Чтение онлайн

— Скоро у нас в семье появится младенец, — улыбается Раэлия.

— Что? — Энзо на секунду замирает, а затем его лицо озаряется радостью. — Да! Наконец-то! Да! Я не буду больше младшим! Да!

— Ну хоть у одного члена этой семьи нормальная реакция, — хмыкаю я.

Раэлия пихает меня в бок.

— А кто беременный? Ты? — Энзо прищуривается, оглядывая Раэлию.

— Не дай бог!

— Эй, — я даю ей коленом по заднице.

— Не сейчас. Но… боже, Лейк беременна, — Раэлия закатывает глаза.

— Я говорил! Я был прав! У них случился взрыв! Их планеты столкнулись! Я знал! Я всё знал. Круто. Так круто, но я не буду менять подгузники. Я ещё слишком молод для этого дер… — Энзо ловит мой взгляд и прочищает горло, — для этих дел.

Умный парень.

— Они сами справятся, — пожимает плечами Раэлия. — Кстати, что в больнице сказали? Как ты?

— У меня несварение, и завтра я могу остаться дома. Пропущу тест по английской истории. Я так расстроен, — Энзо грустно вздыхает, но в его глазах кипит радость.

— Ты же понимаешь, что тебе всё равно придётся написать этот тест, да? Тот факт, что завтра ты будешь дома, не отменяет факта, что тест влияет на твою годовую оценку, — усмехается Раэлия.

— Но… я же болею. Я… чёрт, — Энзо супится и расстроенно топает ногой.

— Так, а ну-ка, мелкий врунишка, скажи мне, ты специально наелся всякого дерьма вчера, чтобы не писать этот тест? — прищуриваясь, спрашивает Раэлия.

— Не-е-е-е-ет, вообще, нет. Я просто… ну да, — сдаётся Энзо и вздыхает. — Я ненавижу английскую историю, она нудная. Я люблю химию и математику.

— Боже, Энзо, — Раэлия отпускает меня и садится на корточки напротив него. То, как она общается с ним, как заботится о нём и любит его, говорит мне, что Раэлия будет хорошей матерью. Необычной милой домохозяйкой, но хорошей матерью. Она сама пока этого не понимает, но я вижу. Она заботливая и умеет любить. А когда любит, то отдаёт всю себя этому.

— Понимаешь теперь? Это обязательно, чтобы стать таким, как Роко. Роко тоже ходил в школу и Михаил, и я. Мы все выжили, и ты выживешь. Но это тебе нужно, чтобы твои мозги не засохли, — Раэлия встаёт и взъерошивает тёмные волосы Энзо.

— Ладно. Мика, ты поможешь мне с историей?

— Конечно. Иди, делай другие уроки, а затем подготовимся к тесту, — киваю я.

— Школа это такое де… просто не люблю, — кривится он, направляясь к лестнице, а потом оборачивается к нам. — А когда у вас будут дети?

— Боже, скажи ему свалить, — фыркает Раэлия.

— Энзо, иди заниматься.

— Рэй, ты не любишь детей? — прищуривается Энзо.

Раэлия бросает на меня злой взгляд, а я пожимаю плечами. Я, вообще, не виноват, что ребёнок желает нам того же, что я и сам планирую. И, может быть, я с ним об этом часто разговаривал, чтобы он помог мне настроить Раэлию на положительный ответ года через три. Сначала брак, затем дети. Таков план.

Раэлия подзывает Энзо к себе пальцем и наклоняется к нему.

— Я не могу сказать, что без ума от этих пищащих чудовищ. Но могу точно сказать, что я без ума от тебя. Я люблю именно таких умных мальчиков, как ты, — отвечает она, касаясь пальцем кончика его носа, и меня пронзает боль. Эмоциональной болью изнутри.

В моей голове так резко вспыхивает воспоминание, отчего я шатаюсь и не могу нормально вздохнуть. Картинки в моей голове быстро сменяются, я кладу ладонь на грудь, чтобы вздохнуть, чтобы выжить… боже… нет, нет, нет. Не надо так. Не сейчас…

— Михаил? Энзо, иди к себе, быстро! Михаил? — Раэлия взволнованно касается моей руки, но я делаю шаг назад.

