Чтение онлайн

В конце прохода открылась пещера с нарочито угловатыми, неровными сводами. Возможно, в ее хаотической примитивности скрывалась недоступная Рейту утонченность. Например, из каменной стены крутым плечом выступала бесформенная глыба кварца, осыпанная блестяще-бронзовыми соцветиями пирита.

Возникало впечатление, что пещера служила важным узлом сообщения — здесь начинались еще три прохода. Центральная площадка была вымощена гладкими каменными плитами. Освещение, поярче, чем в предыдущей пещере, исходило от бесчисленных мерцающих зерен в скальной породе сводов.

В стороне стояла пятая фигура — тоже в черном плаще и черной широкополой шляпе. Плашмя прижавшись к каменному полу и отведя руки назад, Рейт бесшумно выполз на животе из прохода в лоскуток глубокой тени за низким валуном у самого выхода — и замер, как таракан, не решающийся пересечь границу тьмы и света. Пятый подземный житель, так же, как и четверо новоприбывших, несомненно был пнумекином: Рейт увидел его длинную, унылую, болезненно бледную физиономию. Некоторое время пятый будто не замечал четверых соплеменников, а те, в свою очередь, делали вид, что не замечают его — любопытный ритуал взаимного пренебрежения, весьма заинтриговавший Рейта. Мало-помалу, как бы невзначай и не глядя друг на друга, все пятеро собрались вместе.

Послышался приглушенный ропот голосов. Рейт напрягал слух. Пнумекины говорили на общепринятом наречии Тшая — об этом можно было догадаться по характеру звуков и интонаций. Четверо тихо отчитывались об обстоятельствах обнаружения пустого мешка. Пятый, скорее всего начальник или смотритель, чуть отпрянул, выражая смятение и растерянность. По всей видимости, выдержка, экономия движений, ненавязчивость, косвенные указания на эмоции лаконичными намеками и жестами были важнейшими аспектами подземного существования.

Группа пнумекинов постепенно перемещалась под скальным навесом все ближе к Рейту — он перевернулся на бок, прижавшись плечами к стене. Теперь, когда разговор шел не дальше, чем в трех метрах, Рейт мог отчетливо разбирать слова.

Один из голосов внимательно и ровно выговаривал: «...заказ — неизвестно, ничего не найдено».

Другой продолжал: «Туннель пуст. Допустимое объяснение: пропажа произошла перед доставкой».

«Несоответствие, — произнес смотритель. — В таком случае посылку не стали бы спускать».

«Несоответствие имеется в любом случае. В туннеле никого нет».

«Он должен быть там, — бесстрастно настаивал смотритель туннеля, — потому что он больше нигде не может быть».

«Если в туннеле нет потайного хода, известного доставленному».

Смотритель слегка выпрямился, вытянув руки по швам: «О наличии такого хода мне не сообщали. Тем не менее, последнее объяснение допустимо, хотя и маловероятно. Необходимо снова произвести розыски, не упуская ни малейшей детали. Я запрошу о возможности существования секретного хода».

Ответственные за поиск пнумекины прошли мимо, вернулись в туннель, откуда выполз Рейт, и стали медленно удаляться, останавливаясь на каждом шагу и освещая фонарями стены, пол и своды. Смотритель стоял и смотрел им вслед. Рейт внутренне поджался — наступал критический момент. Стоило смотрителю слегка повернуться налево, и он непременно заметил бы беглеца, лежавшего рядом, в пяти шагах. Повернись он направо, Рейт мог надеяться на временную передышку. Появился шанс напасть на одинокого пнумекина. Но четверо других были еще неподалеку — возглас, быстрые шаги, шум борьбы привлекли бы их внимание. Рейт сдержался.

