Чтение онлайн

— Можно. Я работал более чем над тремястами делами об убийствах в качестве ведущего или резервного следователя.

— Можно с уверенностью утверждать, что вы отправили за решётку множество убийц?

— Да.

— И вот теперь вы здесь, работаете над освобождением человека, которого штат считает убийцей. Почему?

Это был единственный вопрос, который они с Холлером репетировали. Всё остальное они собирались импровизировать.

— Потому что я не думаю, что она это сделала, — сказал Босх. — Изучая дело, я обнаружил несоответствия и противоречия в расследовании. Поэтому я и обратился к вам.

— Я помню, — сказал Холлер. — А в рамках вашего расследования вы вручали повестку компании «Эй-Ти-энд-Ти»?

— Да. На прошлой неделе.

— И что…

Прежде чем он успел закончить вопрос, Моррис вмешался:

— Ваша честь, если мистер Холлер собирается спрашивать о сборе данных сотовой связи, мы снова упираемся в вопрос раскрытия информации.

— Каким образом, господин Моррис? — спросила судья. — Насколько помню, об этом говорилось в последнем перечне раскрытых данных, который мистер Холлер представил суду.

— Да, Ваша честь, — сказал Моррис. — Он передал нам распечатку более чем девятнадцати сотен страниц информации с шести разных вышек сотовой связи, и теперь, всего через четыре дня, собирается представить свои конкретные выводы в суде.

— Вы просите отсрочку слушания, чтобы у вас было больше времени на изучение материалов? — уточнила Коэльо.

— Нет, Ваша честь, — ответил Моррис. — Сторона обвинения просит лишить заявителя права использовать эти материалы из-за недобросовестного соблюдения даже элементарных требований к раскрытию информации.

— Это весьма жёсткая мера, — сказала Коэльо. — Уверена, у просителя есть что сказать. Господин Холлер?

— Ваша честь, здесь нет никакой недобросовестности, — сказал Холлер. — И мне уже надоело раз за разом оправдываться по поводу жалоб, которые господин Моррис поднимает, как заезженную пластинку. Правила раскрытия ясны. Я не был обязан передавать эти материалы ему и его команде до тех пор, пока не решил использовать их в суде. Я принял это решение в пятницу утром, когда мой следователь, господин Босх, закончил работу с данными. Учтите, Ваша честь, я работаю практически один: один младший адвокат, один штатный и один внештатный следователь. Господин Босх получил данные от «Эй-Ти-энд-Ти» во вторник днём и сообщил мне о своих выводах в пятницу утром. Он — один человек. А в распоряжении господина Морриса — весь аппарат генеральной прокуратуры. Он ещё и представляет в этом деле окружную прокуратуру Лос-Анджелеса, а там, по последним данным, напротив, восемьсот прокуроров и двести следователей. И он не нашёл никого, кто помог бы ему за выходные просмотреть материалы?

— Ваша честь, недобросовестность — вот здесь, — продолжил он. — Господин Моррис исходил из того, что я сбрасываю на него бесполезную макулатуру, и решил, что не будет топтаться на месте, разбираясь в ней. Поэтому он проигнорировал её на выходных, а теперь обнаруживает, что, возможно, это не так уж бесполезно, что здесь есть оправдательные сведения, и возмущается. Повторю: это должно быть поиском истины, но господина Морриса истина не интересует. Его интересует лишь создание препятствий на пути к ней. И это, по-моему, и есть недобросовестность в её самой отвратительной форме.

Моррис развёл руками, словно крыльями.

— Ваша честь, серьёзно? — спросил он. — Мистер Холлер, удобно забывает факты. Суд одобрил повестку в «Эй-Ти-энд-Ти» более трёх недель назад. Он ждал до кануна слушания, чтобы её исполнить и собрать данные. Это была сознательная задержка, Ваша честь, и он не обманет ни меня, ни вас. Штат настаивает на своей жалобе и на предлагаемом решении.

— Ваша честь, могу ли я ответить? — спросил Холлер.

