Твой образ для меня
Шрифт:
– И они не любили тебя... раньше? – спросила она.
– Нет. Мы встречались вдали от них. – Я втянул полные легкие воздуха. – Часто с Еленой.
Глаза Алли расширились.
– Ты знал Елену? – выдохнула она.
– Очень хорошо. Я обожал ее. – Я вздохнул. – Она очень тебя любила.
– Я так скучаю по ней, – пробормотала Алли сквозь слезы, и ее губы задрожали.
– Я тоже.
– Не помню, как она умирала, просто знаю, что ее больше нет.
Одинокая слеза скатилась по ее щеке, и я не смог остановиться.
Шагнув вперед, я обнял Алли и притянул к своей груди. Она расслабилась в моих объятиях и зарыдала.
Впервые после ночи в аэропорту несколько месяцев назад я держал в руках свою девушку. Вдохнув ее аромат, я почувствовал такое сильное удовлетворение, которое ощущал только, когда был рядом с ней.
Я держал Алли, слегка покачивая и позволяя выплакаться. И хотя это было всего на несколько минут, это было именно то, что мне нужно. По тому, как Алли цеплялась за меня, я понял, что все еще нужен ей. Ее любовь ко мне была где-то там, и мне оставалось лишь найти ключ, чтобы выпустить ее.
Когда Алли отстранилась, я стер ее слезы большими пальцами.
– Ты пойдешь завтра со мной погулять?
– Да, – не колеблясь, ответила она.
На этот раз я не стал сдерживать улыбку. Она была широкой и радостной, и стала еще больше, когда моя девочка улыбнулась в ответ. На одну короткую секунду передо мной появилась моя Алли.
– Мне пора.
Я отстранился, борясь с желанием поцеловать ее. Попросить ее вспомнить меня.
– Увидимся завтра. Встретимся в кафе около десяти?
Алли кивнула и начала уходить, но потом обернулась.
– Адам? – позвала она.
– Да.
– Я им не скажу. Не знаю, почему они не любят тебя, но мне ты нравишься. Увидимся завтра.
– Ты мне тоже нравишься, Алли.
И она ушла.
~ ©~
Всю ночь я не находил себе места, волновался, что что-то произойдет. Что Алли случайно проговорится, и ее мать узнает, что я вернулся в город.
Я поговорил с Шоном, который подтвердил, что несколько раз звонили относительно моего местонахождения – один звонок ему особенно запомнился, так как мужчина задавал очень много вопросов. Он сказал, что сделал именно так, как я поручил, заявив, что я больше не работаю в журнале и навсегда покинул страну. Хотя я выразил сожаление, что не оставил имя Эммы на случай, если она позвонит, он сказал, что это было к лучшему. У меня было ощущение, что тем звонившим был Брэдли, он хотел удостовериться, что я вне игры. Если мое исчезновение позволило им расслабиться настолько, что они вернули сюда Алли, значит, я все делаю правильно.
Она еще не потеряна для меня.
На следующее утро я ждал Алли в кафе, как мы и договорились.
Она выглядела немного лучше, но, присев за столик, грустно улыбнулась.
– Боюсь, я не могу остаться надолго. У моей матери запланирована куча вещей, которые я должна сделать для свадьбы.
Я кивнул, помня, что мне нужно действовать осторожно.
– Мы можем встретиться завтра.
Радовало, что Алли не сказала «нет».
– Сегодня ты выглядишь более отдохнувшей.
– Прошлой ночью я лучше спала, – призналась она. – С тех пор, как мы приехали, я плохо сплю. Я продолжаю чувствовать, что…
– Что?
– Что как будто что-то упускаю. Глупо, правда? – Она сделала глоток своего кофе. – Не знаю, почему я так себя чувствую. Я не могу понять, в чем дело.
Я покачал головой, чувствуя, как надежда расцвела внутри меня.
– Совсем не глупо. Я уверен, что ты много чего можешь вспомнить.
Алли вздохнула.
– Моя мать и Брэдли говорят, что я знаю все важное и должна отпустить остальное, чтобы двигаться дальше.
Я крепче сжал чашку с кофе. Даже не сомневался в этом.
– Ты должна делать то, что правильно для тебя, Алли. Не для них.
Она только моргнула на мои слова, но ничего не сказала.
Я показал ей несколько ее фотографий и Елены, которые сделал. Показав, как листать изображения на экране, я, молча, сидел и наблюдал за ней. Когда Алли нахмурилась, и ее пальцы автоматически потерли виски, я наклонился вперед. Я уже знал, это значит, что ее что-то расстраивает и причиняет боль.
– Что случилось?
Она снова взяла камеру и повернула ее экраном ко мне. Это была наша совместная фотография, которую я сделал на расстоянии вытянутой руки. Ее голова лежала у меня на плече, на губах играла теплая улыбка, глаза искрились, а я зарылся носом в ее волосы с глупой улыбкой на лице. Мы только что занимались любовью, и я схватил фотоаппарат, чтобы запечатлеть удовольствие на наших лицах.
– Что это?
– Мы просто дурачились.
Алли изучила фотографию, а затем вручила мне камеру, опустив глаза. Ее пальцы снова начали массировать виски, и я поднял фотоаппарат, тихонько позвав ее по имени.
Когда она взглянула на меня, я нажал на кнопку и не отпускал ее, позволяя камере делать кадр за кадром, пока хмурое выражение не заменила улыбка.
<