Чтение онлайн

Оля открыла дверь и зашла в маленькое, несколько мрачное, но уютное помещение. Впрочем, как только она включила свет, мрачность развеялась. Единственное окно выходило на западную сторону, в холл, а потому солнечный свет не проникал сюда. По этой же причине по утрам здесь иногда бывало прохладно, особенно в сезон отключения отопления. В кабинете висели плакаты с рекомендациями по части обучения, общения, поддержке тонуса и настроения, некоторые строгие, некоторые цветные и подкреплённые картинками, включая картинки, нарисованные учениками. На двери — большой лист с нарисованным во весь его размер карикатурным человечком, а также листки с напоминаниями о выключении компьютеров, света и другими. Обстановку составляли диванчик и пара стульев (помимо стульев за рабочими столами), шкаф с немногочисленными книгами, журналами и брошюрами, но с многочисленными папками, листками, файлами; шкаф для верхней одежды и обуви, где также хранилась и сменная обувь; два стола, накрытые стеклом и поставленные впритык к окну и друг к другу. На подоконнике стоял чайник. На столах располагались мониторы с наклеенными цветными стикерами, содержащими разные пометки, канцелярские принадлежности и бумаги, исписанные или напечатанные. Под стеклом лежали записки с крылатыми фразами, напоминаниями и т. п. На небольшой тумбочке — магнитофон, который чаще всего использовался как радио, однако включали его довольно редко. Почти всегда девушки, чтобы послушать музыку, подключали свои смартфоны к компьютерам или использовали наушники, когда их никто не отвлекал.

Раздевшись и переобувшись, Оля поправила причёску у зеркала, висящего рядом с одёжным шкафом, достала из сумочки смартфон, положила на стол и включила компьютер. Затем сходила набрать в чайник воду. Кружка чая или кофе с утра — святое. Даже если он остынет или не будет выпит вовсе (что происходило очень редко). Налить в кружку кипятку — это необъяснимо настраивало на рабочий лад. Не говоря уже о бодрящем действии, если не получилось ночью хорошо поспать. Поэтому из тумбочки, где хранилось всё необходимое для чаепития, Оля достала нужное и стала разбираться с бумагами, пока закипала вода.

Так начался рабочий день Оли. Но продолжился он совсем не типичным образом.

Оставив задачу выполняться, Сергей подошёл с кружкой к окну, потрогал чайник — вроде нормально; размешал кофейный порошок в горячей воде и сел обратно за стол.

Телефон на соседнем столе пока молчал, визитёров с тем или иным поручением или просьбой не было. За дверью слышался шум и гам — школьники бегали, говорили, смеялись, с некоторыми были родители: их голоса тоже доносились. Раздался короткий предупредительный звонок, сигнализирующий о том, что через пять минут начнётся урок. Шум быстро утих, большинство дверей в классы закрылись, стало сравнительно тихо. Через пять минут второй, уже длинный звонок оповестил о начале урока. Любой учащийся, вошедший в класс после второго звонка, считался опоздавшим.

Автоматизированная система звонков была настроена на каждый день недели с учётом продолжительности перемен и уроков. Если требовалось изменить время срабатывания (например, менялись продолжительность или количество занятий), то на компьютере вручную обычный текстовый файл заменялся нужным из нескольких сохранённых.

Урок продолжается сорок пять минут, большинство учителей заняты, так что в ближайшее время его вряд ли отвлекут. Сейчас Сергей чувствовал себя нормально, он не беспокоился, тревожные мысли его не терзали, неприятные воспоминания в голову не лезли. Он наслаждался тишиной и спокойствием. Конечно, его могли вызвать и во время урока, но так происходило нечасто. Можно было бы сходить в библиотеку, но сейчас этого не хотелось, да и никто его не торопил туда. Он предпочёл посидеть в кабинете, дождаться установки системы, а на перемене заберёт системный блок из 212-го кабинета, тогда и поднимется на третий этаж (библиотека находилась там).

С занятостью Сергей совершенно перестал думать о том, что происходило вчера и ночью. Время шло быстро, хотелось всё успеть. Кроме известных задач, были и другие, какие-то неотложные, какие-то — мелкие, но эти последние переходили в категорию неотложных, поскольку не хотелось записывать, чтобы не забыть про них.

Незаметно наступило время обеда. Обычно Сергей запирался в кабинете на ключ, чтоб никто не беспокоил. Не всегда получалось пообедать, но чаще всё-таки голодным он не оставался. И сейчас было так же — запертый кабинет, обед, кофе. Впрочем, иногда просто ради разнообразия он заваривал себе пакетик чёрного чая, но не сегодня.

Основные занятия в начальной школе обычно заканчивались раньше, чем в средней и старшей, затем некоторые ученики отправлялись в кружки и секции. Поскольку детей в школе становилось значительно меньше, после обеда было заметно тише, чем в утренние часы. В старших классах в это время, как правило, уроки ещё продолжались, а после них учащиеся оставались на какие-либо дополнительные занятия или же приходили через некоторое время, если уроки заканчивались раньше или же дополнительные занятия начинались позже. Так что обычно именно в послеобеденное время для инженера-программиста начиналась масштабная работа. Разумеется, если она находилась. Не часто, но случалось, всё работало так хорошо, что были только какие-то мелкие задачки. Классы в основном были свободны, никаких «препятствий» не возникало.

