Чтение онлайн

Здесь иная система званий. И иная структура военных подразделений.

Собственно, минимальным военным подразделением является десяток. Во главе десятка стоит десятник. Десятки формируют роту, которой командует капитан. Все.

И где, спрашивается, тут лейтенант? А под капитаном. В роте положено иметь двух лейтенантов, которые должны помогать капитану. Чтобы их не путать, один из них именуется старшим лейтенантом, но это только на случай, если капитан погибнет и некому будет командовать ротой. А так оба лейтенанта равны. Просто один ровнее.

Еще есть поручики. Но это такой офицерский чин, что его иногда даже рядовые серьезно не воспринимают. В обычных условиях даже десятник старше поручика. Зачем они тогда нужны? Учатся. На подхвате. Просто так. Знамя кому-то таскать надо. Ответов много. А если в роте освободится место лейтенанта, то его займет один из поручиков. В общем, важные люди на побегушках у командиров.

И это все. Буквально. Ибо роты формируют полки, а полки формируют войско, но последнее уже ситуативно. Полковник и воевода очешуеть какие высокие чины.

Вот и получается, что вся армия держится на лейтенантах, и это серьезное звание, которое абы кому не дают. Для «абы кого» есть звание поручика. Ну а все, что выше, это уже высокие руководящие должности, получить которые случаем можно только в книгах. Сколько там лет книжный д’Артаньян в лейтенантах проходил? Двадцать? Вот и здесь все примерно так. Некоторые до конца жизни так поручиками и остаются. А что? Тоже офицерское звание.

Так что, Нина, несмотря на все ее заскоки, в человеческой жизни была полезным и заслуженным бойцом, имевшим серьезный чин. И вот спрашивается: как из этого получилась нынешняя дуболомка? Сломалась? Сдалась? Сошла с ума? Ну да Туман ей судья.

И чтобы закрыть армейскую тему, выяснил, что у солдат все так же просто и без затей. Есть новики, которых даже в бой не пускают без особого случая. Есть рядовые, основа армии, несущие всю тяжесть службы на своих плечах. Есть капралы. От рядового их отличает особый знак, повышенное уважение сослуживцев и призрачная возможность занять место десятника, если звезды сойдутся, и Туман против не будет. Ну, просто потому что десятник это не абы кто, на десятника учиться надо, и капитан ставит на такие должности и звания исключительно самых проверенных. Прочих питает надежда.

И это все. Простая у местных система. На изучение ушло пять минут. Спасибо Наталье Константиновне, что сразу давала мне книги открытыми на нужной информации. Хорошо ее Сергей Геннадьевич замотивировал. А может тоже переживает за меня. Мы же все-таки Семья.

— Иван! Глава ждет тебя в своем кабинете. Срочно.

* * *

— По всем параметрам, он чистый Перевертыш, господин. Даже боевая форма имеется. Данные это подтверждают.

— Мне плевать на данные, Саша. Он вампир. Его боевая форма это наша обычная Уловка. И чтобы ты сегодня же удалил все упоминания о нем как о Перевертыше.

— Но данные…

— Просто удали их и все. Иначе я не пойму.

— Я все сделаю, господин.

— Везде удали. Даже в личных записях.

— Я все понял и сделаю, как вы просите. Все, что противоречит установке «Иван — вампир», будет удалено.

* * *

— Порадуешь, или…?

— Все четыре агента, которые получили доступ к проекту профессора Горбача, передали информацию вовне. В двух случаях мы получили сведения об отправке сообщений, но не смогли их предотвратить, еще о двух случаях узнали только после допроса агентов.

— Плохо, Вадим. Ты же сам убеждал меня, что все агенты под полным контролем. Вы о них знали, но в нужный момент оказались не готовы.

— Виноват, господин.

— Поздно голову пеплом посыпать. Меня на Совете сейчас чуть на мелкие кусочки не порвали. Давно я так не волновался.

— Ультиматум?

— Все как мы предполагали.

— Мы не ждали, что это случится так быстро.

— Здесь мы наших противников недооценили. Придется поторопиться. У тебя все готово?

— Да, господин. Только…

— Что такое, Вадим?

— Команда ученых слишком много знает о Иване, господин. Это может стать проблемой.

— Данные эксперимента у нас есть?

— В полном объеме, господин.

— Жаль, что придется заменить людей.

* * *

— Меня пугают когнитивные способности объекта.

— Только они?

— Не придирайтесь к словам. В объекте много аномалий, но все они вписываются в рамки нашего эксперимента, чего нельзя сказать о его когнитивный способностях. Из наблюдений видно, что перед нами взрослый, состоявшийся разумный, а должен был быть «чистый лист». В самом лучшем случае — ребенок, что мог лишь дышать, есть и какать.

— В экспериментах использовалась кровь оборотней, а у них практикуется передача памяти потомству.

— Не у всех.

— Минимум половина типов оборотней использует подобную практику.

— Но наш объект является вампиром. У них нет ничего подобного. И, напомню, что у оборотней за передачу плоду информации отвечает мать, и делает она это во время беременности. Кого назначим матерью объекта? Автоклав? Родильный бак? М? Какие еще есть варианты?

— Объект не чистокровный вампир… варианты возможны всякие.

— Варианты чего? Получения взрослого разумного, который ничего не знает о нашем мире? Как вы это представляете, вы же ученый?!

— Туман порождает разум. Это давно известно.

— Предлагаете записать объект в Твари? Похож, особенно эта его вторая форма. Жуть.

— Какая Тварь? Мы не использовали Туман, коллеги. Это не наше направление исследований.

— Разумом обладают Старшие Твари. Может все-таки…

— Это опасные речи, — профессор Горбач прервал коллег, — Думаю нам стоит просто списать все странности объекта на не совсем чистые параметры эксперимента и сосредоточиться на том, чтобы повторить наш успех. На мой взгляд, это сейчас важнее. Когда успешных образцов будет больше, можно будет говорить о каком-то накоплении данных, сейчас мы можем лишь строить домыслы и догадки, а это недостойно настоящих ученых.