Тшай планета приключений.
Шрифт:
«После того, как ты похитил Атлас? Ни у кого из живущих в Убежищах не хватило бы духа даже прикоснуться к сборнику древних тайн. Зужма-кастшаи не успокоятся, пока не умертвят нас обоих».
«Тем более привлекательным мне представляется побег», — сказал Рейт.
«Мне тоже, — заметила девушка с обезоруживающей простотой. — Я не хочу вечно падать во тьме».
Несколько секунд Рейт рассматривал пленницу с новым интересом. Судя по всему, она не затаила никакой обиды, как если бы он случился в ее жизни подобно стихийному бедствию. Протесты, мольбы и возмущение она считала не менее бесполезными, чем жалобы или негодование по поводу последствий урагана, удара молнии или наводнения. Ее манера поведения уже слегка изменилась — она нагнулась над картой не так трепетно, как раньше. Девушка указала на бледнокоричневый символ, напоминавший букву «У»: «Здесь туннель выходит к прибрежным базальтовым столбам, где наш товар обменивают на товар гхианов, привезенный на кораблях. Я никогда не была так далеко».
«Мы сможем туда подняться?»
«Не получится. Зужма-кастшаи охраняют туннель от дирдиров. Там всех постоянно проверяют».
Рейт заметил другие такие же светло-коричневые значки: «А это — тоже выходы на поверхность?»
«Да. Но если тебя ищут, проходы перегородят вот тут — и здесь — и еще здесь. На всех этих выходах выставят кордоны, а портал, ведущий к туннелям района Экза, вообще закроют».
«Придется выйти где-то в другом месте, в другом районе».
Лицо девушки нервно подернулось: «Я ничего не знаю о других районах».
«Посмотри на карту».
Она выполнила его просьбу, прослеживая сплетения разноцветных линий пальцем, бегущим над самой бумагой, но все еще не осмеливаясь прикоснуться к плану: «Смотри, тайный проход восемнадцатой категории. Если мы свернем в него из коридора вот здесь, он сократит наполовину путь до двенадцатого продольного канала. Из него можно выйти к погрузочным докам по любому из трех туннелей».
Рейт выпрямился и натянул шляпу на лоб: «Я похож на пнумекина?»
Девушка быстро и неодобрительно изучила его внешность: «У тебя странное лицо. Твоя кожа неприлично потемнела от ветра и солнца. Собери пыль, натри лицо пылью».
Рейт выполнил ее указания, девушка безучастно наблюдала за ним. Рейт хотел бы знать, о чем и как она думает. Она объявила себя изгоем, гжиндрой, без потрясения, без переживаний. Возможно, она искусно притворялась, уже замыслив предательство. Предательством», однако, какие-либо планы его пленницы называть было несправедливо. Она ни в чем его не заверяла, не брала на себя никаких обязательств — напротив, ответственность в значительной мере должен был нести Рейт. Каким же образом он мог контролировать ее действия во время долгого пути по подземным лабиринтам? Рейт размышлял, изучая случайную спутницу. Его мрачный взгляд вызывал в ней все большее беспокойство. Наконец она не выдержала: «Почему ты на меня так смотришь?»
Рейт протянул ей зеленовато-синюю папку: «Спрячь это под плащом, чтобы никто не видел».
Девушка отскочила, как ужаленная: «Нет!»
«Это необходимо».
«Я не смею! Зужма-кастшаи...»
«Спрячь планы туннелей под плащом, — спокойным, размеренным голосом повторил Рейт. — Я отчаянный человек. Я намерен выбраться на поверхность любой ценой, меня ничто не остановит».
Непослушными пальцами девушка взяла папку. Повернувшись спиной к Рейту и тревожно поглядывая через плечо, она засунула сборник документов куда-то под широкий черный плащ. «Пойдем, — хрипло сказала она. — Если нас поймают... что ж, такова жизнь. Никогда, даже в дурном сне не думала, что стану гжиндрой».
Девушка открыла портал и заглянула в круглую комнату: «Никого нет. Помни — ступай тихо, не нагибайся вперед. Мы должны пройти развязку Фер, через нее многие идут по своим делам. Зужма-кастшаи бродят повсюду. Если мы встретим одного, остановись, отойди в тень или повернись лицом к стене — этого требует уважение. Не двигайся слишком быстро, не дергай руками и головой».