Пока проблем нигде, видимо, не было, и Сергей решил немного пройтись по школе, заглянуть к некоторым учителям и другим сотрудникам поболтать. Частенько во время таких внерабочих разговоров ему сообщали о какой-нибудь трудности с техникой, не особо важной, просили что-то исправить в системе или оборудовании, и он занимался этим, пока они разговаривали. Так он прошёлся до 220-го, кабинета информатики, где пообщался немного с Кириллом — молодым учителем, работавшим здесь уже пару лет. В приёмной директора он поговорил с секретарём, затем пошёл в библиотеку, попутно заглянув к психологам и юристам, после решил вернуться в кабинет. Удивительно, но его не беспокоили даже по мобильному. Вообще звонили часто, но, как ни странно, сегодня не было ни звонков, ни сообщений, хотя прошло уже больше половины рабочего дня. Впрочем, почему бы не воспользоваться шансом отдохнуть?

Возвращаясь в кабинет, Сергей думал как раз об этом, как прямо над его ухом зазвонил звонок. Он вздрогнул от неожиданного громкого звука. Казалось бы, пора уже привыкнуть — не впервой ему так попадаться за пять лет работы, но когда не смотришь на время и совершенно не ожидаешь трезвона, это всегда застаёт врасплох.

Дверь ближайшего класса открылась, и Сергей моментально забыл про звонок. Его ноги чуть не подкосились, он чувствовал знакомые и уже забытые страх и беспомощность. Из класса выходили ученицы — все, как одна, лицами копии девочки, которая являлась ему прошлой ночью, но в то же время другие: со светлыми волосами, падающими на грудь, такими же чёрными, но холодными и злыми глазами; а хуже всего было видеть головы маленьких девочек на телах старшеклассниц.

Сергей смотрел на них не больше пары секунд, потом сорвался с места, споткнувшись о собственную ногу и едва не упав, и побежал в свой кабинет. У него не было времени и мыслей понять, как он вообще сдвинулся с места, когда его словно парализовало. Он добежал до кабинета и так хлопнул дверью, что содрогнулась, наверное, вся школа, а звук, вероятно, был слышен в соседних домах, после чего сразу же заперся на ключ. Вышедшие учащиеся посмотрели ему вслед, переглянулись: «Что это с ним?». «Может, напортачил где-то и вспомнил?», кто-то посмеялся: «Во даёт», — и пошли своей дорогой.

Сергей, бледный, сидел в кабинете на своём стуле перед экраном монитора, пытаясь успокоиться, прийти в себя, всё обдумать. Хотя что тут обдумывать! Пусть всё это закончится раз и навсегда, и он продолжит вести свою «скучную и неказистую жизнь простого программиста». Свалить бы с работы… И куда пойти?.. В любом месте в любой момент времени может произойти что угодно. Каждый раз всё было по-разному, постоянными оставались только напряжение и страх. Да, девочка права — он слаб, и ему определённо нужна помощь. Возможно, стоит отпроситься с работы прямо сейчас, взять отгул, пойти к психотерапевту (сразу, без записи) — вдруг что-то порекомендует, таблетки какие-нибудь. Мелькнула мысль о школьных психологах, но Сергей сразу отбросил её — не хватало ещё поставить под угрозу свою работу. Да, позвонить начальнице — заместителю директора по информатизации, сказать, что плохо себя чувствует, или ещё что-нибудь придумать. Скорее всего, она отпустит (так уже было несколько раз), а потом, если потребуется, взять больничный. Правда, что это будет за больничный? С каким диагнозом?.. Плевать: если есть деньги, то и больничный нормальный будет; сейчас надо побеспокоиться о себе.

Стук в дверь прервал его мысли. Сердце ёкнуло от неожиданности. Дверная ручка пару раз повернулась — кто-то пытался открыть дверь. Сергей перестал думать, а заодно дышать и шевелиться. Он не знал, чего ему ожидать, к чему быть готовым (если вообще можно подготовиться). Он с почти белым от страха лицом и бешено бьющимся сердцем смотрел на дверь. Ручка успокоилась. Раздались шаги того, кто удалялся от двери. Сергей выдохнул: «Меня нет, меня нет». Рубашка прилипла к спине, под мышками мокро. Надо успокоиться и притвориться больным, а не испуганным. Он попробовал пару раз глубоко вздохнуть, потом встал, взял кружку, налил из чайника ещё тёплой воды, выпил. Поставил кружку обратно в шкаф и достал смартфон. Стоит ли активировать? Сергей вспомнил про эсэмэску, но быстро одёрнул себя. На экране ничего странного, пугающего не было. Хорошо. Через несколько секунд в журнале вызовов нашёлся нужный номер.