Чтение онлайн

— А не лукавишь ли ты часом? — с подозрением в голове поинтересовалась Лена. — Ты бы не стала пытаться его охмурить, если бы он совсем тебе не нравился. Все-таки что-то у тебя к нему есть.

Вероника поморщилась:

— Нет. Правда, нет. Просто он настолько деревянный и невозмутимый, что мне уже и самой интересно увидеть, как он будет себя вести, если я обращу на себя его внимание. Звучит глупо, но это так. Мне действительно интересно. А еще, наверное, скучно. Хочется чем-то себя занять.

— Ага, понимаю… Старков — это что-то вроде босса в игре, которого нужно победить. Это и правда может быть интересно. Теперь я тоже заинтригована. — Лена задумчиво почесала макушку. — Знаешь, а я ведь никогда не видела, чтобы он кем-то интересовался. Перед ним постоянно кто-то мельтешит — к примеру, как Ларина и Гойфман сегодня перед занятием — но он никогда ни с кем не заигрывает. Хотя Ларина с Гойфман далеко не уродины.

— Вот и я о том же. Он странный!

— Но что касается тебя, я по-прежнему считаю, что рано или поздно он не устоит. Мне вообще кажется, что он борется с собой, но периодически не может обуздать свои чувства. Иначе, как объяснить, что он из всей нашей группы здоровается только с тобой? Точнее, он всегда здоровается, но его приветствие обращено ко всем сразу, а не к кому-то одному. А еще он достал для тебя план контрольной! Это же настоящий подвиг, учитывая обстоятельства.

— Он поздоровался лично со мной только один раз, и то, скорее потому, что я была первой, кого он увидел, когда поднялся на этаж. А план контрольной ему передал Лесин. Я не знаю этого наверняка, но почти уверена, что так оно и есть. Леонид Вениаминович просто очень добрый, и ему меня жалко. Он знал, как мне важно было попасть на этот факультатив. Как-то я даже разревелась при нем. Потом расскажу об этом подробнее, если захочешь.

Девушки попрощались и помчались по домам готовиться к завтрашней контрольной.

Поздним вечером, не дождавшись звонка Зинаиды, Вероника сама ей позвонила, чтобы рассказать обещанные новости. Подробно описав все примененные методы обольщения, а также сообщив о нулевых результатах данной операции, девушка выдохнула и замерла в ожидании вердикта.

— Отличная работа, Каспраныч! — резюмировала Зинаида. Судя по ее голосу, она была вполне довольна. — Продолжай в том же духе, все идет по плану!

— Отличная работа? Зина, ты точно внимательно меня слушала? Он ни разу, повторяю: ни разу, даже не взглянул на меня. Ну, кроме того момента, когда я задала Лесину дурацкий вопрос. Но тогда на меня уставились все, не только Старков.

— Я была вся внимание. И совершенно точно тебе говорю: сработала ты на отлично.

— Зина, ты уверяла меня, что перед корейской школьной формой он ни за что не устоит, а он не только устоял, но и не взглянул ни разу. Не понимаю, что тут отличного.

— Каспраныч, вот ты вроде баба толковая, но иногда два и два сложить не можешь, — вздохнула подруга. — Объясняю: такой откровенный подкат заметил бы даже мертвый. Никто не говорит, что любой бы мигом рухнул к твоим ногам с признаниями в любви, ты не можешь нравиться всем. Но абсолютно каждый уж точно бы заметил и посмотрел на раздражитель хотя бы краем глаза. А ты была именно раздражителем, который мелькает перед глазами. Итак, мы плавно подходим к тому, что все он видел и понимал, но не показывал этого. А показное хладнокровие требует немалых усилий. Тебе ли не знать. Так вот, ему куда проще было расслабиться и вволю попялиться на симпатичную деваху, но он предпочел держать себя в узде. Спрашивается, зачем? Почему он так боится показать тебе, что твои уловки привлекли его внимание? Я не знаю ответа, но точно знаю, что ни один парень, которому на тебя наплевать, не стал бы так напрягаться. Он бы сразу выдал негативную реакцию, и дело с концом.

— Может, он держался как раз затем, чтобы не обидеть меня той самой негативной реакцией. Кстати, было очень похоже на то.

