виду.

Я гадала, осталось ли наше присутствие незамеченным. Если нас все-таки заметили, было достаточно причин для беспокойства. Возможно, нас не могли преследовать здесь, в этом месте. Судя по тому как это мчалось, со свистом рассекая воздух, останавливаться оно не собиралось.