Туманный Лондон
Шрифт:
– Ясно, – скрипнул зубами Найман. – Имя жертвы установлено?
Патрик сглотнул, а затем осторожно повернул голову трупа, что бы лейтенант увидел лицо жертвы.
Несколько секунд ничего не происходило, а затем мужчина оперся о стену и медленно выдохнул.
– Дэниэл Найман, сэр, – тихо произнес патологоанатом, – ваш сын.
– Он же должен быть в Германии, – прошептал пожилой мужчина, которого подхватил под руку Тайлер.
– Сэр, мы все выясним, – горячо произнес Уайт, – мы не просто выясним, мы найдем убийцу и представим перед судом, если же он окажет сопротивление, то будет мертв, я вам обещаю.
Найман поднял голову, и Тайлер постарался не отшатнутся. Казалось, за пару секунд мужчина постарел на десять лет. Всегда ясные карие глаза подернулись дымкой, глубже обозначились морщины, а в волосах, казалось, прибавилось седины.
– Я верю в вас, – тихо произнес Габриэль, не в силах выпрямится. – Унесите его и узнайте, как он умер. Я должен знать все.
Тайлер быстро закивал и, приобняв лейтенанта за плечи, повел внутрь участка. Остальные засуетились вокруг трупа.
Стою на крыше дома напротив участка и жду Сашила. Я знаю, он придет. Не зря же он столь выразительно меня позвал.
Почти неслышные шаги, свист ветра - и вот, он стоит за моей спиной.
– Неужели нельзя было позвать меня другим способом, – в моем голосе звучит чистое любопытство.
– Я решил вспомнить прошлое, – от звука его голоса у меня бегут мурашки по спине. – А так как я тебя не могу найти, лучшим средством стало привлечь твое внимание.
– Ты привлек не только мое внимание, но и внимание полиции. Сейчас уже не 19 век, а жертва не лорд, а сын лейтенанта, ради которого он убьет любого.
– У него осталось ещё двое сыновей, дочь и двое внуков, – Сашил чуть улыбается, я это чувствую. – От потери одного ребенка никто не умирал.
– У тебя странная логика, – я наконец поворачиваюсь лицом к нему и беззвучно вздыхаю.
– Отсутствие эмоций и попытка имитировать их довольно сильно повлияла на меня, – Сашил чуть морщится. – За шестнадцать тысяч лет я так ни в чем не разобрался.
– Но тебе все же давали уроки эмоций и понимания их.
– Скорее, мне давался урок получения наслаждения от сексуального контакта в человеческом обличии. До этого противоположный, да и свой пол, мне был абсолютно не нужен. Хватало насилия над женщинами в зверином обличье.
– Тогда скажи, что ты чувствуешь, когда превращаешься.
– Как меня раздирает изнутри, – Сашил чуть морщится. – Хотя ко всему можно привыкнуть.
– Так же раздирает боль и скорбь людей, когда убивают их близких.
Он смотрит вниз и чуть хмурится.
– Значит, никаких физических последствий, но внутренняя боль такая же?
– В большей или меньшей степени, – чуть киваю и убираю волосы за спину.
– Мне нужно подумать над этим. Как мне с тобой связаться?
– Встретимся через две недели на крыше башни Елизаветы. В полночь.
Растворяюсь в тумане и тут же оказываюсь в своем доме. Разговор всколыхнул старые воспоминания. Иду к камину и беру в руки шкатулку. Несколько секунд просто держу её в руках, а затем открываю. Медальона нет…
Николас, нагруженный очередной коробкой старых, дел ввалился в квартиру Тайлера и едва не был сбит с ног Уайтом.
– Себастьян, а ну вернись.
Черный кот прошмыгнул на лестницу и моментально помчался наверх.
Картер поставил коробку и поспешил на помощь.
Через минуту он настиг коллегу, который спускался с котом в руках.
– Себастьян дон Джон Базилоне джи Мацудайра Катакурико Гамбринус Многоликий Михаэлис, как тебе не стыдно убегать из квартиры, – выговаривал Тайлер своему питомцу.
– Это что за имя? – оторопело спросил Николас.
Уайт немного покраснел.
– Ну, когда Алиса его притащила, моя, тогда ещё будущая жена, дала ему имя Себастьян Михаэлис, а потом приросли и остальные. Она очень аниме любила. Я его так называю только когда сильно злюсь.
– Язык сломаешь, – покачал головой Картер.
Тайлер смущенно улыбнулся и вернулся в квартиру. Николас поспешил следом.
Уайт уже утащил коробку в гостиную и ушел на кухню готовить кофе, а Картер все никак не мог выкинуть из головы смущенное лицо напарника. Даже когда они уже сидели на диване и перебирали старые дела, пытаясь найти хоть какую-то зацепку для расследования убийства сына лейтенанта, в мыслях Николаса не было и намека на серьезность.
– Знаешь, я так больше не могу, – Картер отбросил папку на столик.
– В чем дело? – нахмурился Тайлер, вырываясь из кошмара прошлых лет.
Николас поднялся и подойдя к сидящему напротив напарнику, наклонился и быстро поцеловал.
Уайт, ошарашенный таким поворотом, даже не думал сопротивляться, и от этого у Картера сорвало крышу.
Отбросив документы, он притянул к себе Тайлера и углубил поцелуй.
Слабые трепыхания пришедшего в себя Уайта не были похожи на попытки вырваться.
Тайлер мысленно вздохнул и, обняв Николаса, ответил на властный поцелуй. Почему бы не попробовать.
И да, у моей подруги кота зовут именно так.
========== Глава одиннадцатая ==========
Алисия проснулась от тихого стука в окно. Открыв глаза, девочка села на кровати.
На подоконнике, с той стороны стекла сидел Альфео. Заметив, что она проснулась, он тепло улыбнулся и указал на защелку.
Девочка закуталась в одеяло и, подойдя к окну, отодвинула щеколду.
– Привет, малышка.
Алисия заулыбалась и кинулась обнимать Альфео.
– Ты пришел.
– Я же обещал, – тихо произнес он, гладя девочку по волосам.
– Полиция ко мне приходила, они сказали, что ты плохой, хуже папы, а ещё они забрали медальон. Я была не права, когда забирала его у тебя, но они обещали вернуть мне его, и не вернули. Почему они соврали?
– Взрослые часто врут, – Альфео вздохнул. – Если честно, я хотел подарить тебе другой памятный подарок, но ты выбрала медальон, в котором хранится фотография моей матери.
– Твоя мама очень красивая, – тихонько произнесла Алисия. – Так ты не будешь меня ругать?