Тропы Пещеры Озис. Часть I. Великое перемещение
Шрифт:
– Нет, – ответила Лаура, – теперь только подлости, и никаких поцелуев. Теперь, – я люблю кого-то другого.
– Кого-то?
– Ну да. Я знаю только, что он сделал.
– Ах, да, ты говорила, что любишь того, кто обрезал луч?
– Ну… да.
– А я тебе сказал, что это я.
– Ой, да прекрати… Ты как Твид, этот тоже говорит, что это он.
Юрис неприлично громко рассмеялся.
– И что же ты ответила Твиду?
– В отличие от тебя он попросил срок, чтобы доказать мне это.
– А представь, что докажет?
– И что?… – и тут-то Лаура задумалась, действительно, и что? Она любит Твида? Ужас какой-то. В глубине души она надеялась, что это Маркус.
– Вот-вот, – Юрис прекрасно понял ее внезапную задумчивость и опять рассмеялся.
– А ты докажешь?
– Да хоть сейчас.
И тут до Лауры дошла простая мысль, что луч света на Живом Посохе включается только раз в год по праздникам.
– Вот-вот-два, – поддакнул Юрис ее мыслям.
– В общем, год ни к кому не подойду, – пока не докажете!
– Ну, я вот никому ничего не обещаю доказывать, пойдем пингвина искать, – и Юрис пошел к обрыву, куда как он помнил, отлетела Грунина проекция.
Лаура какое-то время смотрела ему вслед, а потом догнала. Она видела, как Юрис водит руками, будто достает из под коряги застрявшее там невидимое существо, слышала, как он бормочет что-то вроде «ах вот ты где, малыш, иди сюда». И видела, как оживился Груня, когда Юрис открыл ладонь в его сторону.
«Значит, все-таки это был ты, – думала Лаура кусая губу в кровь, – вот же гад какой! Ну почему не Маркус!».
«Докажи ей, будто так не видно, – не подавая вида думал Юрис, хохоча и поднимая со всеми тосты, – как ей в голову-то пришло еще и Твида какого-то приплести, доказывайте там друг-другу что хотите – без меня».
Глава 8. Совет
Утро следующего дня было довольно безлюдным в стольном граде Хлопецы, славные алюрисы спали после вчерашнего праздника, и лишь магистры высшей квалификации ни свет, ни заря стали собираться в Университете.
Профессор Донта Арте шла под руку с мастером Васиздасом и они негромко переговаривались.
– При всем уважении, Донта, – говорил Васиздас, – я не верю в молодых Повелителей Света. Эта студентка лукавит, я уверен, что луч в ее ладонь положил этот юноша, который стоял с нею рядом.
Донта Арте фыркнула.
– Этот юноша также молод как и она, Васиздас, так что не кивай на молодость.
– Кивну, еще кивну, – закивал Васиздас, – такие вещи всегда случаются, только если Хранитель Живого Посоха забывает сказать «каждый сам за себя». Вот тогда и начинается неразбериха. Я, конечно, в те времена еще не видел проекцию, и не могу тебя раскрыть, но готов съесть свою прославленную шляпу, – ты победила тогда не без помощи мастера Юстаса.
– Полно, Всиздас! – негромко рассмеялась Донта Арте. – Студента Юстаса, ты хотел сказать? Оставь свою шляпу потомкам, он действительно помог мне.
– Вот так-то, Донта! И снова мастер Васиздас оказался прав! Не понимаю, почему ко мне так мало прислушиваются?
– Ты страшный зануда, Васиздас.
– Ах вот как!
Во дворе Университета они повстречали мастера Лазаринта сидящего на мохнатом камне возле фонтана.
– Приветствую, тебя, неудачник, – махнул ему шляпой мастер Васиздас.
– Шутки в сторону, Васиздас, – неожиданно сурово произнес мастер Лазаринт. – Тебе сегодня предстоит ответить, за то, что ты вчера совершил, боюсь, что Совет лишит тебя мантии!
Васиздас так и замер на взмахе своей шляпы.
– Чудовищная несправедливость! В чем меня обвиняют?!
– Ты навел козла на Живой Посох!
– Ах это, – Васиздас облегченно вздохнул, – ты шутишь все также не смешно, Лазаринт. Ты забыл добавить, что я погасил вчера лампаду на Кориване, – магистры, все трое как по наитию одновременно посмотрели на вершину мировой горы, увидев огонек на месте, Васиздас продолжил, – а кроме этого я устраиваю великие перемещения и вообще создал Вселенную. Что и говорить, Совету есть, за что лишить меня мантии!
Мастер Лазаринт расхохотался, придерживая руками свой большой живот, а Донта Арте сделала скучное лицо.
– Магистры, вам должно быть стыдно за ваше базовое чувство юмора, – заметила она. – Канарейки и те шутят более искусно.
– Не судите их строго, Донта Арте!
Все трое обернулись и увидели мастера Маркуса, спускающегося по ступенькам.
– Доброе утро, не так ли? – Маркус подошел к ним и приветствовал их рукопожатием. – Уж не знаю отчего, но все мы собрались гораздо раньше назначенного срока, вас мы увидели в окно.
– Неужели уже все в сборе? – Лазаринт посмотрел на часы, было только около восьми часов утра. – Выходит, что мы все не спали этой ночью?
– Что касается меня, то я спал, – ответственно сообщил мастер Васисздас. – Тем не менее, я не вижу смысла ждать до одиннадцати, как условились.
– Правильно, – кивнул Маркус, – я и спустился за вами, мы начинаем прямо сейчас.
* * *
В обширном кабинете мастера Юстаса собрались двадцать четыре магистра высшей квалификации. Не было только троих, которые по разным причинам отсутствовали в Хлопецах.
– Я известил всех остальных, – начал свое выступление мастер Юстас. – Уже завтра в нашем Университете будет общий сбор мастеров высшей квалификации. Обстоятельства требуют объединения усилий всего Алюриса.
Не знаю отчего, но вчера никто из вас не вспомнил про беспокойный свиток.
– Это не тот ли свиток, который оставил Великий Савва? – многие магистры оживились и задали этот вопрос.
– Так ему же пришел срок прошлой полуночью! – Донта Арте едва не хлопнула себя ладонью по лбу. – А я-то думала, почему у меня…
В кабинете поднялся шум, многие повскакивали со своих мест, оживленно жестикулируя.
– Да прекратите же галдеть! – раздался громкий голос от двери. – Мастер Юстас сейчас прочтет вам беспокойный свиток Великого Саввы!
В кабинет быстрым шагом вошел мастер-Хранитель запретной библиотеки, он достал из мантии свиток и протянул его мастеру Юстасу. Потом он повернулся к магистрам, и медленным движением руки снял свою маску.
Стояла полная тишина.
– Как же ты изменился, малыш Лорк, – еле слышно прошептала Донта Арте, и ее негромкий голос был отчетливо слышен в кабинете.