Твой Никто
Шрифт:
– Я могу обещать тебе только одно, вы будете жить со мной.
– В статусе кого? – я так и продолжаю стоять перед Асей на коленях. Хотелось бы соврать, но понимаю, что увиливать и изворачиваться не получится, Таю не спрячешь в темный чулан. Даже скелеты в шкафу дают о себе знать через многие годы, а она живее всех живых, не она, так ее мать или окружающие напомнят о моем статусе.
– Ася, хочу быть честным с тобой и надеюсь… нет, я понимаю, что это тяжело принять и понять, но все же… скажу, как есть. Я женат. – Вижу шок на ее лице от этой новости.
– Но существует огромное НО, которое словами не описать. Как только ты переедешь, я сразу все тебе покажу и… ты сама все поймешь.
Она отодвигает меня рукой в сторону, хочет встать с кресла.
– И как я должна все это понимать, Ник?
– Кстати, зовут меня Тимур, Никифоров Тимур Олегович, - Ася оборачивается и смотрит так, словно впервые видит.
– Хм… Тимур, - повторяет мое имя, - никогда бы не угадала, но тебе идет это имя. Но от того, что я узнала его, ты не стал свободным, ты все также женат. А это все не по мне… Я не разлучница, не соперница, не роковая… Я никакая. Тебе было скучно, подвернулась я… вот и весь сказ. Препятствовать общению с ребенком не буду, но и с тобой не поеду. Веришь, я до сих пор не верю в то, что ты приехал, и у меня не укладывается в голове, зачем…
– Может ответ на поверхности? Ты мне нужна? Я скучал, не было ни дня, чтобы я не думал о тебе, но так сложились обстоятельства… Я вынужден был продать свой бизнес, но это и к лучшему, он меня стал утомлять и… не было былого азарта, я сдулся. Теперь начну все сначала. Купим новый дом, придумаем чем заняться, будем растить ребенка…
– А где все это время будет твоя жена? – Ася смотрит так, будто прожигает насквозь, бьет в самое больное место, заставляя его вновь кровоточить. Это живая рана и затянется ли она, знает только время.
– Ты все увидишь сама.
– Не пугай меня. Подумай, стоит ли мне это видеть? Пойми, я впечатлительный человек и не смогу простить себя за то, что влезла по незнанию и по неопытности в семью, разрушив ее.
– Все совершенно не так…
– А как? Как на самом деле?
– Сложно. Но я надеюсь, что в скором времени все разрешится.
– У тебя есть дети?
– Нет, детей мы не нажили.
– Господи, только не говори, что она бесплодна и ты пошел на сторону, чтобы…
– Не придумывай то, чего нет. Ты все поймешь, но только не сейчас.
Ася подходит к окну и смотрит на улицу невидящим взглядом. Она далеко, обдумывает услышанное. Подхожу к ней со спины и обнимаю. Как мне это было нужно… ее тепло, запах, мягкость и бархатистость кожи… прикасаясь к ней, понимаю, что продолжаю жить. Ее энергия дарит мне жизнь, ее присутствие, наделяет мою жизнь смыслом. Без нее никак. И это факт.
– Я хочу есть, - Ася выпутывается из моих объятий.
– Хочет я закажу что-то особенное или схожу в магазин?
– У меня все есть, - отвечает, направляясь на кухню. На минуту я зависаю, рассматривая улицу. Пошел снег, в свете оранжевый фонарей он безмятежно падает, покрывая все вокруг белым, еще чистым ковром.
Стук ложки по тарелке заставляет обернуться меня и пойти на звук.
Ася что-то накладывает в тарелку, оббивая остатки еды с ложки о край. На плите что-то греется в кастрюле.
– Будешь со мной?
– Буду, - присаживаюсь на стул возле стола.
– И даже не спросишь, что?
– Их твоих рук я даже яд съем, - отвечаю искренне.
– Надеюсь, моя стряпня вкуснее и безопаснее яда, - улыбаясь отвечает Ася. Ставит на стол тарелку с каким-то салатом, протягивает пачку майонеза, - добавь и перемешай, только не сильно много майонеза. Послушно выполняю просьбу. Отодвигаю салат, и тут же его место занимает тарелка с борщом, рядом становится тарелка с мясной нарезкой и хлеб. – Приятного аппетита, давно мне так не хотелось есть, аж слюни текут.
– Я рад, что хоть твой аппетит обрадовался моему появлению.
– Не поверишь, я тоже рада, вот только как быть дальше, ума не приложу.
– Все решим, любые проблемы… только не отталкивай меня. Хотя, сразу предупреждаю, отделаться от меня не получится.
– Вроде и успокоил, и в тот же момент насторожил.
– Вкусный борщ, - перевожу тему. Завтра будет новый день, и послезавтра и послепослезавтра… как наступят, так и решим, что делать. Все по ходу…
Глава 36
Ася.
Сама не понимаю, как дала согласие на эту поездку. Возможно, причина в чрезвычайной доверчивости. Хотя, ранее за мной такое не замечалось. Как я понимаю сама себя, моя доверчивости распространяется только на обещания и доводы Ни… Тимура. Никак не привыкну. Но это имя подходит ему больше, тут не поспоришь, особенно, если сравнивать с ранее озвученными мной вариантами.
Два дня пролетели, как фанера над Парижем. За окном мелькают сугробы, трасса полупуста, редкие машины встречаются нам на пути, самое время окунуться в воспоминания и проанализировать их.
В воскресенье он притащил меня на работу увольняться. Вспоминаю, и сразу смех берет. Вы бы видели эти лица… Все, начиная с Марины Федоровны, заканчивая новоиспеченной официанткой Улькой, искали в моем внешнем виде ту изюминку, которой я зацепила такого мужика. Зависть, неприкрытая зависть сквозила в их взгляде. Маша сделала вид, что со мной не знакома, а потом и вовсе, развернувшись, убежала, словно я ее чем-то обидела; официантки перешептываясь, бросали оценивающие взгляды то на меня, то на Тимура; даже бармен, который, как мне известно натурал, и тот одарил задумчиво-мечтательным взглядом…
– Все-таки увольняешься, не доработаешь до декрета? – Марина Федоровна делает вид, будто ей есть дело до моей персоны. Уверена, что в душе она рада такому повороту, меньше проблем – проще жизнь.
– Да, Ася увольняется, - я даже не успела открыть рот, как Тимур отчитался за меня.
– И как вы? – она пытается подобрать правильный вопрос, вроде и интересно все разузнать, а вроде и за меня переживает. – Где будете жить? Здесь или…
– Разберемся, - отрезает Тимур. – Это все, что ей надо подписать?
– Да… вроде все, - она просматривает документы. – Расчетные будут только в понедельник, сами понимаете бухгалтерия работает по пятидневке.
– Переживем, - Тимур поднимается, берет меня, как маленькую, за ручку и ведет на выход, - удачи, - бросает напоследок.
– До свидания, - успеваю вставить до того, как захлопнулась дверь. Почему-то пришло на ум такое странное сравнение: я – Пятачок, которого Винни Пух привел в гости к Кролику, со стороны выглядит забавно. В данной ситуации не до шуток, а мне смешно, наверное, гормоны шалят. Или это запоздалая защитная реакция организма на стресс, проводит аналогии со сказочными персонажами, чтобы не так грустно и печально все выглядело… Хм… только почему я не представила себя Золушкой?