Чтение онлайн

Пока я пустышка, не могу себя считать ведуньей, но по внешности вылитая ведьмочка. Рыжеволосая, с чуть раскосыми большими глазами. Цвет глаз у меня тоже особенный – золотисто-карий. Для полного портрета представьте маленький курносый нос, алые губы и белоснежную кожу без единой веснушки, которые обычно бывают у рыжих. Представили меня? Тогда приятно познакомиться. Это я, красавица и умница, Софья Алексеевна Лисичка. Себя я очень люблю и в обиду никому не даю. Между прочим, Лисичка - моя фамилия, а не прозвище под цвет волос. Думаю, что фамилия перешла ко мне от отца. Мою бабушку зовут Ядвига Валентиновна Кириллова. Мама по последнему супругу носит фамилию Бернц, а после регистрации с Владимиром Николаевичем станет Беловой, что ей очень подходит с учетом наличия ее цвета волос. В отличии от меня и бабушки моя мама натуральная блондинка. Сама я не хочу иметь такую фамилию и, слава богу, у меня не тот возраст, чтобы меня удочерять без моего согласия. Конечно, ничего не имею против самой семьи Беловых, но с таким именем у меня неприятные ассоциации со времен моего детства, точнее школьного возраста.

А вот и родная школа. Здравствуйте, родные кирпичные стены.

Если вы когда-нибудь покидали свою родину, а потом возвращались, то должны понять мои ощущения. Я готова была обнять весь мир, посторонних людей, встречающихся на моем пути и даже расцеловать стены бывшего учебного заведения. Улыбка не сходила с моего лица и встречные люди, увидев мое счастье, тоже начинали ненароком улыбаться. Решив сделать старым друзьям сюрприз, накинула на голову капюшон флиски, скрывая свою рыжую шевелюру. Не хотелось, чтобы меня узнали раньше того, как я сама этого захочу. И вот такая, вся сияющая, в предвкушении удивленных глаз своей подруги и бывших одноклассников, если таковые остались, поднялась по ступенькам крыльца, отметив про себя, что школа похорошела. Когда-то облупившиеся стены теперь облицованы панелями, а рядом с мощной пластиковой дверью висит золотая табличка «Городской гуманитарный лицей». Я даже затормозила от неожиданности, прочитав надпись. Нифигасе. Это называется «небольшие изменения»? Мне стало казаться, что мое отсутствие в городе длилось не три, а все десять лет. Куда дели мою любимую общеобразовательную школу?

Осторожно вошла внутрь здания. Вход в холл преградил турникет. Ого, тут как все серьезно. Перепрыгнула металлическую крутяшку, проигнорировав светящийся огонек, требующий пропуска.

– Стой, зараза, куда прешь? Тут цивильное заведение, урод, - злой окрик мне в спину и крепкое сжатие моего плеча.

Честно, если бы не моя рука, оказавшаяся словно в тисках, то и не сообразила, что этот возглас был обращен ко мне. Никто, никогда не считал меня уродом. Я обернулась на голос. Лысый мужик с огромным животиком в зеленой форме служащего охраны. Злые маленькие глазки на одутловатом лице.

– Вы серьезно?
– удивилась мужику, – Может руку отпустите, дядя?

– Какой я тебе дядя, пацан? Служба охраны лицея. Тут цивильное заведение, тебе тут делать нечего, сопляк.

Проговаривая слова, охранник брызгал слюной. Меня чуть не стошнило, представив, как одна слюнявая капля попадает на меня. Воображение у меня еще то. Что ж сюрприз сделать не получится. А жаль. Это ладно я, а если кто из обычных ребят зайдет? Да, тут на этого плюющегося цербера наткнешься, учиться не захочешь.

– Цивильное говорите?
– улыбнулась и откинула капюшон, распуская огненные волосы по плечам, излучая свое очарование. С каждым годом у меня получалось им пользоваться все лучше. Дядька растерялся и сразу отпустил мою руку.

 - Что это в таком цивильном заведении такие грубые сотрудники службы охраны работают? Непорядок, – я поцокала язычком и, продолжая мило улыбаться, сказала: – Я новая ученица, приехала из Германии, мне к директору пройти.

Мужик побледнел, а потом покрылся красными пятнами. Нет, это не аллергическая реакция на мое присутствие. Он всего лишь испугался международного скандала после того, как услышал откуда прибыла учащаяся. Я всеми клетками ощутила его страх. Охранник тоже воображением не страдал. Акцента у меня нет, но немецкий лейбл на светлых джинсах, кеды Venice, серо-черная легкая флисовая куртка германской фирмы JackWolfskin и мои наглые глаза, намекали о многом.

