Чтение онлайн

Тщетно пытаясь смирить вздымающуюся внутри него яростную волну, гоблин максимально вежливо спросил краснокожего: — Господин, прекрати избивать своего раба, ибо моя хочет купить его.

У него имелись с собой местные деньги. Получил от покупателей и не успел ещё сдать в кассу. Грыг надеялся на положительный исход переговоров. Кто же знал, что краснокожий окажется совершенно невменяемым и посчитает сам факт предложения торга исходящее из уст гоблина оскорбительным для своего достоинства.

Или, может быть, он почему-то люто ненавидел всех представителей зелёного народа? Теперь уже не узнать конкретную причину поединка.

Человек-змей широко размахнулся ножом и чуть было не достал юркого гоблина. Однако, тем самым, благодаря широкому замаху, он подставился сам. Подпрыгнув, словно маленькая зелёная юла, Грыг оттолкнулся от второй руки, которой краснокожий пытался схватить его шею и что есть сил резанул ножами чуть выше груди, там, где заканчивалась чешуя.

Резкая боль ускорила движения человека-змеи. От мощного удара локтем, гоблин отлетел в угол импровизированной арены ударившись головой о чьи-то ноги. Громко ревущий и обливающийся кровью здоровяк бросился на него, но теперь он уже был обречён. Грыгу оставалось только лишь поводить его так несколько минут, ожидая пока из длинных, глубоких ран вытечет достаточно крови, чтобы противник ослаб.

Не слушая голос разума, оскалившись как хищный зверёк, гоблин сам бросился навстречу краснокожему. Поднырнув под удар его широкого ножа, оттолкнувшись сначала от коленки, а потом от руки человека-змеи, Грыг взобрался на него словно на дерево. Оба его клинка остались в горле у краснокожего. Сам гоблин, в очередной раз, полетел прочь сброшенный сильным ударом. Вот только, едва упав, он снова поднялся на ноги, а его противник, с ножами в горле, был полностью и бесповоротно мёртв.

Быть может, в другое время и в другом месте, победу гоблина над свободным жители Некрополиса не приняли бы так просто. Вот только здесь и сейчас, разгорячённые неожиданным праздником местные вполне искренне рукоплескали Грыгу.

— Ты как?! — спросил бросившийся первым к гоблину Ворошилов.

— Моя чувствовать себя котлетой, — честно признался Грыг.

— Тот парень точно чувствует себя гораздо хуже, — попытался ободрить его Красин.

Оглядевшись по сторонам, Зина Портнова предположила: — Как думаете, сможем мы забрать тело для исследования?

— Давай подождём, — предложил Красин. — Там будет видно.

За светом ручных фонарей и цветных гирлянд короткая ночь незаметно для всех закончилась. Большое, но тусклое солнце восходило над городом превращая темноту в серую дымку, а чуть запаздывая, уже на подходе, готовилось взойти второе, более мелкое, но, зато, более яркое солнце.

Оставив Грыга в руках захлопотавшей над ним Портновой, Ворошилов нашёл глазами соотечественников. К счастью те двое не ушли, вполне спокойно дожидаясь его возвращения.

— Зелёный с вами? — спросил бородатый. — Мелкий, а дерётся неплохо. Учили?

Клим кивнул.

— Опасное это дело: учить рабов драться.

— Он не раб, — твёрдо ответил Ворошилов.

Соотечественники переглянулись, согласно кивнули.

Тем временем, немного придя в себя, Грыг вывернулся из заботливых рук Портновой Зины и побежал к месту, где оставил истекающего кровью из сотен порезов тролля.

С крайним удивлением обнаружив начало нового дня, толпа понемногу рассасывалась. Местные расходились по своим делам. Многие зевали или пытались оттереть следы светящейся краски. При дневном свете краска переставала светится и выглядела чуть лучше обычной грязи, испачкавшей одежду.

Тролль сидел на месте, поджав колени к груди и обхватив их большими руками.

— Эй, ты! — позвал Грыг на местном языке. — Как тебя зовут?

Зелёнокожий гигант продолжал молчать, только частая дрожь то и дело пробегала по крупному телу.

Вспомнив как старший брат Клим Ворошилов впервые наладил контакт с ним самим, Грыг осторожно прикоснулся раскрытой ладонью к липкой от крови и горячей лодыжке тролля.

Не отрывая ладони, он пообещал: — Не бойся, брат. Теперь ты свободен. Злого хозяина больше нет. Я убил его.

— Ты убил злого хозяина? — не поверил тролль. Его голос оказался на удивление мелодичным. Говорил тролль не отнимая лица от коленей и поэтому Грыг никак не мог разглядеть черты его лица.

Подошедшие к ним Портнова и Красин, на всякий случай, встали чуть в отдалении.

— Вставай, брат, — поторопил Грыг. — Надо промыть твои раны и лучше бы нам поскорее уйти с улицы.

— Ты мой новый хозяин? — поинтересовался гигант.

— У тебя больше нет хозяев! — Грыг яростно отверг саму мысль об этом.

— Тогда кто ты и почему хочешь помочь мне?

— Я твой брат, — твердо ответил гоблин. — Знай, что наконец-то пришло время свободы и Освободитель уже среди нас!

Какое-то время гигант молчал, размышляя, а затем наконец поднял голову и расцепил руки. Встав во весь рост, тролль с железобетонной уверенностью заявил: — Освободитель это ты!

— Нет, не я, — хотел было объяснить Грыг. — Освободитель — это человек по имени Клим Вопрошилов.

Но вместо того чтобы произнести хоть слово, он застыл как соляной столп будучи не в силах отвести взгляд от двух здоровенных, упругих, размером с хороший арбуз, грудей. Стоило троллю выпрямиться, как сразу стало понятно, что это не он, а она.

Странно, как он мог не разглядеть этого раньше.

— Келдыш и Александров! Лебедев и Шура-Бура! Иоффе и Брудно [15] ! Настоящий молокозавод в миниатюре! — присвистнул удивившийся не меньше гоблина Красин.

— Королёв и Кронрод! — несколько раздражённо прервала их восторги Портнова. — Пойдёмте уже отсюда. Надо прикрыть это, эти… в общем надо прикрыть.

— Освободитель? — прогудела троллиха обращаясь к Грыгу.

Едва ворочая языком, гоблин нашёл в себе силы отказаться от незаслуженной чести: — Моя не освободитель!

— Твоя освободить меня, значит твоя — Освободитель, — произнесла троллиха. Уверенности в её голосе мог бы позавидовать любой неофит любой религии только-только начавший изучать святое писание и преисполненный веры и энтузиазма по самую макушку.

— Идём скорее, — поторопила Зина.

Долгая беседа заняла целый день, а в мире мёртвых великанов день световой тянется порядка четырнадцати — шестнадцати часов, и многое прояснила. Парочка странных покупателей, разговаривающих на русском языке, недовольно морщащихся при любом упоминании его императорского величества в негативном ключе и то и дело крестящихся — оказалась казаками. Самыми настоящими казаками западносибирского войска, правда беглыми. Одного звали Иван Ефимовичем, а другого Иван Денисовичем.