Она вышла в круглую комнату и стала удаляться по коридору. Рейт следовал позади, в пяти-шести шагах, стараясь подражать походке пнумекинов. Он заставил девушку нести папку. Тем не менее, его судьба была в ее руках. Она могла с криками подбежать к первому встречному пнумекину, надеясь на снисхождение пнуме... Исход ситуации предсказать было невозможно.
Они прошли чуть меньше километра, поднялись по пандусу, спустились по другому и вышли в гораздо более просторный туннель. Через каждые пятнадцать-двадцать шагов в каменных стенах открывались узкие вертикальные ниши. Рядом с нишей неизбежно стоял невысокий цилиндрический пьедестал с каннелюрами и плоским полированным верхом, напоминающий секцию античной колонны, но из темно-серого камня. Рейт затруднялся определить назначение этих архитектурных деталей. Туннель раздался вширь, и они достигли развязки Фер — большого шестиугольного зала с дюжиной полированных мраморных опор, подпирающих своды. В тускло освещенных маленьких кабинках по периметру зала сидели пнумекины, что-то писавшие в учетных книгах или, в некоторых случаях, вступавшие в тихие, бессвязно-мечтательные диалоги со стоявшими чуть поодаль клиентами, тоже пнумекинами.
Проводница Рейта отошла в сторону, остановилась. Остановился и Рейт. Обернувшись, девушка многозначительно перевела взгляд на пнумекина, стоявшего в центре зала — высокого худощавого мужчину, с необычной для его расы бдительностью озиравшегося вокруг. Рейт отступил в тень за мраморную опору, наблюдая за девушкой. Ее застывшее лицо ничего не выражало, но Рейт понимал, что в этот момент она осмысливает перемены, ворвавшиеся в ее мирное унылое существование. Его жизнь зависела от ее решения. Чего она боялась больше: бездонного провала в ледяную тьму или бездонного неба над головой?
Медленно, очень медленно она повернулась к Рейту и присоединилась к нему в тени колонны. Выбор был сделан — по крайней мере временно.
«Высокий человек посередине — смотритель-слушатель [24] . Видишь, как он все замечает? Мимо него ты не пройдешь».
Рейт постоял и посмотрел на смотрителя-слушателя, с каждой минутой испытывая все меньшее желание попадаться ему на глаза. Он вполголоса спросил девушку: «Ты знаешь другую дорогу к погрузочным докам?»
24
Смотритель-слушатель — весьма неточный перевод сокращенного выражения «гуль-эсзитра», означающего, в сущности, «наблюдательный ум, бдительно внимающий признакам недопустимого нарушения спокойствия».
Она задумалась. Решившись участвовать в побеге, его спутница стала более целеустремленной и подтянутой, будто опасность пробудила ее от нездорового сна наяву.
«Кажется, можно пройти в обход, — с сомнением сказала она, — через цеха и мастерские, но это долгий путь и там, на балконах, тоже стоят смотрители-слушатели».
«Вот как», — Рейт вернулся к наблюдению за смотрителем-слушателем развязки Фер.
«Обрати внимание, — сказал он немного погодя. — Охранник поворачивается сначала в одну сторону, потом в другую. Когда он повернется к нам спиной, я перейду к следующей колонне. Держись за мной».
Через пару секунд смотритель развернулся лицом к противоположной части зала. Быстрыми широкими шагами Рейт вышел из-за прикрытия и встал за ближайшей мраморной опорой. Девушка медленно последовала за ним — как показалось Рейту, все еще весьма нерешительно.
Теперь Рейт уже не мог выглядывать из-за опоры, не рискуя привлечь внимание смотрителя. «Скажи, когда отвернется», — прошептал он девушке.
«Отвернулся!»
Рейт перешел к следующей колонне, потом, пользуясь вереницей медленно идущих пнумекинов как прикрытием, пересек еще один промежуток между опорами. Оставалось пройти последний открытый участок. Смотритель резко повернулся к нему лицом, и высунувшийся было Рейт отпрянул назад, за мраморный столб. «Сколько еще я буду играть в прятки со смертью?» — подумал он. Украдкой переступая птичьими лапами, из бокового коридора в зале появился пнуме.