Чтение онлайн

Чуть ли не дословно я передал слова Гвелерга. Даже, наверное, говорил с тем же волнением. А когда закончил, ни один из столь важных для страны людей не фыркнул со словами «Всё это враньё!». Непроверенной информации поверили.

– Вывели флот из портов Кондука в то время, когда океан всё ещё бушует, - хмыкнул озадаченный Тревин. – Видимо, относятся со всей серьёзностью… Двадцать кораблей… Двадцать кораблей - это сколько воинов в трюмах? – он обратил взгляд на Яннаха.

– Немало, - совершенно неопределённо ответил тот. – Северные мореходы отличаются от наших. Их суда вмещают больше людей, чем вмещают наши. Боюсь, они планируют надолго закрепиться в наших землях. Сил у них предостаточно.

– Тогда вопрос с Декеддой мы отложим, - решительно заявил я. – Не забудем, а отложим, - и предвосхитил возмущение Трифина. – Сейчас Север на кону. Враг идёт не только за мной. Он идёт, чтобы разрушить то, что мы успели восстановить. Баши жаждут показать не только нам, а всему миру, что они всё ещё реальная сила. И что с ними обязаны считаться абсолютно все.

– Но большая часть гарнизона столицы сейчас собрана в портовых городах, - поморщился мастер Сималион. – В Валензоне подходит к концу обучение почти пятитысячной армии. А звать из Равенфира несколько сотен необученных рекрутов – бессмысленно. То есть ни с запада, ни с востока, ни с юга подмога не успеет подойти.

– И не надо, - я опередил Яннаха с возражением. – У нас достаточно сил в Сторожевом Лагере. У нас Северная Армия охраняет форпост у реки Нордур.

– Рекруты прошлого лета всё ещё здесь, - добавил Яннах. – Они не прошли подготовку, но они есть. Целая тысяча.

– И тысяча гессеров, - вмешался Каталам. – Если придётся, я уверен, Его Величество позволит лучшим бойцам Астризии отправиться на север для защиты Родины.

– Несомненно, - король даже не сомневался. – Мы разобьём их одним решительным ударом!

После этих слов я ощутил душевный подъём. Настоящее воодушевление. Никто из тех, кто имел право отправлять людей на смерть не испугался предполагаемого вторжения. Никто не побежал писать плаксивое письмо башам. Никто не побежал собирать манатки. Мы были готовы встретить наёмников самфунна и погнать их прочь.

А я ещё планировал забрать кое-что для себя.

– Тогда на юге и на западе всё остаётся так, как есть, - подвёл я итог.
– Пусть Валензон готовится, а Шамасс и Мармасс обучают войска для высадки. Остальных я сам поведу на север. При помощи Гвелерга мы сможем водить башей за нос достаточно долго. И, надеюсь, это мы нанесём внезапный удар, а не они.

– Да будет так! – Тревин, как я когда-то давно, выставил перед собой ладонь. И дождался, когда мы по очереди накрыли его ладонь своими ладонями. – Пришла пора рассчитаться с ними за всё.

– Пришла пора встретится с очередным анираном, - добавил я про себя.

Хоть весь государственный аппарат работал на предел сил, всё же мы не могли отправиться на север в тот же день. Предстояло собрать все боеспособные войска и обеспечить их транспортом. Надо было подготовить обоз и необходимые походные элементы обоза в виде продавщиц плотских утех. Предстояло грамотно составить несколько писем, часть из которых содержали бы правдивую информацию, а часть – ложь.

Первый приказ улетел с Голеадором в форпост на реке Нордур – в самую удалённую точку от столицы. Приказ был составлен и подписан самим королём, в котором он требовал от коммандера Кархарадона – заместителя обер-коммандера Хегарата - соблюдать максимальную осторожность. Король приказывал отозвать охранные десятки из всех окрестных деревень, приказывал разослать по этим же деревням указания о немедленной эвакуации, приказывал выдвинуть разведывательные разъезды в сторону руин Халтберна, закрепиться в Северном Форпосте и ждать прибытия подкреплений из Сторожевого Лагеря.

