Чтение онлайн

— И что? Нам просто ждать, когда за каждым придут? — хмурится Лейк.

— Нет, дать им возможность забрать каждого из нас. Не сопротивляться. Не драться. Иначе они могут ранить кого-то из нас, а это потеря сил. Нужно добраться до их логова. Именно в сердцевину. И оставить одного за пределами. Здесь нам нужен Деклан. Но для начала нужно перевезти Энзо в безопасное место. Нужно отдать его Иде.

— Что? Никогда! — ревёт отец. — Мы вызовем Розу. Она уже прятала его. Она снова это сделает, и всё.

— Но теперь за ними могут следить, Доминик. Теперь всё жёстче. Они следят и за ирландцами, зная, что те помогают нам. Поэтому ирландцы должны остаться безучастными. Никаких телефонных разговоров. Нужно обойти любую систему слежения. Любую. Это телефоны, встречи, интернет. Нас легко вычислить. Поэтому Ида самый безопасный вариант. И нам придётся ей доверять, потому что иначе Энзо превратится в меня. Розу они не тронут, но и не дадут ей уехать. Единственный человек, который может увезти Энзо в безопасное место, это Ида. Они уже приходили к ней, и она знает, что здесь опасно. Ида уехала, но может вернуться и забрать брата. Она любит его и точно защитит его. Никого больше, только его.

— А если мы не найдём Иду? Она же спряталась. Как мы вычислим её? — задумчиво шепчу я.

— Энзо, — отвечает Михаил. — Он общается с ней. И она точно не оставила бы его без контактов. Он может связаться с ней. Завтра Энзо поедет в школу, Ида уже должна быть в городе. Другие имена, документы, и я знаю, что они уже у вас есть. Так что Ида заберёт его из школы, увезёт и спрячет. Завтра придут за кем-то ещё или за двумя, всё зависит от нас. Мы можем облегчить себе путь или усложнить его.

— Лучше облегчить, иначе мы, и правда, можем пострадать. Если они будут устраивать налёты, как на Роко с Дроном, то лишние ранения нам не помогут, — шепчу я. — Нужно поговорить с Энзо и подальше от камер. В саду, например. Если разговор будет тихим, то невозможно будет что-то понять. Дадим Энзо одноразовый телефон, и его не проследят.

— Я это сделаю. Мне нужно что-то делать, — тяжело вздохнув, Роко встаёт и уходит.

— Тебе тоже нужно уехать, — папа поворачивается к Лейк. — Ты беременна. Такой стресс может быть опасен и для тебя, и для ребёнка.

— Это неразумно, — качает головой Михаил.

— Да пошёл ты, — фыркает Доминик. — Она беременна! Я не позволю ей рисковать собой и нашим ребёнком!

— Доминик, я останусь, — тихо говорит Лейк и берёт отца за руку.

В его глазах вспыхивает боль.

— Нет, ты…

— Подожди, послушай меня. Мы семья. Да, я беременна, и мне бы следовало спрятаться. Только вот я буду ещё больше переживать и нервничать, если ты здесь останешься один. Я сойду с ума. Ты меня знаешь, я накручу себя, и мой страх за свою жизнь исчезнет. У меня и так его нет, а если я буду знать, что ты где-то там, или кто-то из вас, и вы в опасности, вероятно, мертвы, то совершу глупость. Я сделаю это, знаю себя. Я не могу уехать, Доминик. Да и не уверена в том, что мне позволят уехать. Я твоя сучка.

— Не называй себя так, — с горечью в голосе шепчет отец. — Я же не переживу, если ты пострадаешь.

— И это взаимно, понимаешь? Все твои эмоции и страхи есть у меня. А я беременна, мои эмоции усиливаются в разы. Я сойду с ума, Доминик. Я выдержу, обещаю тебе. Я выдержу это. И… если они просто убьют меня, когда я буду одна? Ведь чем больнее тебе, тем им лучше. Если они хотят избавиться от всех, то внутри меня твой ребёнок, и это будет для них причиной убить его, а вместе с ним и меня. Вряд ли они будут церемониться с нами. Не хочу терпеть насилие или же умирать, поэтому я останусь с тобой. Если и попадёмся, то вместе. Ты и я. Мы там будем все вместе и что-нибудь придумаем. Дрон там один. Ему страшно. Мы не знаем, что с ним делают, чтобы привлечь внимание Роко. Они психи, Доминик. А мы уже имели дело с психами. Пожалуйста, просто прими это, и будем действовать все вместе, — произносит Лейк и прикладывает руку к своей щеке.