— Нет, думаю, в этом нет необходимости, господин Холлер, — сказала Коэльо. — Я довольно ясно представляю, что вы скажете. Я не собираюсь исключать этот материал из рассмотрения. Мы продолжим показания господина Босха. А когда прямой допрос будет окончен, я предоставлю господину Моррису время, если оно ему действительно понадобится, чтобы подготовиться к перекрёстному допросу. А сейчас давайте объявим десятиминутный перерыв, вернёмся в свои углы и немного остынем, а затем продолжим слушание.

Босх провёл большую часть десятиминутного перерыва, удерживая Холлера подальше от Морриса в коридоре перед залом. Холлер был явно подавлен провалом Арсланян — как, впрочем, и сама Арсланян. В тот вечер она должна была улететь ночным рейсом, но настояла на том, чтобы отложить вылет, посмотреть показания Босха и поучаствовать в обсуждении после слушаний.

В коридоре обошлось без оскорблений и рукоприкладства, и вскоре Босх вернулся на своё место, ожидая появления судьи и подсудимой. Люсинду привели первой, и, как только её поставили рядом с Холлером, он наклонился и принялся шептать ей на ухо. По его жестам Босх понял, что он пытается её утешить и убедить, что потеря показаний Арсланян и её реконструкций ещё не конец. Проблема была в том, что сам Босх не был уверен, что и сам Холлер в это верит.

Судья вернулась, заняла своё место на скамье и продолжила заседание, разрешив Холлеру продолжать допрос. Тот взял блокнот и подошёл к кафедре.

— Когда нас прервали, — напомнил он Босху, — вы собирались рассказать суду о сборе данных с вышек сотовой связи, полученных по повестке. Расскажите, пожалуйста, как вы их получили.

— Нас интересовало, где в день убийства находился Роберто Санс, — сказал Босх. — Мы знали, что у него был мобильный телефон, и номер получили из распечатки звонков Люсинды Санс. Она звонила ему несколько раз в тот вечер, когда его убили. Поэтому я зашёл на сайт, где вводишь номер мобильного, и он показывает, каким оператором он обслуживается.

— Для протокола: что это был за сайт? — спросил Холлер.

— «Фри-Кэрриер-Лукап-Дот-Ком». Я ввёл номер Роберто, и сайт показал, что его оператор — «Эй-Ти-энд-Ти». После этого вы подготовили повестку на получение данных со всех вышек «Эй-Ти-энд-Ти» в Долине Антилоп за день убийства.

Холлер присвистнул.

— Должно быть, это был огромный объём данных, — сказал он.

— Так и есть, — ответил Босх. — Распечатка заняла почти две тысячи страниц одинарным интервалом.

— Можете простыми словами объяснить, что это за данные?

— У каждого оператора есть свои вышки сотовой связи. В одних районах их больше, в других меньше — отсюда и реклама о «лучшем покрытии». Если у вас есть мобильный телефон, он постоянно находится на связи с несколькими вышками оператора, и по мере вашего перемещения связь «перепрыгивает» от одной вышки к другой.

— Как Тарзан, перепрыгивающий с лианы на лиану, — ваша связь перебирается от вышки к вышке?

— Никогда раньше не думал об этом таким образом, но да, примерно так.

— Значит, вы нашли номер Роберто Санса в этих двух тысячах страниц?

— Да. И у меня была карта расположения вышек «Эй-Ти-энд-Ти» по всей Долине Антилоп…

— Долине Антилоп?

— Простите, я сократил: это «Антилоуп Вэлли», Долина Антилоп.

— Ясно. И как это вам помогло?

— Как я уже говорил, телефон одновременно «видит» несколько вышек, но связь наиболее надёжна с ближайшей. Данные, которые передаются с телефона на вышку, включают уровень сигнала, вычисляемый с учётом расстояния и координат GPS. Именно поэтому, когда вы пользуетесь картами вроде «Вейза» или «Гугл-карт», вы видите своё точное местоположение на экране.