– Извините, фрау, – заикаясь, проблеял мужик.

– Фройлян, – поправила я, – Теперь могу пройти?

– Документы, пожалуйста, фройлин, - протянул дрожащую руку.

Я закатила глаза и стала снимать рюкзак, чтобы достать свой паспорт.

Не успела. Раздался звонок. В коридорах стало шумно от гомона старшеклассников и беготни малолеток. Замечательно. Перемена. Теперь точно о сюрпризе речи быть не может. Меня подхватила толпа, сметая в сторону столовой. Удивительно, но охранник быстро ретировался на свое рабочее место, спрятавшись за стеклянным окном и с опаской поглядывая в сторону толпы лицеистов с чьим потоком меня снесло в комнату питания. Вырываться не пыталась. Уже в самом общепите с трудом выбралась из толпы, скопившейся у раздаточного стола, на более широкое пространство.

– Сонька? Это правда ты? – услышала удивленный голос Катьки, а потом на моей шее повисла подруга.

– Лисичка, – визг в ухо меня оглушил, – Ты вернулась.

– Колесникова, Катька, я это я. Отпусти, задушишь, - засмеялась, обнимая в ответ.

Со всех сторон удивленные голоса: «Лисичка? Кто такая лисичка? Эта та рыженькая? Красотка. Лисичка вернулась?»

Наконец-то, Катька оторвалась от моей шеи. Повертела, оглядывая со всех сторон.

 - Ты совсем не изменилась. Не растешь что ли? Вот только грудь и появилась, а так такая же мелочь.

 - Где?
– между нами втиснулась голова неизвестного парня, – Хочу увидеть грудь.

– Охолонись, Петров, - Катька щелкнула того по лбу, – Это моя подруга, щупать только с моего разрешения.

 - А мне, котенок? Можно посмотреть на твою подружку?

На плечо моей подруги буквально легло новое лицо, пристально меня разглядывая. Курносый нос, серые глаза, легкая небритость. Темные, длинные, забранные в хвост волосы. Симпатяшка. Заметила, как его широкие руки обняли за талию мою Катерину и прижали к себе. Катька не сопротивлялась наглому поведению парня и я, в удивлении приподняла одну бровь, мысленно спрашивая ее о данном представителе хомосапиенса.

– Не узнаешь меня, Лисичка?
– понял парень, заметив мои удивленные глаза, – Денис Ежевский.

– Ежик? Ты?
– мои глаза превратились в плошки.

– Ага! – кивнул бывший одноклассник и выпрямился во весь рост, показывая, как он вырос, – Это ты нисколько не изменилась, Лисичка, а мы все подросли, как видишь.

Смех у него тоже оказался не ребяческим, с басистой хрипотцой. Прошла бы мимо не узнала. Помнился мелким, ниже меня ростом, в очках и с ежиком на голове. Мы с Катюхой его постоянно дразнили и обзывали ежиком. Сильно вытянулся, повзрослел.

– Возмужал герой, - улыбнулась я, не зная, как мне теперь реагировать на него. Катька, по всей видимости, к бывшему лузеру, явно не равнодушна, – Э, простишь за старое?

– Что с вас женщин взять? – засмеялся Ежевский и сжалился над нами, - Идите, девчонки, за столик, пожрать принесу. Петров, айда, поможешь.

– У тебя что с ним? Любовь? - спросила подружку и Катька смущенно кивнула, утягивая к дальнему столику у окна.

Я осмотрелась. Столовая, в принципе, изменений не претерпела. Те же беленые стены, те же старые пластиковые столики на металлических ножках и полусломанные стулья. Надеюсь, что смена названия на «Гуманитарный лицей» сказалась хотя бы на улучшении меню.

Школьники, пардон, лицеисты, все поголовно ходили в форме. Раньше нам разрешалось носить более свободную одежду. Теперь на моей подружке, как и на остальных девушках, надета миленькая клетчатая юбочка-шотландка, белая блузка и темно-синий кардиган с эмблемами лицея. Отличалась только длина юбок и размер клеток. На юношах же темно синие брюки со стрелками, разных расцветок рубашки или джемпера. У некоторых также имелись пиджаки с нашитыми эмблемами.

– Ну, как тебе? – спросила Катюха, заметив мое любопытство, – Нравятся изменения? Похоже на заграницу?