Я отворачиваюсь, чтобы не видеть бессилия и отчаяния в глазах отца. Это больно. Больно осознавать, что любой из нас может погибнуть и не вернуться.

— Ладно. Значит, будем вместе. Завтра мы поедем к врачу, у нас осмотр. Нужно перенести его…

— Нет, это наш ребёнок, и мы должны поехать. Не бойся, Доминик, нужно улыбаться, когда страшно, — произносит Лейк, и я слышу усмешку в её голосе.

И пусть Лейк пытается быть стойкой и сильной, делая вид, что она в порядке, но я знаю, что она напряжена и боится за отца и остальных так же, как и мы все.

Бросаю взгляд на Михаила, наблюдающего за мной. Выгибаю вопросительно бровь, он пожимает плечами, как будто его пристальный взгляд — норма. Я, вообще, не знаю, чем он занимается и где бывает. Только вижу его, когда что-то случается, и это стало плохой тенденцией. Я безумно скучаю по нему. Порой хочется психануть и устроить ему истерику, потребовать внимания к себе, но потом вспоминаю то, что читала и затыкаю свою суку внутри.

— Я всё же думаю, что нам стоит обдумать вариант Розы, как сопровождающей Энзо, — говорит отец.

Я поворачиваюсь. Они закончили миловаться с Лейк. Терпеть не могу этого.

— Мы рассмотрим её, если Ида не успеет. И так как у нас осталось две…

— Не говори сучки. Я тебе голову оторву, — рявкает отец на Михаила.

— Приманки.

— Да, так лучше, — кивает отец.

— То завтра это будет Лейк.

— Почему я? — удивляется она.

— Потому что ты слабее Раэлии. Ты простой вариант, Раэлия сложный вариант.

— Это обидно, если честно. Это потому что я беременна? Но я тоже могу драться. Почему я? — супится и топает ногой Лейк.

— Ну, давай, посмотрим фактам в лицо, Лейк. Раэлия психопатка.

— Михаил! — возмущаюсь я.

— Что? Я прав. Ты психопатка в хорошем смысле слова. Ты умеешь драться и хороша в борьбе. Ты убивала и не раз. Ты отлично пользуешься оружием, ножами и пистолетами и всегда до зубов вооружена. Ты физически сильнее и выносливее Лейк. Тем более, он беременна. Её забрать будет проще, чем тебя.

— А не логичнее сначала забрать сложную сучку? — фыркает Лейк.

— Логичнее. Я бы так и поступил. Забрал бы именно её, а самым последним Дрона. Но они действуют по методу Грега «от общего к частному», «от простого к сложному». Сначала они забирают простые случаи, чтобы показать сложному, что ему не сбежать. Сложный случай начинает оглядываться и жить в напряжении, это ослабляет его, так как на готовность сражаться постоянно тратится очень много энергии. И когда сложный случай уже на пике, то приходят за ним. Разве я не прав, Доминик? Грег так делал? — спрашивает Михаил, глядя на отца, и тот кивает.

— Это так. Боже, как ты это всё помнишь? Я так мало помню о Греге, только основное, и всё. А ты… господи, — отец трёт ладонью лоб.

— Ну, ты старик.

— Я тебе сейчас голову оторву, — рявкает отец, а Михаил смеётся.

— Но это ещё не всё, — говорит Михаил, продолжая улыбаться. — Мы не просто отдадим им Лейк, а будем следить за ней, чтобы понять, куда они всех увозят. Нам нужна приманка, а у нас она уже есть. И нам, в принципе, даже ничего делать не нужно. Они всё сделают за нас. Они будут следить за нами, а мы за ними. Я и Раэлия займёмся этим. Когда мы узнаем место, то всё будет намного проще. Деклан останется за пределами, и когда мы все будем там, он выждет время, так как нам нужно увидеть всех и запомнить того, кого убивать. А потом он придёт с подмогой.