Чтение онлайн

— Царь, ты цел? — спросили взволнованные помощники.

— Что на фронте? — спросил Агамемнон в ответ.

Помощники мрачно переглянулись.

— На фронте… эээ… Фиаско, царь.

— Что? — не понял Агамемнон.

— Крах надежд, — пояснил один из адъютантов.

Глава 10

Как оказалось, Ахилл не просто вышел из боя, но и вывел мирмидонян, направившись вместе со своими бойцами в лагерь. Там они принялись жарить шашлыки и пить невесть откуда взявшееся вино, горланя песни со сложной трёхэтажной структурой стиха. Разумеется, троянцы не могли не воспользоваться этой ситуацией, и перешли в атаку, опрокинув эллинский центр и погнав греков в их лагерь.

— Эй, Ахилл, — заглянул к другу Патрокл. — Там пиздец.

— Что за пиздец? — спросил Ахилл, отвинчивая донышко у одного из бочонков с вином.

— Крах надежд, — пояснил Патрокл. — Наших опрокинули и гонят к кораблям.

— Наши все здесь, — заметил Ахилл, залпом осушив бочонок и рыгнув. — А там одни пидарасы.

— Ну в таком случае одни пидарасы отхуярили других пидарасов, и теперь они все вместе бегут сюда, — нашёлся Патрокл. — Слушай, Ахилл, а можно я возьму твои доспехи и быстренько свожу наших мирмидонян дать троянцам небольшой пизды на левом фланге?

— Нет, — сказал царь мирмидонян, подойдя к амфоре с картой, разложенной на походном столе в углу шатра.

— Ну тогда можно я возьму твои доспехи, — умоляющим тоном сказал Патрокл и очень-очень быстренько свожу наших мирмидонян вхуярить троянцам на правом фланге?

— Нет, — ответил Ахилл, изучая карту.

— Но почему?

— Потому что, — наставническим тоном заговорил царь. — Сейчас троянцы запиздят эллинов по всему фронту, прибегут сюда и начнут жечь их корабли. Тогда царь Агамемнон поймёт, какой он долбоёб, придёт сюда и начнёт умолять нас повести мирмидонян в битву. И все остальные цари тоже прибегут как миленькие!

— Думаешь? — спросил Патрокл, осматривая доспехи Ахилла, лежащие в противоположном от стола углу.

— Уверен! — заявил Ахилл. — Они будут у нас в ногах ползать, а мы на них плевать.

— Зачем? — не понял Патрокл.

— Удовольствие получать.

— А какое в этом удовольствие?

— Как какое? — возмутился Ахилл. — Эти долбоёбы все отказались материться в бою и тут же стали проигрывать! Или ты думаешь, что мы весь ход сражения можем повернуть, если я в бой вступлю?! Нееет, эллины проёбывают, потому что не матерятся! А мы такой ошибки не допустим! Поэтому мирмидоняне шагу не сделают из лагеря, пока Агамемнон не приползёт с извинениями! И вот тогда мы выйдем, выстроим троянцев в ряд и выебем всю их армию. Агамемнон публично признает, какой он мудак, а Одиссей – какой он тупой! Отличный ведь план я придумал! А потом остальные цари отдадут нам своих наложниц в знак извинений. Патрокл, ты, кстати, каких предпочитаешь, блондинок или брюнеток? Патрокл?

Когда ответа не последовало, Ахилл повернулся к другу. Друга на месте не оказалось. Как и доспехов Ахилла с оружием.

— Патрокл, ты пидарас! — взревел Ахилл и вылетел из шатра в одной набедренной повязке с табуреткой наперевес. — Всех запизжу!

За две минуты до появления своего царя мирмидоняне уже побросали устроенный ими пикник и выстроились перед появившимся в полном облачении Ахиллом. Царь как будто стал ниже ростом и зачем-то закрыл забрало у шлема, но явно вернул свой боевой настрой.

