Чтение онлайн

Доктор Барсук только вставил флеш-память в разъём телевизора, как вдруг защёлкала, открываясь, входная дверь. Барсук расстроился: только собрался отдохнуть, как пожаловали какие-то незваные гости...

– Сегодня, мой дорогой Барсук, исторический день!
– раздался из холла громкий голос.
– Наконец-то я смогу запитать свой деосциллятор, и он заработает!

Голос был переполнен нездоровым восторгом и до боли знаком Барсуку - его отдых собрался сбить Эрих Траурихлиген... с очередным своим "историческим днём". Доктор Барсук уже немного устал от этих "исторических дней" - Эрих Траурихлиген заканчивал одно зловещее изобретение за другим, и каждое из которых несло всему сущему начало конца. Фашист был помешан на смертельно опасных играх со временем, всячески пытался обмануть ход истории, изменить нормохронос, искусственно сжимать и растягивать временные промежутки. Доктор Барсук не раз предупреждал Траурихлигена, что его варварские эксперименты могут запросто привести к схлопыванию пространственно-временного континуума и концу света... Однако Траурихлиген не слушал - его безумный "Новый Рейх" был ему дороже собственной жизни - о жизнях миллиардов землян даже и говорить нечего.

– Барсук!
– Траурихлиген с топотом вломился в гостиную учёного и принялся широко шагать в своих сапогах.
– Вы готовы ехать?

– Куда??
– изумился доктор Барсук, растерявшись... кажется, ему не удасться сегодня ни поесть, ни посмотреть мультфильмы...

– На Нижинский излучатель!
– заявил Эрих Траурихлиген, выгнав на лицо инфернальную улыбку ангела смерти Азраила...
– Вы не хотите или не можете построить деосциллятор, и вот, я построил его сам и решил проблему энергообеспечения! Остаётся только провести финальные испытания и можно будет подумать о запуске спутника!

Доктор Барсук ощутил на своей спине недобрый холодок: его коллега Миркин не стал строить деосциллятор Теплицкому, потому что боялся конца света. Доктор Барсук осознавал последствия, тоже боялся конца света, и поэтому сказал Траурихлигену, что не может построить деосциллятор... И он построил его сам, по собственным соображениям... доктору Барсуку показалось, что теперь конец света абсолютно неизбежен...

– Послушайте, господин Траурихлиген, - осторожно начал доктор Барсук, изо всех сил подавляя в коленках нервную дрожь.
– Я ни на секунду не сомневаюсь в ваших умственных способностях, но смею заметить, что вы... так сказать... в силу того, что живёте не в нормохроносе, можете недопонимать теорию трансхрона...

– Цыц!
– рыкнул Эрих Траурихлиген, остановившись и сложив руки на груди.
– Я прочитал все ваши материалы и теперь понимаю теорию трансхронов получше вашего. Идёмте, Барсук, не задерживайте ход истории!

Доктор Барсук больше ничего сказать не успел - Эрих Траурихлиген схватил его за шиворот и силой поволок прочь из бункера на поверхность.

***

Доктор Барсук ехал на заднем сиденье раритетного кубастого "Мерседеса", рядом с Эрихом Траурихлигеном и старался не смотреть в окно. Водитель, который, посвистывая, вертел баранку, сказал, что в местном лесу полно партизан, вот Барсук и боялся, что последние решат добыть себе трофей в виде головы группенфюрера СС, нападут на кортеж и он, доктор Барсук, тоже попадёт под раздачу, а его отрубленная голова окажется на деревянном медальоне, словно голова оленя...

Иногда выглядывая в лобовое стекло через плечо весёлого водителя, Барсук видел, как едут впереди их машины мотоциклы с солдатами. У Эриха Траурихлигена мощная охрана - впереди и позади "Мерседеса" едет целый гарнизон... но кажется, от партизанской засады они не спасут...

Как много тут заборов - доктор Барсук насчитал уже пять. Но этот кажется, последний: за ним дорога обретает конец, переходя в достаточно обширный чистый двор, немного разъезженный колёсами автомобилей и напрочь лишённый всякой растительности. Во дворе не было решительно ничего - только лишь посередине высилась циклопическая башня, сложенная из толстых брёвен и огромных каменных глыб. Неприятное сооружение, к тому же из-за сырости брёвна и камни покрылись налётом и мхами, из-за которых казались почти чёрными, придавая башне ужасно зловещий, даже инфернальный облик.

