Чтение онлайн

— Я понимаю, жизнь у неё не сахар, с таким-то отчимом, но неужели её совсем не напрягает, что этот стрёмный Фавн подкармливает своих фей сырым мясом? — всё же не выдержала и хихикнула она вслух.

— А где говорится, что феи исключительно травоядные существа?

— В сказках.

— Диснеевских? Динь-Динь из «Питер Пэна»?

— Ну, кроме Динь-Динь и зубной феи я никого не знаю.

— А то, что зубная фея зачем-то забирает детские зубы — тебя, значит, совсем не напрягает?

— Раньше не напрягало, — задумчиво ответила София, припоминая документальный фильм о ведьмовских суевериях, сохранившихся со времён средневековья. По старым поверьям обладание чужим зубом давала полную власть над тем человеком, кому он принадлежал. Так что же выходило — феи за небольшую плату пытались заполучить мировое господство? — А теперь немного поразмыслила над этим и стало напрягать.

Доминик ничего ей не ответил, лишь фыркнул, как если бы собирался рассмеяться, а потом передумал, и они продолжали молча смотреть фильм. И всё было хорошо, но ровно до того момента, пока девочка не отправилась выполнять очередное задание, спустившись в подземные покои слепого существа, от неприятного вида которого Софию всю изнутри покорёжило. И когда противное, морщинистое существо вдруг ожило, она не удержалась и попыталась схватиться за локоть Доминика. Но лишь царапнула ему бок ногтями и сжала в кулаках ткань рубашки.

— Ты чего? — его рука, лежавшая на спинке дивана, опустилась и приобняла её за плечи. — Испугалась?

— Извини, — прошептала Софию, продолжая жмуриться. Совершенно не хотелось видеть то, как этот монстр гонялся за девочкой. А он, несомненно, гонялся, судя по звукам и тревожной музыки на фоне.

Однако даже когда всё стихло и снова полилась спокойная речь людей, она не спешила смотреть в сторону телевизора. Но, почувствовав, на своей щеке нежное поглаживание робко приоткрыла глаза, встретившись взглядом с виновато улыбающимся Домиником.

— Я очень хочу тебя поцеловать… можно? — прошептал он, продолжая смотреть ей в глаза.

Кажется, София кивнула. Потому что его улыбка стала шире. А затем Доминик и вовсе наклонился, чтобы дотронуться до её губ в невесомом, как мимолётный солнечный зайчик в погожий день в середине мая, поцелуе. Шелковистое прикосновение самой яркой звезды сменилось мягкостью бархата, а затем постепенно переросло в сметающий всё на своём пути ураган.

Словно вспышка от фотоаппарата, Софию ослепило воспоминание, в котором она надевала жёлтые трусы с Микки Маусом. А следом посыпались и другие мысли, что любезно напомнили ей: технически кое-кто не готовился к столь близкому общению с противоположным полом. И в скором времени, если не остановить это сладкое безумие, всё могло обернуться тотальным провалом.

— Подожди, стой, — выдохнула Софию, подрагивая от возбуждения в его объятиях.

Он вроде её услышал, потому как убрал руки с талии, задравшие свитер почти до границы нижнего белья, но при этом продолжал покрывать шею неторопливыми, чуть жалящими поцелуями.

— Я не готова сегодня зайти так далеко…

Оставив на изгибе плеча особенно чувственный поцелуй, Доминик замер. Его глубокое дыхание щекотало разгорячённую кожу, не давая ей расслабиться ни на секунду. В какой-то степени даже хотелось, чтобы он проигнорировал её слова и продолжил то, что начал. Плевать, что подумает потом, когда страсть отхлынет и останется только слабое послевкусие былого желания.

Однако Доминик не стал этого делать. Он резко поднялся с дивана и скрылся в тёмном коридоре. Мелькнула полоса бледно-жёлтого света, и следом раздался щелчок из-за закрывшейся двери.