Второй приказ улетел с Сумманом в Сторожевой Лагерь. Хегарату доступным языком объясняли, что пришёл его звёздный час – обер-коммандер должен был в срочном порядке собрать все боеспособные войска и быстрым маршем выдвинуться к Северному Форпосту.

Третий приказ Эоаниту доставила не птица, а гонец на лошади. В письме король очень вежливо приглашал Первосвященника на приватный разговор, где даст указание взять на себя заботу о столице пока победоносная армия не вернётся. То есть силы храмовников и силы оставшихся гессеров, которыми руководил Каталам, останутся присматривать не только за королём, но и следить за порядком в Обертоне.

Ну а четвёртый – самый важный приказ – поступил от меня Гвелергу. Вместе с ним мы составили крайне аккуратное письмо, которое унёс очень крупный сирей, работавший за жратву в посольстве. В письме мы коротко попытались рассказать башам, что вся армия Астризии, очевидно переоценивавшая свою мощь, сосредотачивается в Валензоне. В Обертоне практически никого не осталось, - что было, отчасти, правда. В Шамассе и Мармассе сейчас яблоку негде упасть из-за возросшего числа военных, а в Сторожевом Лагере все пребывают в блаженном неведении. Никто даже не догадывается, что могучий флот приближается к северным берегам Астризии.

Вместе с Гвелергом мы ещё раз прошлись по письму и подредактировали немного. Всё же врать башам надо крайне осторожно. Гвелерг ни раз говорил, что нельзя переусердствовать. Иначе что-то заподозрят.

В общем, в очередной раз маховик закрутился. Несколько дней мы все работали не покладая рук, а потому организовали всё достаточно быстро.

Король Аскольд Третий, по моей просьбе, остался в Обертоне. Он горел желанием отправиться на север и раздать башам на орехи. Но уступил мне. Вместе с весьма недовольным Каталамом, который остался не благодаря моим просьбам, а благодаря королевскому приказу. Тревин должен будет удержать в руках столицу, если что-то пойдёт не так. Подготовить к обороне, провести набор ополченцев, всё же затребовать возможную помощь из Равенфира и не спускать глаз с Эоанита. Я не верил, что Эоанит осмелится поднять руку на короля, но не мог не рассматривать такую возможность. К тому же в столице нужен был тот, кто продолжит вместе с Гвелергом дезинформировать башей. Они, конечно, очень быстро догадаются, что что-то идёт не по плану, когда вместо вновь отожравшихся деревень обнаружат выжженную землю. Но пока есть возможность вешать им лапшу на уши, надо продолжать вешать.

Трифин же ничего не хотел слушать. Правда, я и не настаивал. Едва мы окончательно определились с направлением удара, он был готов вскочить в седло. И ни я, ни Тревин ему не препятствовали. Раз парень хочет что-то доказать не только всем, но и самому себе, значит, надо отойти в сторонку и дать ему этот шанс.

Поэтому вместе с мастер-коммандером Яннахом, усы которого топорщились особенно воинственно, Трифин вывел огромную колонну через северные врата.

Но я задержался. Колонна всё шла и шла, а я стоял в стороне и держал Дейдру за руку. Она, в который уже раз, словила слезливую болезнь. Элазор сидел на моей шее и восторженно смотрел на величественных всадников, которые проезжали через врата, Мелея пускала сопли рядом с внучкой, а святой отец Эриамон осенял проезжавших знамением.

– Тебе необязательно ехать, - хныкала Дейдра, потому что накануне я совершил глупость и рассказал ей всё: кто едет в гости, зачем едет, и к чему это обязательно приведёт.
– Ты можешь дождаться их здесь, за высокими стенами. Они не смогут через них перебраться. Обертон никто никогда не захватывал.

– Дейдра, ты же знаешь, что это неизбежно. Я не могу ждать. Я должен двигаться вперёд, - я опять объяснял ей то, что объяснял половину вчерашней ночи. Но она опять не слышала. – Я не преуменьшаю опасность. Я прекрасно знаю, с кем мы имеем дело. Но у нас… у меня нет выбора. Я должен его встретить. И я должен его победить.