Чтение онлайн

Ладно снабжение. Выскочить из подвала, чтобы добежать до ближайшего магазина, заставлял голод, а не половая принадлежность. А вот организовать вылазки, сплотить и успокоить испуганных людей, наладить работу служб и распределение помощи получалось лучше у мужчин.

Кроме того, приходилось расчищать свой участок от трупов, дезинфицировать жилую зону. И самое главное оборонять занимаемую территорию от враждебно настроенных соседей. В то время разделение мужских и женских обязанностей ни у кого не вызывало вопросов.

И всё это на фоне острой нехватки людских ресурсов. Известны случаи, когда из полутора-трёх сотен тысяч жителей, что составляло население многих крупных городов средней полосы, в живых оставалось не более десятка.

А ведь казалось бы, что при таком положении вещей разделение по половому принципу должно полностью нивелироваться. Только этого не случилось. Женщины не стремились к работам, связанным с тяжёлым физическим трудом, да и в создаваемые отряды самообороны не рвались. Более того, откровенно высмеивали мужчин, тяготеющих к чисто женским профессиям, унижали и гнали из своего круга. Рук катастрофически не хватало во всех отраслях, но разделение на мужские и женские обязанности возникло само собой, без всякого сговора.

Уже позже, когда пандемия отступила, ситуация более-менее урегулировалась, а заражение новыми штаммами стало носить локальный характер, вопрос равенства полов возник снова.

Причиной возможно послужило явное преобладание мужчин в руководстве и оттеснения женщин на второстепенные роли. Начались склоки, саботаж и откровенные требования равноправия. Это было поистине сложное время. О централизованном государственном управлении, каком-то сохранении структур власти и страны в целом, никто не думал. Каждый выживал как может. Ради мира и согласия в пределах разрозненных сообществ многие уступили женским требованиям. Возникали даже анклавы, где царил матриархат, а мужчинам отводилась роль трутней, рабочей силы и солдат.

Особенно гротескно это выглядело в бандах мародёров, промышляющих на обезлюдивших территориях и стремящихся отобрать у сплотившихся вокруг продовольственных складов поселенцев жизненно необходимые припасы. Бесконечные стычки уменьшали и без того скудные людские ресурсы.

Но и в рядах законопослушных, соблюдающих неписанные правила совместного проживания, общин царил жестокий регламент. Мужчины порой проигрывали споры женщинам, когда требовалось решать вопросы живучести рода. Оказывались более мягкотелыми и слабохарактерными, когда, например, приходилось выбирать кто ценнее для создающихся на руинах страны союзов, а кого, урезав пайку, отправить в реестр непригодных и даже бесполезных членов сообщества.

И со стороны стремящихся выжить, не уронив достоинство, гражданских объединений, и со стороны обезумевших от вседозволенности бандитов, встречались представительницы прекрасного пола. Желание жить сильнее любой морали.

Но так продолжалось только до появления признаков мутаций у животных. Первыми ей подверглись крысы. Потом собаки, кошки и голуби.

И здесь что-то перемкнуло в женских мозгах. Может дело в разных настройках сознания, неспособности конкретизировать и отделять общую опасность от реальной цели в виде мутирующей твари. Это, конечно, философия и над этим вопросом билось не одно поколение философов, но любой, самый неприспособленный к борьбе хлыщ, мог схватить палку, заточить её и наколоть пяток выскочивших из щели грызунов. Женщины чаще всего визжали, истерили или падали в обморок.

Чёрт его знает! Возможно, дело в преобладающей разнице между работой двух полушарий. Шрам был не уверен, но многие утверждали, что у мужчин лучше работает правое, отвечающее за разного рода восприятия, логику и пространственные характеристики окружающего мира. Соответственно у женщины доминантным являлось левое, отвечающее за ассоциативное мышление. Может поэтому говорили, что женщины любят ушами, а мужчины глазами.

Так или иначе, но способность четко разделять объекты и анализировать, сравнивая поведение животного и свою тактику, играло в то время основную роль. Шрам читал, что бывали случаи, когда женщина, увидев крадущегося к ней кота, истекающего слизью и соплями, не воспринимала его как хищника. Не могла отделаться от абстрактного, размытого восприятия и вместо стремления уничтожить опасность, пыталась приласкать тварь. И, как итог, погибала.

Пусть с этим вопросом нейробиологи и философы разбираются.

Споры происходили в основном в обрезанных сегментах интернета, в СМИ, на научных симпозиумах и площадках общественных организаций. К единому мнению так и не пришли, а когда учёные аргументированно доказали отсутствие связи между низкой рождаемостью и поведением женщин в быту, споры стихли окончательно.

Всё дело оказалось в побочном эффекте вакцин от вируса. Основным негативным следствием ускоренной выработки антител явилось бесплодие. Причём этим страдали оба пола.

Общество переключилось с сегрегации по половому признаку, на устранение вредных последствий лекарств. Приоритетом сделали поиск мер противодействия увеличивающимся вариациям мутирующих штаммов и разработке безопасного способа приобретения иммунитета. А также наработке методов, избавляющих от патологий репродуктивной функции организма.

Центры репродуктологии и воспроизводства росли как на дрожжах. Обязанность ежеквартально проходить обследование и сдавать анализы на возможность иметь детей, укоренилась в сознании так же глубоко, как ношение маски и запрет выхода из помещения без оружия.

Это всё пресловутая этика, психология. Сейчас Шрама волновали куда более приземлённые и насущные вопросы. Не подведёт ли Анжелика Раст, оперативный позывной Ангел? Не дрогнет? Сможет ли принять верное решение в момент прямого столкновения с противником? Девушки для него по-прежнему оставались ангелами, то есть прекрасной половиной человечества, а не боевыми посланницами небес, выполняющими задания творца, как позиционировала себя кандидатка.

Он давно выработал для себя концепцию мироустройства. Даже если его поколению суждено стать последним на Земле, это не значит, что можно оскотиниться и жить, не задумываясь о морали и общественных нормах. Все мы смертные, но, когда придёт этот час, он, Денис Игнатов, хотел бы сдохнуть достойно. Как человек, а не какая-нибудь поехавшая умом тварь.

Низкая рождаемость — огромная беда для страны, но, если девочка решила, что она солдат и чувствует острую необходимость отомстить за человека, которого внезапно полюбила, пусть так и будет. Он, командир ликвидаторов, отговаривать её не станет.

— Амба! Ты там живой? Иди сюда, разговор есть, — позвал подручного, отгоняя нахлынувшие мысли.

Здоровяк выругался, словно успел прикорнуть в приёмной и расстроился, когда его разбудили. Загремел стул, заскрипел жиденький секретарский стол, ролики раздвижной двери чуть не слетели с полозьев, прежде чем его неповоротливая туша ввалилась в кабинет. Права была Карина, этот громила ничего не умел делать тихо.

— Уснул что ли? — спросил, мстя за шутку по телефону насчёт любви поспать в рабочее время.

— Вот не надо наезжать! — с гордостью заявил Амба, протягивая несколько бланков стандартного договора о найме, — Пока вы, товарищ начальник, задерживались, я трудился не покладая рук. Завизируй. Здесь оформил Бирюка, как пулемётчика и себя, в качестве гражданского консультанта.

— Ох, мля, надо же! Решил узаконить вчерашнюю шутку. Ладно, подпишу, а сейчас расскажи, что за отморозки прибыли с караваном?