Вернувшись из уборной, Доминик сам взял её за руку, и остаток фильма они провели в молчании. Тем не менее сосредоточиться на том, что происходило на экране, у Софии не получалось: в голове роилось множество мыслей, а ещё сильно отвлекало то, как он нежно перебирал её пальцы в своей ладони.

После фильма Доминик сдержал своё обещание и повёз Софию домой. Сказать, что эта поездка проходила в неловкой тишине — ничего не сказать. Они за все тридцать минут не проронили ни слова. К тому моменту, когда автомобиль остановился в паре метров от входа в подъезд, София прошла все стадии маринации и теперь была убеждена, что он сожалел о своём решении пригласить малознакомую недотрогу к себе в гости. Не так уж сильно она ему и нравилась, чтобы идти на такую глупость. А теперь недотрога знала адрес и могла при желании преследовать его днём и ночью.

Первым выбравшись из тёплого салона, Доминик обошёл машину и открыл дверь с её стороны. Намекал, чтобы побыстрее выметалась? Вряд ли. Его сумрачные глаза хоть и оставались нечитаемыми, но явной неприязни не выказывали.

— Спасибо, что подвёз, — скромно поблагодарила София, аккуратно захлопывая за собой дверь. И собиралась уже уйти, когда длинные пальцы схватил её за локоть, разворачивая к себе лицом.

— Вот же шустрая, — глухо усмехнулся он и сковал в крепких объятиях, зарывшись носом в волосы у виска. От него пахло привычной туалетной водой и сигаретами. Но даже сейчас резкий аромат её не отталкивал. Должен был, но не отталкивал. Скорее, наоборот, хотелось укутаться в него с ног до головы. — Я заеду за тобой завтра утром.

— Зачем?

— Чтобы в универ отвезти.

— Зачем?

Ослабив хватку, но не разомкнув рук, Доминик отклонился назад и, заглядывая в её наверняка ошарашенное лицо, недоверчиво спросил:

— У тебя завтра нет пар?

— Есть, но зачем тебе везти меня в универ? — продолжала недоумевать София, искренне не понимая, ведь презентация уже доделана, а следовательно, больше поводов для встреч у них не было.

И почему они продолжали обниматься, словно находились в отношениях? В какой момент их исключительно деловая связь перешла на тактильный уровень общения? После его чудаковатого признания в чувствах? Нет, ещё раньше…

— Потому что хочу, — теперь уже и он выглядел растерянным.

— А я не хочу.

— Тогда у нас проблемы.

Наступила пауза. Они глядели друг другу в глаза. И постепенно, несмотря на мороз, кусавший щёки, ей становилось всё более жарко. То ослепительное чувство, что их охватило на его диване, начало подниматься откуда-то изнутри: волна за волной всё дальше набегали на берег, грозясь в скором времени мягкий бриз обратить штормом.

Сколько они так стояли, София не знала. Секунду? Минуту? Час? Нельзя было сказать с уверенностью. Весь её мир сомкнулся на выразительных глазах напротив, окутанных туманом мудрости. Подобно чернёному серебру они обладали шармом. Выглядели сложнее, интереснее, чем всеми любимое золото, отдающее пустой роскошью.

Неожиданно этот негодяй подался вперёд и поцеловал её в уголок рта. И снова отодвинулся, бесстыже заглядывая в глаза.

— Я не соглашалась с тобой встречаться, — напомнила она, надеясь, что сумела скрыть смущение за прохладцей в голосе.

— Разве? — его правая бровь взлетела и изогнулась в демонстративном сомнении.

— Вообще-то, да!

— И что мне сделать, чтобы ты пересмотрела своё решение?

— Ничего… дай мне время подумать.

— Хорошо, я не буду тебя торопить, — с явным нежеланием Доминик разомкнул объятия и отступил, увеличивая между ними пространство. Тут же стало холодно. — Но не мучай меня слишком долго…