Чтение онлайн

— По ту сторону стены есть лестница. Мне нужно посмотреть, что там внизу.

Миссис Полсон снова устроилась на стуле, положив руки на подрагивающие колени.

— Когда Давина ударила по стене моим пятидесятидолларовым молотком, дом его съел, — с усмешкой сказала она. — Мы собирались посмотреть, проглотит он мой тридцатидолларовый лом или нет.

Айзек передал мне свою чашку, прежде чем изучить внутреннюю часть шкафа. Опираясь руками на дверную раму, он ударил ногой в ботинке по стене. Я услышала тупой треск и подошла поближе. По центру задней стены тянулись две неровные линии.

Айзек еще долго изучал стену, а затем пнул ногой ближе к углу. Примерно на фут ниже он снова ударил ногой. Стена провалилась в нескольких дюймах от углового шва.

— Этого должно хватить. — Он ухватился за дверную коробку, чтобы поддеть свободный кусок, толкал и тянул его, пока часть гипсокартона не вырвалась на свободу.

Я поставила его чашку на тумбочку, а затем вынесла этот кусок гипсокартона на крыльцо. После того как вернулась, Айзек передал мне еще два больших куска. Они тоже отправились на улицу, но когда я снова появилась в прихожей, Айзек светил фонариком в отверстие огромного размера.

Я прижалась к нему с одной стороны, а миссис Полсон с другой.

— Как думаете, что там внизу? — прошептала миссис Полсон, когда мы все уставились на деревянную лестницу.

— К сожалению, я уже знаю, — прошептала в ответ.

И Айзек, и миссис Полсон вопросительно посмотрели на меня.

— Вчера вечером я допоздна читала мамины записи в дневнике об исчезновении Райны. Мама боялась, что Райну найдут и она расскажет кому-нибудь, почему сбежала. — Я кивнула в сторону лестницы. — Моя мать переживала, что Райна проболтается о том, что она делала с ней в подвале.

Миссис Полсон резко вдохнула, и мы с Айзеком подскочили к ней, желая убедиться, что она не потеряла сознание и не упадет на пол. Усадив ее на стул, подождали, пока к ней вернется цвет лица. Когда она успокоилась настолько, что могла пить воду маленькими глотками, я пробралась на кухню и написала Ноа, что ничего срочного, но если он не спит, то должен приехать.

Вернувшись в прихожую, я взяла фонарик. Осторожно, чтобы не поскользнуться на мелких кусках гипсокартона и гипсовой пыли, я просунула одну ногу в отверстие и ступила на первую ступеньку лестницы. Чтобы пролезть полностью, пришлось немного пригнуться, осветив путь фонариком я осторожно спустилась по лестнице в подвал. Внизу щелкнула выключателем, и полдюжины одиночных лампочек осветили пространство.

— Мама, — глядя в недоумении по сторонам, сказала я себе, — что ты все-таки делала?

В дальнем конце комнаты стояло медицинское кресло со свисающими с боков толстыми кожаными ремнями для фиксации тела. В нескольких футах от него, вдоль стены, стоял длинный верстак с подкатным стулом. У противоположной стены находились два книжных шкафа, набитые книгами, многие из которых напоминали книгу рецептов, лежавшую на моем обеденном столе наверху.

Мои ноги отказывались двигаться, застыв на месте у подножия лестницы. Я боялась. Боялась ответов, которые могли бы дать эти книги.

— Есть что-нибудь внизу? — спросил Айзек, просунув голову в отверстие наверху лестницы.

— Айзек, вызови Стоуна. И Оливию. У меня такое чувство, что она мне тоже понадобится.

— А как насчет Бернадетт? — крикнула миссис Полсон. — Может, позвонить ей?

Не позволяя себе отступить, я подошла к книжному шкафу, просматривая названия книг.

— Да, — прокричала я в ответ. — Позвоните Бернадетт. Ей придется многое объяснить.

Глава 18

Долгое время мы все просто таращились в разные стороны комнаты, впитывая детали подвала ужасов. В конце концов Ноа, миссис Полсон и Бернадетт вернулись наверх, двигаясь в жуткой тишине друг за другом.

После того как они ушли, я потянулась к трем полкам с книгами рецептов. Выбрав и открыв книгу с центральной полки, я убедилась, что она тоже не содержит рецептов. Обложки книг служили прикрытием, скрывая страницы и листы, заполненные мамиными дневниковыми записями.

Чем больше рукописных записей я читала, тем сильнее дрожали мои руки. Моя мать использовала подвал для экспериментов. Экспериментов над людьми. Она проводила эксперименты, в которых смешивала и переплетала свои экстрасенсорные способности с техниками гипноза и лекарствами, как рецептурными, так и разрешенными, пытаясь изучить поведение человека.

В книгах подробно описывался каждый проведенный эксперимент и его результат, а ее безумие сводилось к одной цели: разработать метод контроля над действиями подопытных.

Я отложила первую книгу и выбрала одну с нижней полки. Эта началась задолго до моего рождения. В ней моя мама рассказывала о том, как подружилась с девочкой-подростком, когда сама училась в школе. Этой подругой оказалась Делия Адамс, единственная дочь шефа Адамса.

Если записи моей матери правдивы — а я считала, они слишком ужасны, чтобы это было не так, — то шеф Адамс имел полное право ненавидеть мою мать. То, что начиналось как легкий интерес к гипнозу, переросло в пьяную игру у костра, где моя мать впервые поняла, что может сочетать алкоголь, гипноз и психические иллюзии, чтобы подтолкнуть человека к определенному поведению. С этого момента мама бросилась в глубокий омут.

Она начала свои исследования, о чем свидетельствует сотня или более справочников, стоящих на полках обоих книжных шкафов, и никогда не останавливалась. Их тематика варьировалась от изучения гипноза, справочников по лекарствам до исследований паранормальных способностей. Судя по записям в дневнике, она прочитала все, что смогла найти, и использовала некоторые из них в своих исследованиях.

К концу того первого лета мама столько раз манипулировала сознанием Делии, что, когда послала ей последнюю иллюзию, у Делии не осталось свободы воли. Моя мать сказала «прыгай», и именно так Делия и сделала. Она прыгнула с моста в безводный каменистый дренажный котлован.

Шеф Адамс подозревал, что моя мать как-то причастна к смерти его дочери, но поскольку она уехала домой задолго до несчастного случая, смерть Делии признали самоубийством.

Я уронила книгу, не обращая внимания на треск переплета, когда она ударилась о бетонный пол. Внезапно мне стало трудно дышать. Я попыталась вдохнуть, но воздух застрял в горле и не выходил. Пошатнувшись, я почувствовала, как Оливия схватилась за одну руку, а Стоун — за другую. Они поддержали меня и направили к лестнице.

— Она убила ее. Моя мать ее убила, — прошептала я, задыхаясь.

— Кого? — спросила Оливия. — Райну?

Я покачала головой и посмотрела на лестницу. Мне нужно выбраться отсюда. Я отстранилась от них и бросилась вверх по лестнице. На полпути я споткнулась и успела схватиться руками за ступеньки, прежде чем упала. Ползком я продолжала двигаться, пока не оказалась в безопасном коридоре наверху.

— Давина? Ты в порядке? — раздался голос миссис Полсон откуда-то издалека.

Я не ответила. Я думала о воспоминании, которое мне удалось раскопать, о Райне в кресле. Моя мать вводила ей желтоватое вещество. А мой отец, самый добрый и мягкий человек, которого я когда-либо знала, по непонятным мне причинам позволил матери проводить свои эксперименты над Райной. Над его собственной дочерью.