Тверские ратоборцы
Шрифт:
Вскоре под Калугу прибыл Скопин с воеводами Иваном Шуйским и Фёдором Мстиславским, «приказавшие сжечь деревянные стены города и «поимать» вора Ивашку Болотникова». Но повстанцы сделали подкоп, взорвав гору из дров, затем совершили удачную вылазку из крепости, продолжив «сидение» в Калуге.
В мае 1607 года на помощь своему бывшему холопу подошёл оппозиционный Шуйскому князь А.А. Телятевский, который вместе с повстанцами отогнал армию Скопина из-под Калуги. За время сидения в Калуге Иван Болотников посылал письма в Польшу к новому Лжедмитрию II с просьбой о помощи, прося его лично поспешить к Москве «так как дело только в том, чтобы тут увидели его особу воочию». Что-то не усматривается здесь русского патриотизма «крестьянского вождя», как его рисовали советские историки.
Получив информацию об этом, Шуйский 21 мая 1607 года выступил из Москвы с огромным войском. Недалеко от Каширы, на реке Восме, 5 июня 1607 года произошло сражение, в результате которого Болотников потерпел поражение и заперся в Туле. «В битве на Восме погиб цвет повстанческой армии — отряды донских, волжских и терских казаков, казачьи сотни из Путивля и Рыльска», — пишет Р. Скрынников.
12 июня Михаил Скопин подступил к Туле, 30 июня в его лагерь прибыл сам царь Василий Шуйский. Тула была в то время мощной крепостью с каменным кремлём и внешним поясом городских укреплений. Уязвима она была в одном: город располагался в низине, и его можно было затопить. Эту идею царю подал муромский помещик Иван Кровков. Начались работы. Защитники Тулы совершали удачные вылазки, командиры «гарнизона» Иван Болотников, князь Андрей Телятевский, князья Шаховской и Масальский, вождь путивлян Ю. Беззубцев, командир служилых иноземцев литвин С. Кохановский, атаман казаков Фёдор Нагиба подбадривали войска и оказывали осаждающим яростное сопротивление. Царь организовал осаду так, что к городу перестало поступать продовольствие. Вскоре наступил голод. Жители поедали собак, кошек, падаль на улицах, лошадиные, бычьи и коровьи шкуры. Болотников всё продолжал звать на помощь «царевича» Дмитрия.
Осаждавшие перекрыли реку Упу, вода вошла в город, запасы соли были сразу уничтожены, подмоченное зерно уже было не спасти. Город стоял фактически посреди образовавшегося огромного озера. Из него стали уходить и сдаваться Шуйскому менее стойкие повстанцы, народ замышлял схватить Болотникова и Шаховского и сдать их царю. Положение стало невыносимым, и вожди восставших пошли на переговоры с царём при условии сохранения всем повстанцам жизни. Шуйский находился тоже в незавидном положении, его подталкивали внешние и внутримосковские обстоятельства, и он принял условия Болотникова: поклялся на кресте с обещанием помилования всех осаждённых.
10 октября 1607 года крепость Тула пала. Тульских сидельцев привели к крестному целованию (присяге) за царя Василия Шуйского. Повстанцы были разбросаны в разные концы страны.
В феврале 1608 года царь приказал выслать Болотникова в Каргополь. Если бы не Лжедмитрий II, подошедший вскоре к Москве и захвативший полстраны, может быть, и остался бы Иван Исаевич в живых. В опасной для себя обстановке царь тайно приказал ослепить Ивана, а затем «посадить в воду», то есть утопить, что и было сделано. Так закончил свой жизненный путь наш земляк, предводитель черни, сын своего времени Иван Исаевич Болотников. Но с его смертью Смута в России не закончилась.
Судьба его противников и сподвижников была различной. Князя Шаховского сослали в монастырь на Кубинское озеро, С. Кохановского — в Казань, атамана Ф. Нагибу и других — в «поморские города». Остались в живых князья Телятевский и Масальский. В марте 1610 года внезапно (полагают, что от отравления по приказу царя) умирает Михаил Скопин-Шуйский. В том же году, 17 июля, царь Василий Шуйский свергается дворянами с престола и насильно постригается в монахи, а на Москве воцаряется «семибоярщина». Шуйского с братьями отправляют в Варшаву, где он должен был по случаю взятия Смоленска публично покорно целовать руку королю Сигизмунду. Потом его заточили в Гостынский замок, где он и умер в 1612 году. Лишь в 1653 году прах Василия Шуйского перевезли в Москву, в Архангельский собор.
