Чтение онлайн

— Я в порядке, я в порядке. — Джилли упрямо замотала головой, но было видно, какое там «в порядке».

Тут же спохватилась:

— Ты голодная? И уставшая, конечно... Ох, как я рада тебя видеть! Последние недели Лина к Дэвиду меня не подпускала, но вчера он настоял, что хочет сам всё закончить. А у Лины духу не хватает...

Лина? Имя показалось Мике знакомым. Кажется, так звали невесту Дэвида. Теперь, надо думать, она его жена. В самом деле, шесть лет прошло, а кажется, что только вчера всё было...

«Духу не хватает... Хочет сам...»

Мика нахмурилась.

— Погоди, что значит «хочет сам всё закончить»? Скажи, что это не то, о чём я думаю.

Лине этой лет тридцать. Джиллиан всего двадцать два.

Мика закусила губу: тут всё ясно, у Лины, значит, духу не хватит, а Джилл... У Джиллиан духу хватит на всё.

Джилли вздохнула и немного отстранилась.

— То. Именно то, дорогая. Он... он измучился. Терминальная стадия, рак жрёт его кости. Нас предупредили, что скоро начнутся приступы удушья, препараты перестанут снимать боль. И... и надежды никакой нет.

Мика невольно прижала ладонь к губам, точно хотела удержать себя от бесполезных слов. Не без усилия проглотила горький комок и, кашлянув, спросила, стараясь, чтобы голос звучал спокойно:

— Ты хочешь, чтобы я была рядом, когда..? — и, не дожидаясь ответа, добавила: — Можешь на меня рассчитывать, я для этого и приехала.

Обняв подругу за талию и по старой привычке положив ей голову на плечо, Джилли жалобно попросила:

— Не спрашивай, как я, ладно? Я буду в порядке.

Это был обычный рефрен. Звонки по скайпу раз в два-три месяца, обе смеются над какими-то понятными только им двоим шутками, и между взрывами хохота Мика то и дело спрашивает: «А как ты?» «Ерунда! — слышит в ответ, — я в порядке. Расскажи ещё про Россо?»

— Останешься у нас, — Джиллиан перешла на деловой тон, стала жёсткой, — мы обо всём поговорим. Завтра Дэвида... завтра он будет дома и к Лине не вернётся. Она сказала, что не сможет при этом присутствовать, простится с ним сегодня вечером.

В ту ночь они так и не уснули. Говорили обо всём, хотя Джилли постоянно возвращалась к рассказам о своих животных.

— У меня здесь даже поросёнок есть, представляешь?

— На Рождество откармливаешь?

— Какое Рождество, с ума сошла? Он же друг!

Бесконечные истории Джилл были забавными, Мика забывалась, смеялась, рассказывала в ответ что-то своё. Их спальня казалась оазисом света и тепла. В остальных комнатах огромного дома царила полная тишина.

— Так ты здесь давно живёшь?

— Странный вопрос. Всю жизнь. — Джилли потянулась и зевнула. Часам к пяти утра её стало смаривать.

— Как, совсем одна?

Джилли пробормотала что-то вроде: «Ой, какая ты глупышка, тут прислуга днём...», а у Мики вдруг засосало под ложечкой. Ей показалось, или Джилли действительно оказалась запертой в огромном доме на Варровом острове почти в полной изоляции?

...Резкая трель мобильника вывела Мику из глубокой задумчивости. Она провела ладонью по лицу, словно хотела снять паутинку воспоминаний, потом вздохнула и потянулась к телефону. Обнаружив уже ожидаемое, но от этого не менее волнующее сообщение от Альберта, улыбнулась. Прочла, но отвечать не стала, хотя и хотелось. Не то чтобы Мика приветствовала все эти милейшие игры на нервах поклонников, — напротив, была чужда кокетства, — однако быстрого сближения с Альбертом она опасалась. Возникшее между ними притяжение крепло день ото дня. Он слишком ей нравился, видеть в нём только друга становилось всё сложнее. Мика хорошо знала себя. Стоит только ослабить самоконтроль и пойти на поводу чувства, как она снова станет уязвимой. Последний раз подобное безрассудство дорого ей обошлось.

...Дэвид. Мика и сейчас помнила, как у неё перехватило дыхание, когда она увидела его в холле больницы — сидящего в кресле-каталке, закутанного в плед, исхудавшего до костей. С каждым шагом санитара, катящего коляску, расстояние между ними и Дэвидом сокращалось, и становилась очевидной горькая правда, вчера озвученная Джилли: надежды действительно не осталось. Дэвид выглядел измученным и обессиленным, а ведь она помнила его молодым, энергичным мужчиной с военной выправкой, крепкими мышцами и белозубой улыбкой. Она... слишком хорошо его помнила. Контраст был разительным — без всяких метафор. Мика почувствовала, что подступают слёзы. Встряхнула волосами, пытаясь скрыть, насколько шокирована.

Джилли и сама едва сдерживалась. Мика чувствовала, как подруга дрожит и прижимается к ней, неосознанно ища опору и поддержку. Она молча обняла Джилли, но та вывернулась из-под руки и почти побежала навстречу Дэвиду. Обняла брата, прижалась, замерла на несколько секунд — осторожно, стараясь не причинить тому лишней боли. Потом, шепнув ему что-то на ухо и указав ладонью на Мику, перебросилась парой слов с санитаром, взялась за ручки коляски и покатила дальше. Мика заметила, что Дэвид сел ровнее. Попытался улыбнуться, но получился скорее оскал. А когда наконец заговорил, Мике понадобилось всё мужество, чтобы не разрыдаться.

— О, ты опоздала... — каждый вздох давался Дэвиду тяжело, с хрипом: — Такую вечеринку упустила вчера.

— Здорово, ага, — заметила Джилли мрачно. — Как в старые добрые времена, все напились и пели песни. Хорошо, что Лина была поблизости, а то и потрахушки бы устроили.

— Думаешь, мне подыхать скоро, а я всё ищу повод, чтобы нализаться? Ну да, последний шанс, так сказать. Свою собственную смерть я точно не переживу.

Дэвид с трудом подавлял кашель, глаза его лихорадочно блестели. Мика видела, чего ему стоит эта деланная бодрость. Это явно понимала и Джилли, но обе они, не сговариваясь, поддерживали игру Дэвида.

— Проводы были такие, что все мертвецы, наверное, обзавидовались.А Саймон-то, Саймон так надрался вчера! — короткий смешок спровоцировал приступ сухого кашля. — Я таким его видел только, когда... молодыми устраивали гулянки и с девчонками вдрызг напивались... Так он потом валялся в отрубе всю оставшуюся вечеринку...

Джилли столкнулась с Микой взглядом. Потом похлопала брата по плечу и пожала протянутую ей руку:

— Ладно, дома расскажешь Мике во всех подробностях, как вы вчера куролесили. Такси вот-вот приедет.

Мика присела рядом с коляской и обняла почти невесомое тело. Прошептала на ухо:

— Я рада тебя видеть...

И поймала на себе насмешливый уэллсовский взгляд: «Таким?»

«И таким тоже», — также взглядом ответила Мика. Истончившиеся губы Дэвида искривила мимолётная ироничная ухмылка, следом за которой на лицо его набежала тень. Он откинулся на спинку кресла и вяло шевельнул рукой — то ли не имея желания продолжать разговор, то ли отмахиваясь от немых сожалений. Джиллиан истолковала его жест по-своему и подтолкнула коляску к выходу.