— Не трогай меня… мне нужно… не спрашивай. Не говори со мной сейчас, просто иди за мной, — выдавливаю из себя.

Я цепляюсь за каждую картинку, всплывающую в моих воспоминаниях, чтобы расширить её и проникнуть глубже. Я больше ничего не вижу перед собой, а просто стремлюсь не потерять воспоминание. Если я не зацеплюсь за него и не вытащу сейчас, то оно останется вот таким сломанным и неполным в моей голове. Я так делаю, когда не хочу знать больше о том, что видел. Не хочу, это кровь, страдания, боль… и жуткое, разрушающее меня разочарование.

Сажусь в машину, и Раэлия быстро забирается рядом. Завожу мотор, и мы выезжаем из гаража. Нужны воспоминания. Дорога. Наш старый дом. Нужно доехать дотуда, я уже был там. Теперь в этом доме живёт другая семья, домика не дереве нет, всё изменено. А когда-то там звучал наш смех, приходили соседи и друзья на воскресные вечеринки-барбекю, которые устраивали мои родители. И я бегал с другими мальчиками, играл в своём домике на дереве, и мы не пускали туда Марию. Да, иногда я был гадким ребёнком. Но я всего лишь был мальчиком, которому было интереснее играть с такими же мальчиками. Если бы я тогда знал, как сильно ошибся.

Выбираюсь из машины, но вижу всё в другом ключе. Я беру за руку Грега, и он с улыбкой рассказывает мне о том, чем мы с ним займёмся. Сегодня мы чистим оружие и изучаем его строение. Я обожаю это время с ним. Папа не знает, как и мама. Никто не знает, что я сейчас с Грегом, потому что он им не нравится. А я люблю Грега. Он объясняет мне всё, как взрослому. Он не видит во мне ребёнка, и я это очень ценю. Это для меня на самом деле очень важно. Грег поднимает камень, лежащий рядом с воротами, и достаёт ключ, а затем открывает дверь. Мы входим на территорию небольшого дома, где иногда с ним играем. Здесь полно игрушек, и Грег всегда покупает мне новые. Я оборачиваюсь и зову своего нового друга с нами. Хрупкий парнишка в очках озирается, но Грег не даёт ему струсить и сбежать. Он будет с нами играть. Грег просит меня взять Линдо Краковски за руку, чтобы он был уверен в том, что ему здесь ничто не угрожает. И я делаю его. Мы ходим вместе на борьбу. Его родители туда привели, потому что Линдо постоянно бьют, и он всего боится. Но он очень умный парень, и мы с ним часто болтаем. И вот сегодня Грег предложил мне взять нового друга с собой. Грег не запрещает мне этого делать. Он даже рад, когда у меня есть друзья. Он покупает нам сладости или делает бургеры, даёт нам деньги и водит нас в парк.

Открываю глаза, чувствуя, что моя ладонь лежит на запертой двери. Грег никогда не впускал меня в эту комнату. Он говорил, что там просто склад. Но однажды я узнал, что там находится. Я ударяю всем телом по двери, и из-за старости она трещит, а затем ломается, падая передо мной. Спёртая вонь и пыль попадают в мои лёгкие, и я кашляю, закрывая нос и рот сгибом локтя. Делаю шаг, и моё сердце разрывается от боли. Ещё один.

— Что это, чёрт возьми, за место? — шепчет в ужасе за моей спиной Раэлия.

Света сюда из коридора попадает мало, но можно увидеть кровать в виде машины, коробки с игрушками и тёмные шторы, за которыми забито окно. Можно увидеть плакаты из мультиков, бежевые стены и кучу пыли.

— Ты здесь жил? Это дом Грега, верно? — спрашивает Раэлия, направляясь вперёд. Она оглядывает комнату и переводит на меня встревоженный взгляд.

— Нет, я здесь не жил. Я приходил сюда иногда. Грег здесь зачастую находился, — тихо отвечаю ей и отворачиваюсь.

Мне нужно выйти отсюда. Выйти и подышать. Я вылетаю на крыльцо, сдерживая рвоту. Опираюсь на деревянные балки и смотрю на завядшие кусты, точнее, просто палки от кустов, и на заросшую сорняками землю. Когда-то здесь были цветы, много цветов. Грег занимался садом, и я ему в этом помогал. Я ему во всём помогал. Таким идиотом был.