До воцарения Романовых оставалось три года...
Не забудем день Бородина!
7 сентября 1812 года под Москвой произошла страшная битва, фактически поставившая крест на планах Наполеона покорить Россию.
При Бородине силы французов превосходили русских: у Наполеона было 130—135 тысяч пехоты и кавалерии при 587 орудиях, у Кутузова — 120 тысяч человек при 640 орудиях.
Битва длилась 12 часов.
Бородинское поле занимало по фронту 8 километров. Наполеон после сражения за Шевардинский редут, в результате которого Багратион отошёл на основные позиции, решил атаковать в лоб, на батарею Раевского и деревню Семеновское. В ночь на 7 сентября император отдал приказ по армии, текст которого очень характерен и который в 1941 году частично скопировал Гитлер: «Воины! Вот сражение, которого вы так желали. Победа в руках ваших: она нужна нам. Она доставит нам изобилие, хорошие зимние квартиры и скорое возвращение в Отечество! Действуйте так, как действовали вы под Аустерлицем, при Фридланде, Витебске и под Смоленском, и позднее потомство вспомнит с гордостью о подвигах ваших в этот день и скажет о вас: и он был в великой битве под стенами Москвы!»
В 6 часов утра дивизии Дессе и Компана из корпуса Даву атаковали южную флешь сводно-гренадерской дивизии Воронцова. Атака была отбита, французы отошли в Утицкий лес. Это была проба сил.
В 6.30 утра — вторая атака и снова на южную флешь, которую французы сумели взять, но Багратион двинул на помощь Воронцову батальоны дивизии Неверовского, и флеши отбили. Вторая попытка Даву взять эти флеши обошлась дорого: неприятель понёс большие потери, самого маршала контузило. Наполеон направил в помощь Даву конницу Мюрата и корпус Нея. Увидя опасность, Кутузов послал в помощь Багратиону гвардейские Измайловский, Литовский и Финляндский полки из своего резерва.
В 7.30 утра последовала третья атака корпусов Даву и Нея.
Дивизию Неверовского потеснили, но на помощь пришли 8 батальонов Раевского и кирасирская дивизия. К 9 часам после жестокого штыкового боя русская пехота при поддержке кирасир выбила французов из южных флешей.
В 9.20 — четвёртая атака на флеши, на полуразрушенные русские укрепления шли 5 дивизий. Флеши были взяты с большими потерями, два полка французов ворвались в Семеновское. Но Багратион ударил в штыки, Кутузов приказал Платову и корпусу Уварова нанести удар по левому флангу и тылу французов, а Багратиону отдал часть сил из своего резерва. Французы после натиска русских отступили, успеха на южном фланге не было.
Пятую атаку французы направили в центр — на Курганную высоту. Здесь разгорелись яростные бои, все подступы и склоны высоты были устланы телами неприятеля, русские стояли насмерть, солдаты Дохтурова не раз вступали в рукопашную. Снова и снова войска Даву и Нея с кавалерией атаковали Багратионовы флеши, но снова и снова были отбиты.
В 10.30 последовала шестая атака на Багратионовы флеши войск Даву, Нея и Жюно. Несмотря на упорство, храбрость и неоднократные атаки французов, они были отброшены ветеранами Багговута, Коновницына, артиллеристами Раевского.
В 11.00, перегруппировавшись, Даву, Ней и Жюно бросили свои дивизии в седьмую атаку на Багратионовы флеши, но и она была отбита.
На поле боя лежали уже десятки тысяч убитых людей, лошадей, амуниция. «Упорство русских приобрело ужасный, зловещий характер», — писал впоследствии французский офицер, участник сражения.
Наполеон произвёл перегруппировку сил, сосредоточив против Багратиона 40 тысяч солдат и 400 орудий против 20 тысяч и 300 орудий.
Восьмая атака: напряжённые штыковые схватки, ожесточённая артиллерийская дуэль, огромные потери с обеих сторон — и французы захватили флеши. Багратион лично повёл остатки своих войск в атаку, но был смертельно ранен, а принявший командование Коновницын, не имея сил, отвёл войска за Семеновский овраг.