Смотритель повернулся направо. Тихо ступая по камню, он пересек пещерный зал и исчез в боковом проходе. По-воровски, на пятках, Рейт последовал за ним и заглянул в проход. Туннель вырубили в породе, богатой пироксилитом — с обеих сторон из стен торчали кристаллы удивительной величины, иногда до тридцати сантиметров в диаметре, граненые, как бриллианты — рыжевато-коричневые, черно-коричневые, зеленовато-черные. Все самоцветы искусно очистили и отполировали так, чтобы каждый выделялся в самом выгодном свете — на отделку коридора явно ушло невероятное количество времени и сил. За частыми выступами стен, сохраненными для демонстрации кристаллов, было удобно прятаться. Рейт не отставал от пнумекина, пробираясь вперед беззвучными мягкими шагами, надеясь застать его врасплох, принудить к помощи под страхом смерти — примитивный и отчаянный план, но Рейт не мог придумать ничего лучше.

Пнумекин остановился. Рейт одним прыжком притаился за выступом скалы с оливковыми стекловидными кристаллами. Взглянув назад и вперед, пнумекин повернулся к стене, протянул руку и нажал ладонью на небольшой граненый камень, одновременно прикоснувшись к другому. Часть стены отодвинулась в сторону. Пнумекин зашел, вход закрылся. Туннель опустел. Рейт злился на себя: зачем он медлил? Пока смотритель открывал потайную дверь, Рейт мог бы уже наброситься на него.

Рейт осмотрелся — никого вокруг. Двигаясь вперед быстрыми перебежками, метров через сто Рейт неожиданно оказался на краю огромного провала. Далеко внизу мерцали тусклые желтые огоньки, неторопливо копошились массивные загадочные тени.

Рейт вернулся к секретному входу в стене, поглотившему пнумекина, и постоял, успокаиваясь — в голове яростно теснились противоречивые расчеты. Потерянному, затравленному в подземной западне, ему любой способ действий представлялся слишком рискованным, но бездействие могло обернуться катастрофой каждую секунду. Рейт нажал рукой на камни так же, как это сделал пнумекин. Замаскированная дверь сдвинулась в сторону. Рейт отступил на шаг, готовый ко всему. Перед ним открылось округлое помещение диаметром метров десять. Круглый стол посередине, скамьи, полки и шкафы наводили на мысль, что здесь проводили какие-то совещания.

Рейт вошел в комнату и огляделся. За ним закрылась дверь. Полусферический потолок плотно усеивали светящиеся зернистые вкрапления. Ровные изгибы стен отполировали так, что выделялась каждая прожилка напоминающей порфир породы. Направо отходил сводчатый коридор, оштукатуренный белым алебастром. Слева всю стену занимали стеллажи, многоярусные ячейки закрытых футляров или ящичков, высокие шкафы.

Из коридора послышалось глухо цокающее стаккато — настойчиво-размеренный угрожающий звук. С напряженным лицом, в панике, как взломщик, застигнутый не вовремя вернувшимся хозяином дома, Рейт искал, где можно было бы спрятаться. Подбежав к шкафу, он открыл раздвижную створку и втиснулся между висевшими на крючках черными плащами. От плащей и черных шляп, лежавших выше на внутренней полке, исходил затхлый кислый запах, вызвавший у Рейта приступ тошноты. Сгорбившись, он прислонился спиной к задней панели шкафа, прикрыл за собой дверцу и приложил глаз к щели между створками.

Секунды тянулись бесконечно. Рейт чувствовал нервное покалывание в желудке. Вернулся пнумекин-смотритель, подошел к столу и замер, будто пораженный какой-то мыслью. Чудаковатая широкополая шляпа затеняла строгие черты, поразившие Рейта классической правильностью. Рейт вспомнил о других человеческих породах Тшая. Все они в той или иной степени мутировали, симбиотически приспосабливаясь к расе хозяев: дирдирмены — спесивые и жестокие интеллигенты-каннибалы, тупые, раболепные часчмены, ванхмены — изощренно цивилизованные, но вероломные и бездушные. Тем не менее, во всех этих популяциях — за исключением, пожалуй, дирдирменов из касты безупречных — сохранилась неизменной изначальная человеческая сущность. По-видимому, только пнумекины не претерпели заметных физиологических изменений, зато психически преобразились — в отстраненных привидениях, населявших катакомбы Тшая, уже нельзя было угадать ни человеческих стремлений, ни человеческих нравов.