Чтение онлайн

— Понял, — мне оставалось только кивнуть и в очередной раз удивиться миру, в который я попал.

— Хорошо, тогда пойдем, разбудим Нину, я попрошу ее немного тебя помучить, — Глава тут же улыбнулся и преувеличенно быстро произнес, — Потренировать. Я, конечно же, хотел сказать потренировать.

Так я ему и поверил.

— Чего ее будить? Нина ждет в приемной.

— Отлично. Она всегда была исполнительной девочкой.

Дальше нас с коротышкой отправили в личную медитативную комнату Главы Семьи. Она была отделана материалами, подвергшимися воздействию Тумана, а потому находиться в ней днем было почти безопасно. Также подобные материалы способствовали более эффективному протеканию медитации.

И вновь началось: «внимание на Ядро», «внимание в Ядро», «внимание рядом с Ядром». И последнее у меня опять не получалось, за что я вновь огребал ногой по ребрам. Не сильно, но болезненно. Мысль, о защите ребер каким-нибудь панцирем или кирасой все сильнее жгла голову.

Внезапно наша «тренировка» была прервана звуком, раздавшимся из куртки моей мучительницы.

— Ниночка, связь.

Достав из своего кармана точно такой же ладоник, какой я недавно получил от Главы, девушка его активировала.

— Нина здесь. Слушаю.

— Доброго утречка, Ниночка. Это Горбач. Мне доложили, что ты не спишь, а тренируешься с Иваном. Он с тобой?

— Так точно, профессор.

— Отлично, а мы его уже обыскались. Всю ночь настраивали оборудование и закончили, а в городе карантин объявили. Раз Иван не спит, веди его к нам. Лаборатория номер 159.

— Ясно. Исполняю, — убрав ладоник в карман, Нина посмотрела на меня, — Закончили. Нас ждут голованы.

— Кто? — удивился я, поднимаясь с коврика, который был куда удобнее того, что я использовал до этого.

— Ученые. Мы их голованами называем. Ну, голова, голованы.

— Понятно. Только мы к ним не пойдем. Сергей Геннадьевич сказал, что после медитации я должен отправиться в библиотеку. Меня там ждут.

— Пойдешь туда после того как с тобой закончат ученые.

— Ты меня не слышишь? Я сказал, что у меня другие приказы.

— Мне нет дела до твоих приказов, малек. Глава приказал тренировать тебя и отводить к ученым, когда голованы будут это просить.

— И когда был отдан этот приказ?

— Несколько часов назад.

— С тех пор ситуация изменилась, — я попытался достучаться до разума девушки.

— Других приказов у меня не было, малек.

— Так давай зайдем к Сергею Геннадьевичу, и он подтвердит, что я прав.

— Глава занятой вампир, отвлекать его мелкими вопросами неправильно, — с этими словами меня схватили за руки и потянули в сторону лифтов.

И что делать? Абсурдная ситуация. Я как с роботом разговариваю.

— Нина, если ты не остановишься я ударю.

Девушка остановилась и с любопытством энтомолога, обнаружившего новое насекомое, стала рассматривать меня.

— Это будет даже забавно, малек.

— Ничего забавного. Почему нельзя связаться с Сергеем Геннадьевичем и уточнить приказ? Тебе религия это не позволяет?

— Я не верующая, — Нина забавно переступила с ноги на ногу, — В детстве мать водила меня в церковь, но мне там не понравилось.

— Пожалуйста, отбрось свои детские переживания в сторону. Объясни мне по-человечески, что за ерунду ты сейчас делаешь?

— Мы вампиры, Иван. Как я объясню тебе по-человечески?

— Ты издеваешься, тварь? — мое раздражение достигло максимума.

В следующую секунду я оказался на полу, а в глазах стояла темнота. Про боль во всем теле я молчу. Все, что было до этого, действительно было детской игрой.

— Не смей разговаривать со мной в таком тоне, малек!

— Тварь, — только и смог прохрипеть я в ответ, после чего мир вновь взорвался болью.

Пришел я в себя на полу. Только вот это был не пол коридора. Поднявшись, я обнаружил, что мы находимся в хорошо оборудованной лаборатории, а на меня с интересом смотрит добрый десяток людей в белых халатах. Мелкая просто вырубила меня и притащила куда надо. Кстати, где она?

Оказалось, что моя мучительница стоит прямо за моей спиной. Лицо ничего не выражает кроме готовности и дальше выполнять приказы. Даже уже устаревшие и неактуальные. Так дело не пойдет.

Демонстративно достаю ладоник и вызывают Сергей Геннадьевича.

— Глава! Нина силой притащила меня к голованам!

— Какая лаборатория?

— 159.

— Ясно. Сейчас позвоню по телефону.

Вскоре раздался звонок, и уже знакомый мне профессор ушел куда-то в соседнее помещение. Некоторое время оттуда раздавалось что-то типа: «важность скорейших исследований», «грандиозный успех», «невероятный прорыв», «очень нужно», а закончилось все четким и громким «да, господин». Вернувшийся профессор не выглядел довольным.

— Значит так. Сергей Геннадьевич разрешил нам сегодня провести небольшие исследования. Это займет около часа, — профессор пристально посмотрел на меня, — И молодой человек. Голованы это довольно оскорбительное прозвище для ученых. Не называйте нас так.

— А это не я, это все она, — я быстро перевел стрелки на Нину.

Сделал гадость — на сердце радость. Вон сразу сколько неприязненных взглядов в сторону коротышки. А Нине хоть бы хны. Как с гуся вода.

— Начинаем! — профессор похлопал в ладоши, прервав сеанс праведного негодования своих сотрудников, — У нас мало времени.

Все тут же бросились по местам.

— Объект: Иван Весы. Возраст… — молодой лаборант с сомнение посмотрел в мою сторону и, видимо ничего для себя не решив, обратился к начальству, — Профессор, а какой возраст указывать в сопроводительных документах?

Мне, кстати, тоже интересно услышать ответ на этот вопрос. А еще я впервые услышал как кто-то называет меня как положено, по имени Семьи, и со стороны это звучало странно, как погоняло какого-нибудь бандюгана. С другой стороны куда лучше чем Иван Роза.

— Пропусти возраст. Просто указываешь имя и всё. Объект уникальный. Не перепутаем.

За этот «объект» из уст профессора так и хочется начистить ему морду. Вот чую, эта падаль мне в глаза фонариком светила.

Вскоре меня поместили в герметичный контейнер, очень уж напоминающий «гроб», только с прозрачной крышкой, и попросили просто полежать там некоторое время, пока будут собираться показания приборов. Сначала моя капсула наполнилась Красным Туманом, потом его сменил Серебряный, затем опять был Красный и, наконец, Желтый. При появлении последнего тело стало неприятно чесаться.