Чтение онлайн

Наконец мы нашли такой проход, тоже освещенный тусклым матовым светом. На стене, чуть ниже светильника, был изображен незнакомый мне символ. Проход был узким и длинным и шел под прямым углом от основного. Оказавшись внутри, я вздохнула немного свободнее — теперь не нужно было прислушиваться к ужасающему вою над головой.

Расслабившись, я отметила, что здесь воздух был не таким знойным и душным, как снаружи, но дышать было по-прежнему тяжело, потому что сюда доносился какой-то весьма неприятный запах, определить природу какового я не могла, но он вызывал у меня кашель, и я все время чихала.

Вдоль стены приблизительно на равном расстоянии один от другого находились светильники; но свет был таким слабым и тусклым, что пространство между ними казалось непроглядно темным. Мы были уже на довольно большом расстоянии от туннеля, когда я поняла, что забрались мы в этот коридор как раз вовремя — позади раздался мощный грохот, от которого задрожали стены и пол. По-видимому, в туннель вошла машина. И тут же нас настиг такой едкий, удушливый дым, что мы обе задохнулись от кашля и рванулись вперед, пытаясь вырваться из зловонного облака. Ослепнув от слез, я почти машинально продолжала идти, пошатываясь, держась рукой за стенку, а другой подталкивая свою спутницу, чтобы как можно скорее миновать это место.

Наконец мы добрались до следующего светильника, где смогли немного передохнуть — я прислонилась к стене, долго терла кулаком глаза и никак не могла отдышаться. Тут я заметила, что пол под нашими ногами покрыт каким-то налетом, он был мягкий, словно пепел с выжженной равнины, но черного цвета. За нами остались хорошо различимые следы, но впереди, насколько я видела, налет был не тронут. Судя по отсутствию каких бы то ни было следов, этой дорогой уже давно никто не ходил — может быть, многие годы. Хотя это открытие утешило меня, но нельзя сказать, что оно очень облегчало наше положение.

Коридор вывел нас в конце концов на круглую площадку, весьма напоминающую дно колодца. Запрокинув голову и всмотревшись вверх, я увидела, что этот колодец простирался отсюда и до самой верхней оконечности башни; вдоль стен на некотором расстоянии друг от друга виднелись отверстия. Некоторые из них были освещены тускло, другие — необыкновенно ярко. Впрочем, приставной лестницы не было, и не было никаких намеков на ступени, которые могли вести хотя бы к самому низко расположенному отверстию. «Нам остается, — подумала я, — разве что вернуться обратно в опасный туннель и попытаться поискать другой проход».

Неожиданно Айлия сделала резкий шаг вперед, увлекая меня за собой, я взмахнула рукой, пытаясь удержать равновесие, и больно ударилась ладонью о стену.

Произошло неожиданное — мы больше не стояли на дне колодца, мы поднимались, наши тела парили в воздухе, словно у нас выросли крылья. Мне кажется, я закричала. Одна моя рука невольно потянулась к поясу, за который был заткнут жезл, а другой я пыталась ухватиться за гладкие стены колодца, по которому мы взлетали, тщетно стараясь остановиться — ногти ломались, но мне не удавалось даже чуть-чуть замедлить движение.

Вот мы поравнялись с первым отверстием, очевидно, это был второй ярус, если считать, что туннель и коридор, по которому мы прошли, располагались на первом. У входа горел светильник, и я успела разглядеть, что здесь начинался проход на противоположную сторону, причем был он даже шире, чем тот коридор, по которому мы пришли в эту ловушку.

Я начала перебирать ногами, словно шагая по воздуху, и вскоре заметила, что мне удается направлять полет, и я сумела пододвинуться ближе к стене. Теперь бы еще остановиться на следующем уровне вместе с Айлией. Я напрягла все силы, и в конце концов нам удалось выбраться из колодца, кое-как проникнув в один из боковых проходов, ведущих в сторону, противоположную той, откуда мы пришли.

Он был гораздо лучше освещен, но здесь слышались странные звуки и чувствовалась вибрация, шедшая, как казалось, и от пола, на котором мы лежали, и от стен, нас обступивших. Пол был устлан таким же слоем пористого, эластичного вещества, но наноса сажи или пепла здесь не было. Очевидно, эта часть башни посещалась много чаще, и нам следовало быть гораздо осторожнее.

Айлия вдруг села, посмотрела на стены, на меня, снова на стены, и я заметила, что взгляд ее вновь стал осмысленным. Потом она задрожала и прижала руки к лицу.

— Пути Балемата! — хрипло прошептала она.

— Да нет же! — Я протянула руку на этот раз не для того, чтобы вести ее куда-то, просто хотелось прикоснуться к ней и успокоить. — Мы живы, мы не умерли. — Я понимала, в ней говорит сейчас наивная дикарская вера в злого духа Балемата, который дожидается за последним занавесом тех людей, над кем не был совершен похоронный обряд.

— Я знаю, — она все никак не решалась отнять ладони от глаз, — это страна Балемата, а мы сейчас — в его доме.

У меня оставался еще один аргумент, который мог, пожалуй, убедить ее, что она не прошла за свой последний занавес.

— Скажи, ты голодна? Хочешь пить? А ведь мертвые не испытывают ни голода, ни жажды.

Она, наконец, отняла руки от глаз. Лицо ее выражало зловещую безысходность.

— Кто может это сказать? Разве кто-нибудь возвращался оттуда, из-за занавеса, чтобы рассказать, что он там чувствовал? Если это не Дом Балемата, тогда где мы, колдунья?

— Мы сейчас находимся в другом мире, но это не мир мертвых, нет. Мы нашли колдовские Ворота и проникли через них в другой мир…

Она покачала головой.

— Я ничего не знаю о твоей магии, колдунья, знаю только, что она принесла много зла мне и моим близким и продолжает приносить зло. Но я и впрямь хочу есть и пить. И если здесь есть где-нибудь пища и вода, мне бы хотелось найти их.

— Мне тоже. Но нам нужно быть очень осторожными. Я не знаю, кто или что живет здесь, знаю только, что вокруг очень много непонятного, и нужно все сначала разведать, как будто мы в стане врагов.

Я развязала свой сверток и достала остатки еды. Нам досталось по куску прессованного мяса, но жажду, которая становилась сильнее с каждой минутой, приходилось терпеть. Еда все-таки придала нам сил.

Когда мы продолжили путь, то обнаружили в коридоре двери, за которыми, возможно, были другие проходы. Но все двери были заперты, и я не нашла ни ручек, ни замков или задвижек, с помощью которых их можно было бы открыть. Я навалилась плечом на одну, на другую — безрезультатно, они не подались с места. Зря я рассчитывала найти что-то в конце коридора, поскольку он оказался сквозным и обрывался прямо в ночь. Правда, зависая над бездной, от него шла воздушная дорога, связывающая эту башню с другой, более отдаленной от центра города, но взглянув на эту узкую поверхность, казавшуюся такой непрочной и ломкой, я поняла, что не смогу ступить на нее. Спутница моя закрыла глаза и бросилась назад в коридор.