Чтение онлайн

— Мика, не обесценивай свои заслуги. Ты тоже очень много работал ради сестры. И не сдавался. Это достойно.

Парень помолчал, потом медленно поднял голову и посмотрел мне в глаза:

— Спасибо, — сказал он, и в голосе появились стальные нотки, которых раньше не было. — За неё, за всё. За то, что не бросили нас. За то, что дали ей лекарства. За то, что терпите мои ошибки. Это, пожалуй, первый счастливый день за многие годы.

Я поджал губы и коротко кивнул. В таких словах всегда была опасность — они обязывали. А обязательства я не любил. Но парень был мне нужен, и его благодарность входила в расчёты.

Потом я понял — Мика так долго заботился о сестре, что когда появилась помощь…

Что ж, он просто позволил себе расслабиться. Дать слабину. Мог ли я осуждать его за это? Почему-то не хотелось.

— Всё понятно, — я кивнул. — Но ты должен снова взять себя в руки, Мика. И не считай себя слабым. Если бы в этом мире хотя бы каждый второй был твоей силы и воли… Было бы гораздо лучше.

Спустя двадцать минут мы приобрели зелья стихийной защиты для Мики, кинжал, меч и ножны. Поработает со Стёпкой, сам решит, что будет лучше. К остальному оружию парень просто не имел способностей.

Лана в это время рассматривала кожаную броню на соседнем стенде. Лёгкая, гибкая защита — как раз для тех, кто полагается на скорость. Она провела пальцами по подплечникам, проверяя качество выделки.

— Макс, посмотри, — позвала она. — Мне кажется здесь ремешок перетёрся. Проверишь?

Я подошёл ближе. Действительно, кожаная завязка на левом наплечнике была почти прорезана — ещё немного, и броня развалится в самый неподходящий момент.

— Покажи.

Лана повернулась спиной, приподнимая волосы. Под ними открылся изящный изгиб шеи. Я протянул руку, чтобы осмотреть повреждение, и коснулся пальцами её кожи.

Девушка замерла. На секунду между нами повисла странная тишина.

— Ты… — начала она тихо, не оборачиваясь.

— Что? — спросил я, не убирая руки.

— Просто… — она запнулась, её ноздри чуть трепетали, втягивая воздух. — От твоих рук пахнет… грозой. И пеплом.

Она подняла на меня золотистые глаза. Зрачки на секунду сузились в вертикальные щели.

— Это… притягивает.

— А ты думала, Зверомор будет пахнуть фиалками? — усмехнулся я.

— Просто…

— Просто что? — я не отступил ни на шаг, глядя ей прямо в глаза.

Девушка сглотнула, румянец стал ещё ярче:

— Ничего. Забудь.

Но отойти первой она тоже не решилась. Мы стояли слишком близко, и это было похоже на поединок — кто моргнёт первым.

— Эм… простите, — вмешался торговец. — Может, всё-таки про броню поговорим?

Лана отшатнулась и принялась изучать товар с преувеличенным интересом.

Чёрт…

В последнее время между нами появляется та самая неловкость.

— Возьмём эту, — сказал я торговцу, указывая на комплект получше. — Только замени все ремешки на новые.

— Конечно, конечно…

— Так! — сказал я, собрав всех вокруг себя. — Что-то наша замечательная компания мне дорого обходится. Так что пошли-ка на турнир. Тем более скоро начнётся.

— Жмот, — хохотнул Стёпка и хлопнул меня по плечу.

Мы направились к Великой Арене.

У главных ворот арены толпилась сотня зевак — горожане хотели хотя бы краем глаза увидеть легендарное место. Массивные створки из дубовых брусьев, окованные железом, охраняли двое стражников.

— Пропуска участников, — сказал один из стражей, протягивая руку.

Я показал свиток с печатью организаторов. Страж пробежал глазами по тексту, кивнул и отступил в сторону.

— Проходите.

Внутри арены царила деловая суета. Слуги в серых одеждах расставляли скамьи для зрителей. Песок на арене был свежим, жёлтым, без единого пятна крови — через какой-то час он станет другим.

Мика шёл рядом, вертя головой во все стороны. Трибуны уходили вверх огромные ступенчатыми рядами.

— Боже мой, — прошептал он. — Здесь же столько людей поместится…

— Да, — коротко ответила Лана и взъерошила волосы брату и сестре. — Насладитесь отличным зрелищем. Здорово же?

Ника счастливо рассмеялась, а Мика не ответил.

Внезапно татуировки на моей шее обожгло острой болью.

Я остановился как вкопанный. Пространство вокруг поплыло, звуки арены стихли, и в моём сознании прозвучал голос Альфы Огня.

Зверомор.

Нашёл его?

Да. Тебе не понравится.

Ментальный образ ударил в сознание с силой молота. Я увидел место нашей битвы с друидами. Лёд давно растаял, обнажив чёрную землю под ним. И глубоко внизу, в одной из трещин, что-то тёмное среди камней.

Глубже.

Сознание нырнуло в расщелину. Среди острых камней лежало тело. Кожа серая, губы синие — он мёртв уже давно.

Месяц, — подтвердил Тигр. — Может, больше. Он умер здесь ещё до того, как встретил парня в таверне.

Видение исчезло. Я открыл глаза и увидел обеспокоенные лица спутников.

— Макс? — позвала Лана. — Что там?

Я медленно повернулся к Мике. Парень стоял рядом, прижимая к груди сумку с жабой, и смотрел на меня с тревогой.

Того, кого он встретил в таверне, и кто дал ему амулет, звали не Харон.

Харон уже давно мёртв.

Это был кто-то, способный примерять чужие лица.

Информация о том, что Харон давно погиб, обрушилась на Мику как ушат ледяной воды. Сначала он просто стоял, хлопая глазами и пытаясь осмыслить услышанное. Звуки толпы на трибунах превратились в далёкий гул, словно доносящийся из-под воды.

Потом до него начало доходить.

Человек в таверне… тот, кто дал ему монеты и амулет… тот, кто сказал, что помнит, как он зашивал раненую собаку много лет назад… Кто он?

Парень никогда не слышал о ком-то, кто мог менять лица. В мире таких людей просто не существовало! Но теперь выходило, что они есть?

— Значит, — проговорил Мика медленно, ощущая, как пересыхает во рту, — тот, с кем я разговаривал в таверне… это был враг?

Максим коротко кивнул.

— Похоже на то. И амулет он дал не случайно.

Мика почувствовал, как внутри что-то переломилось. Словно натянутая струна лопнула в его груди с почти физической болью. Холодная ярость поднималась из глубины живота, заполняя грудь жгучим комом. Руки начали мелко дрожать, как от страха, так и от накатывающей волны бешенства.