– Аусвайс!
– из полосатой контрольной будки выдвинулся широкий солдат, скорчил на лице суровую гримасу и каркнул это слово грубым голосом, требуя пропуск для проезда за шлагбаум.

Доктор Барсук вздрогнул - это пятый солдат, который требовал у них пропуск, наставив автомат, но, наверное, привыкнуть к этому невозможно. Учёному опять показалось, что этот свирепый верзила, облачённый в блестящий чёрный дождевик и начищенную каску с незакрашенными декалями СС, попросту пристрелит их, не моргнув и глазом.

– Битте!
– Траурихлиген невозмутимо протянул солдату бумагу - уже истрёпанную из-за частого использования - и принялся молча ждать, пока солдат прочитает, поймёт, кто перед ним и наконец-то пропустит их.

Доктор Барсук вопросительно взглянул на Траурихлигена, собираясь осторожно выяснить для чего все эти заборы, солдаты, автоматы...

– Мера предосторожсти, - просто ответил Эрих Траурихлиген, поглядывая на солдата, который особым умом не обладал и читал его пропуск уже целых пять минут.
– Тут слишком много желающий попасть на деосциллятор, поэтому приходится от них защищаться.

Эрих Траурихлиген успел разжиться технологиями будущего: массивная дверь деревянной была только снаружи, а открывалась она с помощью карточки-ключа специальным механизмом, и внутри была иготовлена из сверкающего металла. Когда эта дверь отъехала, негромко жужжа, Эрих Траурихлиген посторонился, пригласив Барсука пройти первым. Неужели думает, что учёный побежит? А куда тут бежать, когда кругом - кромешный тёмный страшный лес, набитый чудовищами: хищными зубастыми зверюгами, партизанами и этими чёрными солдатами??? Эрих Траурихлиген нетерпеливо кивнул головой: доктор Барсук застрял на высоком пороге, не решаясь вступить в сыроватую готическую мглу, которая оказалась за тяжёлой дверью и навевала безотчётный страх: а вдруг там водятся привидения?

– Давайте же, входите!
– настоял Траурихлиген, сдвигая брови.
– Или вы хотите, чтобы партизаны вкатили вам пулю в лоб??

– А-ба-ба...
– задрожал доктор Барсук и забился за порог: пуля в лоб от живого партизана куда страшнее эфемерных привидений.

– Тут под каждым кустом партизаны, чёрт...
– заворчал Траурихлиген, закрывая дверь.
– Сколько не истребляй, а они - как кролики... Было бы у меня столько солдат, как тут партизан... чёрт их всех дери...

Вступив во мглу таинственного коридора, доктор Барсук сделал пару шагов вперёд и увидал в стороне от себя лестницу. Он было собрался пройти мимо и следовать дальше по коридору, но Эрих Траурихлиген удержал его рукою за плечо.

– Поднимайтесь наверх, - предписал он негромко и зловеще, развернув Барсука в сторону лестницы, которая в полумраке казалсь непрочной, тоненькой, хилой.
– Этот коридор кончается ловушкой!

– А... да, хорошо...
– пропищал доктор Барсук, глотая страх, позволил Траурихлигену подтолкнуть себя в сторону лестницы.

Приблизившись к деревянным ступеням, учёный осознал, что лестница не так уж и тонка: массивные деревянные ступени были широки и оснащены тяжёлыми металлическими перилами, которые покоились на толстых опорах, украшенных коваными свастиками. Поставив ногу на нижнюю ступень, доктор Барсук ожидал, что услышит скрип, но ошибся: ступень оказалась прочна, жёстко укреплена на месте и не издала ни звука.

И вот, настал очередной "исторический день", который поверг доктора Барсука в ужас - Эрих Траурихлиген состряпал деосциллятор и готовится стать всадником апокалипсиса... И он ничем не лучше Теплицкого - такой же тупой и полный идефиксов. Теплицкий постоянно объявлял дни испытаний всяких глупых штуковин, которые ему изобретали, "историческими" и этот турист поступает точно так же.

Размышляя об апокалипсисе, доктор Барсук не заметил, как лестница закончилась, влившись в некое большое, унылое из-за полумрака пространство, которое, судя по мебели, исполняло здесь функции кабинета.