— Воины мои! — обратился он к подданным странным голосом, больше похожим на голос Патрокла. — Пришло время показать зазнавшимся троянским пидорам, кто тут главный!

— Главный кто? — осторожно уточнил один из воинов.

— Главный… эээ… — замялся на мгновение Ахилл, но затем выхватил меч из ножен и указал на наступающих противников. — Не важно!

Воодушевлённые столь пламенной речью мирмидоняне похватали своё оружие и бросились следом за царём. При этом они проигнорировали странные изменения в его стойке, походке и голосе, делающие его столь похожим на Патрокла. Ну захотелось царю повоевать так, как друг воюет. Что его теперь из-за этого, вопросами донимать? Доспехи царские, меч царский. Вышел из царского шатра. Кто же это, если не царь Ахилл? Не Патрокл же надел царские регалии. Расталкивая бегущих в противоположную сторону греков, мирмидоняне уткнулись в спину силам Менелая и Агамемнона, которые прикрывали забег остальной армии до судов.

— О, Ахилл!
– обрадовался Менелай. — Ты решил помочь нам пиз... Эээ... Воевать с троянцами?

Патрокл открыл было рот, чтобы ответить, когда сзади послышались знакомые крики. Оглянувшись, "Ахилл" увидел и знакомую табуретку, которой размахивала, разгоняя мешающих пройти, очень знакомая рука. Зрелище вышло крайне мотивирующим, чтобы воин рванулся вперёд, оказавшись вне линии основных сил.

— Вперёд! — заорал Патрокл, выхватив меч и размахивая им над головой. — В рукопашную!

Мгновением позже он уже висел на копье Гектора, который отвлёкся на обсуждение чего-то очень важного с другим троянцем и опустил наконечник на уровень груди.

— Ахилл??? — ахнул поражённый Гектор. — Хули ты тут забыл, уёбище?!

— Ыых... Здрасьте, бля, — кивнул Патрокл и попытался слезть с копья, но из-за тяжести доспеха снова рухнул на наконечник и испустил дух.

Сражение прекратилось, поскольку представители обеих команд ошалело взирали на бездыханное тело героя. Больше всех удивился Гектор, поочерёдно глядящий то на тело Ахилла, то на копьё в руке.

— Ну и что ты наделал, козёл?! — налетел на него Менелай. — Куда ты палку свою выставил?

— Да я же не нарочно! — принялся оправдываться герой Трои. — Он сам на копьё напоролся, я его даже не видел!

— Сам напоролся! — возмутился Агамемнон. — Два раза сам напоролся на копьё, конечно! Как нам теперь воевать без Ахилла?

— Пропустите, пидарасы! — донёсся вдруг сзади крик царя мирмидонян. — Всех нахуй порву!

— Та-а-ак, — медленно произнёс Гектор. — Сколько у вас Ахиллов в запасе?

— Я был уверен, что один, пока ты не спросил, — хмуро заметил Агамемнон.

— Всех уебу, суки!!! — слышалось за разбегающимися толпами забывших о былой вражде перед экзистенциальной угрозой.

— Давайте-ка вы унесёте вот этого Ахилла отсюда, — обеспокоенно показал на тело у ног Гектор. — Пока сюда второй не прибежал и не устроил пространственно-временной коллапс от нахождения одной и той же материи в одном месте в одно время.

— Чего? — хором спросили Менелай с Агамемноном.

— Берите его ноги в руки и пиздуйте отсюда! — рявкнул Гектор, и греки, поспешно схватив павшего героя, уволокли его в ближайший шатёр, который ну совершенно случайно оказался штабом Одиссея и по ещё более загадочной причине имел над входом табличку «Фалафельная».

Царь Итаки как раз покинул место своего ночлега, чтобы освежиться после ночных раздумий, от которых наутро у него всегда болела голова. В этот раз, правда, даже шум битвы у порога оказался для него не таким потрясающим, как вид командующих армией, затаскивающих главный козырь всей их стратегии в шатёр ногами вперёд.