Чтение онлайн

бах!
– где-то над ухом раздался некий взрыв, который оглушил, из-за которого Санек едва не полетел на холодный голый пол.

Рывком вскочив, Санек обнаружил себя в холодном поту. Одышка мучила, сердце колотилось так, будто бы Санек сейчас не спал, а выигрывал золото в соревнованиях по бегу с препятствиями... Судорожно хвататя воздух, Новиков мотал своей больной головой, но глаза не видели в тесной камере ничего, кроме темноты и близких стен...

– Привет!
– вдруг раздалось над ухом, и Санек, не выдержав кошмара, невменяемо завопил:

– Ааааа!
– и замахал руками, стремясь отбиться неизвестно от чего.

– Заткнись!
– ругнулся суровый голос, затылок Санька внезапно получил затрещину, а потом - в глаза ударил яркий свет.

Санек отполз к самой стене и прижался к ней спиною, растирая по лицу слёзы ужаса...

– Совсем они тебя запугали!
– определил тот, кто непонятным образом оказался в задраенной на огромные замки камере Санька и светит ему в глаза карманным фонариком.

– К-кто т-ты?..
– выжал из себя Санек, дрожа от страха так, что больно стукался лопатками о камень стены.

Свет фонарика переместился: тот, кто держал его, направил луч на себя, и Санек оторопел: перед ним возвышался Эрик, глядел на него сверху вниз и скалил зубы... Каким образом он прошёл все посты охраны и отпер все стальные двери, что отгородили Санька от внешнего мира?? Санек решил, что сошёл с ума: это воображаемый друг, он ему снится, и на нём опять надвинута та же фашистская форма...

– Как ты сюда попал??
– выдохнул Санек, ёрзая на нарах, словно на раскалённой печи, мысленно твердя себе ахинею типа "Изыйди, демон" и "Чур-чура, чур-чура".

– Когда у тебя есть трансхрон - тебе не надо думать, сколько дверей перед тобой закрыто!
– довольным голосом сообщил Эрик, зачем-то придвинулся к Саньку и крепко обнял его за плечи своей тяжёлой рукой.

– Пусти!
– Санек задёргался в попытке освободиться, однако рука "воображаемого друга" оказалась слишком крепкой для того, чтобы он смог избавиться от неё...

– Не копошись!
– Эрик сжал ещё сильнее, вызвав боль.
– Добро пожаловать в Диснейленд!
– весело пропел он, поднял свободную руку, и Санек увидел на ней некий прибор, похожий на большие электронные часы, по экрану которого бежали красные цифры - какой-то отсчёт.

– Пусти... пусти...
– рвался Санек, не подозревая даже, что этот сумасшедший собрался с ним делать. Нет, это просто сон - жуткий, кошмарный сон, который может присниться человеку в одиночной камере военной тюрьмы... Сейчас, закончится отсчёт, и сон исчезнет...

"flip" - мигнуло на странных "часах", и тут же Санька придавило к нарам так, словно бы тонна свинца опустилась сверху и легла на плечи.

– Помогите...
– простонал Санек, и его голос, будто исчез, поглощённый жутким рёвом, который внезапно ворвался в бедные уши.

Рёв внезапно сменился полной тишиной, а потом неожиданно заиграла песня - военный марш на немецком языке. Санек судорожно вздохнул, дав болящим лёгким порцию живительного воздуха, распахнул глаза и увидел над собой высокий потолок, покрытый фресками в виде героев, которые побеждают чудовищ, и оснащённый точечными лампочками - для подсветки фресок. Справа возвышалось стрельчатое окно, "одетое" в бархат тяжёлых красных портьер с золотыми кистями, а слева - упиралась в пол высокая резная ножка одногого антикварного столика, несущего на себе вазу с букетом алых роз и бумбокс.

– А?
– Санек удивился: куда же он попал-то? Умер, что ли, и вокруг него - рай? Или это ад?

Он повернулся на саднящий от тюремных побоев бок, чтобы встать, и тут же увидел перед собою чёрный, глянцевитый, начищенный до блеска, кожаный сапог.

– Очухался?
– осведомились сверху, Санек поднял глаза и увидел, что в этот самый сапог засунута длинная и толстая нога Эрика. Эрик, не переставая улыбаться, прошестовал по блестящему паркету к массивному столу из морёного дуба, вернулся к Саньку и осведомился:

– Ну, как посадка?

– А!
– крикнул Санек, суча ногами и руками... Он всё пытался убедить себя в том, что спит, и всё это - сон... Однако, тщетно: страшный сон не таял, а становился всё страшнее и страшнее.

– Вставай уже, будущее!
– буркнул Эрик и протянул Саньку руку, на безымянном пальце которой оставалось то же кольцо в виде мёртвой головы.

Санек схватился за руку почти инстинктивно, словно бы эта рука спасала его из топи болота. Поднявшись на шаткие ноги, Санек рывком огляделся и застыл на месте...

– Где я?
– тупым голосом изрёк он, остановив изумлённый взгляд на Эрике, который, возвышаясь около антикварного стола в своём устаревшем чёрном мундире, действительно казался похожим на генерала СС.

– В столице мира!
– серьёзным голосом ответил Эрик, вперившись в Санька, словно бы собрался просверлить его насквозь.

– А?
– удивился Санек, разглядывая то удивительное пространство, в котором оказался. Прямо перед ним был письменный стол, в центре которого высился монитор компьютера, а чуть поодаль от него пристроилось громоздкое сооружение, похожее на чемодан с какими-то ручками, лампочками, выдвижной антенной, парой динамиков и наушниками на длинном проводе. Санек знал, что это старая рация - видел такую на картинке в унивесрситетском учебнике... Гротескная такая рация рядом с профессиональным монитором... Или это монитор рядом с ней гротескный... Санёк разглядывал всё здесь с долей ужаса и пошатывался на ногах, потому что никак не мог понять, каким таким образом он вообще, возник здесь... А может быть, но уже перерезал свои горемычные вены и действительно, умер?

– Ну, чего застыл?
– сурово осведомился около него Эрик и залепил Саньку несильный подзатыльник, вытолкнув последнего из "собственного пупка" в странную реальность.
– Сейчас будем твоего брательника вылавливать!

– Вылавлилвать?
– выжал из себя Санек, глупо переминаясь с ноги на ногу на толстом ковре, который заглушает любые шаги.

– Он сидит в бессбойном боксе!
– будничным тоном изрёк Эрик и вытащил из кармана своего эсэсовского кителя смартфон.
– Чтобы зачерпнуть его оттуда - мне понадобится деосциллятор. Он у меня есть, и сейчас мы туда поедем!

Пока Санек тупо переваривал непонятную информацию, Эрик бодро набрал на смартфоне некий номер, поднёс трубку к уху и сурово крикнул:

– Шульц! Подать мне плащ и машину!

– Яволь!
– мгновенно отчеканил Шульц, а через пять минут уже стучался в дверь, словно бы стоял наготове и ждал, когда хозяин отдаст приказ.

Шульц усилием воли заставил себя не удивляться, когда увидел, как генерал пихает перед собой какого-то заморыша в робе. Он решил, что это партизан, которого Траурихлиген собрался казнить.