Чтение онлайн

Тихие стоны удовольствия ласкают мой слух.

Николас поддается навстречу, не в силах терпеть столь медленный темп, и я, слегка усмехаясь, подчиняюсь безмолвному призыву.

Такое чувство, будто он проверяет меня на прочность. Медленно и со вкусом растягивая удовольствие. Не могу просить, но тело само подается навстречу, и я позволяю себе забыть о том, кто мой любовник.

Удовольствие достигает пика, и мой вскрик звучит слишком громко. Пугаюсь самого себя и слышу короткий выдох, от которого шевелятся волоски на шее. Вздрагиваю и понимаю, что Небиа вышел из моего тела. В поле зрения появляется сгусток тумана и накрывает мой рот и нос. Несколько вдохов, и я проваливаюсь в темноту.

Лэрд быстро шел по улице, закутавшись в плащ. Осень принесла холодный ветер и противные моросящие дожди, а ещё - туман. Его и так слишком много.

Адам внезапно остановился и огляделся по сторонам. Странно. На город опустилась какая-то неестественная тишина. Куда подевались все люди и машины?

Опустив ворот плаща, Лэрд медленно осмотрел улицу. Где-то в самом конце торопливо цокали каблучки, сзади был быстрый топот мужских, наконец два хлопка двери и все затихло. Мимо медленно проползла машина, и Адам смог разглядеть девушку, которая испуганно вцепилась в руль и внимательно оглядывается по сторонам.

Адам поднял голову и замер. Неба не было видно, молочное покрывало полностью закрыло его, лишь свет фонарей пробивался сквозь него и мистически мерцал.

Почувствовался запах дорогих сигар, и из тумана выступил мужчина. Черные волосы слегка взъерошены, а глаза сияют желтизной.

– Мистер Кэрри?

Взмах руки, и Адам падает на землю. Из перерезанной артерии фонтаном брызжет кровь, а тело судорожно дергается. Лэрд с хрипом пытается зажать рану, но вскоре бледнеет, судороги постепенно сходят на нет, и вот, окровавленная рука безвольно опускается рядом с телом.

Кукольник хмыкает и отталкивается от земли. Не его стиль, но этот человек ему не нравится.

Тайлер устало потер глаза. Он ненавидел ночные смены, из-за них вечно трещала голова, во рту была сухость, а тело разваливалось на части. В общем, полный набор похмелья без пьянки.

Уайт с трудом открыл дверь квартиры и привычно поймал рванувшего на лестницу Себастьяна.

– Себа, – укоризненно произнес Тайлер, – когда ты прекратишь свои выходки?

Кот мурлыкнул и, развернувшись, с гордым видом прошествовал на кухню.

Полицейский запер дверь и потащился за Себастьяном. Нужно всех накормить и лечь спать, затем навести порядок, приготовить ужин, прополоскаться в ванной и снова поспать.

Зевнув, Тайлер вытащил из холодильника кошачью еду и принялся раскладывать её по мискам.

Первым прискакал самый ленивый, затем прибежала Алиса и, наконец, в кухню протиснулся самый маленький и стеснительный из кошачьей семьи.

Пока коты уплетали свой завтрак, Тайлер закусил забытым бутербродом и направился в спальню.

Через пару минут в спальню прошествовали питомцы. Алиса, запрыгнув на кровать, свернулась клубочком на подушке, Раухан – вальяжно лег на ноги и приступил к умыванию, Себастьян – без стеснения оккупировал пустое место под правым боком, а Тильман – лег на самый краешек кровати, готовый к побегу.

Сытое урчание действовало убаюкивающе, и Тайлер очень быстро уснул.

Патрик махнул выбравшемуся из машины Николасу и вернулся к трупу. Рядом с патологоанатомом стояла Тринити и нервно сжимала и разжимала кулаки.

Подошедший Картер шепотом выругался.

– По губам надаю, – мрачно произнес Дайсон, – бери пример с Хоггарт младшей.

– Ты её и отшлепать можешь, – криво улыбнулся Николас, – а меня не трожь.

– Угу, пусть тебя Тайлер воспитывает, или ты его, кто у вас в парочке сверху?

– Эммм… – протянул Николас.

– Не стесняйся, – пропыхтел Патрик, переворачивая труп обратно на спину, – все свои, все знают.

– Что значит все знают?

– Ну, я, Кайл, теперь и Тринити.

Картер повернулся к стажерке и наткнулся взглядом на огромные темные глаза девушки.

– Вы че, парочка? – одними губами спросила Хоггарт младшая.

Николас чуть дернул плечом и отвернулся.

– Будешь болтать - язык вырву.

– И поджаришь, – тихо хихикнула пришедшая в себя девушка.

Тонкий намек на каннибала тупой пилой прошелся по оголенным нервам. Картера передернуло: вспоминать то, что произошло ночью, было неприятно.

– Бедный Адам, – пробормотал Патрик. – Знаете, а ведь горло ему разрезали очень точно. Вот только было одновременно нанесено сразу три глубоких пореза и четвертый менее тяжкий. Такое чувство, будто его полоснули четырьмя лезвиями одновременно, при этом они располагались неравномерно на орудие убийства.

– У тебя были подобные трупы? – поинтересовалась Тринити.

– Нет, ни разу не встречал, мне нужно более детально все осмотреть, чтобы узнать, каким оружием он был убит. Пусть тело перевезут в морг, а я уже займусь им.

Тело закрыли в мешок и быстро погрузили в машину. Сняли желтую ленту, полицейские разъехались, и на улицу вышел дворник со шлангом в руках.

Махнув своему помощнику, чтобы тот открыл воду, мужчина смыл все следы преступления, в том числе незамеченную полицейскими запонку.

Папа вернулся домой. Уставший, но неизменно улыбающийся. Сбегаю по широкой лестнице и тут же оказываюсь подхвачен на руки.

– Опять без тапочек бегаешь? Уже зима скоро, привыкай обуваться, – укоризненно произносит отец.

Смущенно улыбаюсь и обнимаю его за шею. Папа самый лучший, правда, я пока не называю его так, боюсь, что ему будет неприятно.

Мы идем в гостиную. Мне там нравится больше всего. Огромные окна выходят на красивый сад. Все отделано деревом, и в одной из стен сделан камин.

Рядом с ним, на ковре, очень удобно играть, пока отец музицирует или пьет чай.

Он сажает меня на диван и достает из кармана небольшую коробочку.

Нетерпеливо ерзаю, но не спешу тянуть руки. Несмотря на то, как папа ко мне относится, мне страшно. Мне кажется, что он станет плохим.

Нет. Коробочка в моих руках, и я осторожно снимаю шуршащую упаковку. В моих руках оказывается бархатный мешочек на завязках.

Тяну веревочки в стороны и на колени выскальзывает перстень на цепочке.