— Когда ты на весь класс задала дурацкий вопрос, каким тоном тебе ответил Игорек? Был ли он недоволен или раздражен?

— Хм… — Вероника задумалась и напрягла память. — Нет, он был вполне дружелюбен. Даже ответил мне шепотом, чтобы не ставить в еще более дурацкое положение.

— Вот! Будь он раздражен до этого, стал бы он отвечать тебе дружелюбным шепотом?

— Не знаю, Зина, не знаю. Мне кажется, ты пытаешься докопаться до сути там, где ответ лежит на самой поверхности. Я не нравлюсь Старкову, и он совершенно искренне меня не замечает. Такое вполне может быть, учитывая, что он закоренелый ботаник. А отвечает он дружелюбно, потому что я не вызываю у него никаких эмоций, ни хороших, ни плохих.

— Тебе бесполезно что-то растолковывать, как об стенку горох, — вспыхнула Зинаида. — Давай ты просто опишешь ситуацию Ритке? Только как можно более подробней, чтобы она понимала, с кем мы имеем дело. Мое мнение ей не озвучивай. Просто спроси, почему, по ее мнению, Старков в упор тебя не видит, а потом напиши мне эсэмэску с ее ответом. Если не буду спать, прочитаю сегодня. Если усну — завтра с утра. В любом случае напиши.

Перед сном Вероника отправила подруге обещанное сообщение:

Каюсь, ты была права. Тетка абсолютно с тобой солидарна.

От Зинаиды сразу же пришел ответ:

Так-то! Значит, двигаемся по намеченному плану. Рано или поздно Игорек не выдержит натиска, хе-хе!

В день контрольной Вероника с самого утра была сама не своя. Она хорошо подготовилась, но по-прежнему не чувствовала уверенности в своих силах. Ей уже не терпелось поскорее сдать работу, чтобы унять эту раздражающую дрожь во всем теле и спазмы внизу живота. Она даже обрадовалась, когда одна из завучей прошлась по всем классам с объявлением, что сдачу контрольной перенесли с седьмого на третий урок, и все сдающие могут официально пропустить занятие, которое в это время стояло у них по расписанию.

В назначенное время Вероника отправилась на третий этаж. Там, перед самой большой аудиторией в их школе, предназначенной для конференций и различных собраний, уже собралась внушительная толпа. Лена стояла вдалеке ото всех и повторяла материал.

— Готова к контрольной? — нервно теребя рукав черного платья, которое подарил Витя, спросила Вероника.

— Ну так… По крайней мере, с планом Старкова мои шансы написать ее хорошо возросли раз в пятьсот. Выучить двадцать тем куда проще, чем всю программу с седьмого по десятый класс.

— Ладно, повторяй тогда, не буду отвлекать. Я тоже немного подучу.

Вероника открыла одну из своих тетрадок с конспектами и пробежала глазами самые важные заметки. Убедившись, что помнит, о чем там говорится, она убрала тетрадь в рюкзак и стала разглядывать присутствующих. Ей удалось насчитать тридцать два человека, а затем в коридор завернули Старков с Ханиным. Тимур над чем-то смеялся, а Игорь улыбался своей клыкастой улыбкой.

Появление Ханина стало для Вероники неожиданностью. Во-первых, сегодня его совершенно точно не было на уроках. Может проспал, может, заболел, кто его знает. Видимо потом ему позвонили и предупредили, что контрольную перенесли на время третьего урока, и ему таки пришлось явиться в школу. Во-вторых, она совсем забыла, что подбивала его принять во всем этом участие. Тем не менее, он сдержал слово, и это было приятно.

Позабыв обо всем, девушка, как завороженная, разглядывала Тимура. Его волосы были растрепаны. На макушке торчали кверху, а с левого бока наоборот примяты. На нем была нелепая пестрая рубашка, которую Вероника никогда раньше не видела. Верхние пуговицы он расстегнул аж до самой груди и нацепил на себя толстую позолоченную цепочку и еще одну потоньше и с увестистым кулоном в виде металлической прямоугольной пластины. Выглядел он так, будто бы подражает моде молодых преступников из мексиканских картелей девяностых годов.