Чтение онлайн

Другая Юля её догоняла, одновременно стараясь прервать передачу путём создания деструктивной интерференции, но создать точную противофазу<a href="#" title="Фаза гармонического колебания, в которой значение амплитуды противоположно значению другой фазы внутри периода этого же или другого когерентного колебания.">25</a> у неё никак не получалось, настолько быстро Юля делала её микроизменения, чтобы сигнал сохранялся усиленным, хоть и с небольшими затуханиями; поэтому у неё не получилось полностью закрыть канал связи. Юля вкладывала в эту передачу больше энергии, чем могла себе позволить, поэтому часть текстового сообщения была доставлена. Но на голосовую и визуальную информацию, чтобы мама поняла суть сообщения, энергии уже не хватало. Из последних сил она попыталась отправить «Мама, позвони ему!» и уже не смогла проконтролировать своё перемещение в следующую вселенную. Вообще уже никуда не смогла переместиться.

«Что ж, впечатляет. Ты действительно на что-то способна. Но стоило ли?»

Другая Юля смотрела на вселенную, где они сейчас находились, и ей даже стало немного жаль свою обессилевшую часть. Такой потенциал потрачен на бесполезное дело. Ведь планов её эта попытка не нарушила, разве что пришлось дать своей другой части немного энергии, чтобы сохранить существование их обеих. Она должна увидеть конец этой истории, а потом уж видно будет, как и что. Да и жалко терять потенциал. Пусть побудет в этом мире. Куда было её отправлять, как не туда? Юля улыбнулась и переместилась вслед за темноволосой Юлей.

Поначалу ничего необычного не было. Бумаги содержали данные тестов, которые нужно перенести в компьютер, чтобы обработать с помощью программных средств, используя хоть и старые, но проверенные методы психодиагностики. Несмотря на современность детей, вероятность некорректных результатов была пренебрежимо мала. Ещё в пятницу Оля подготовила бумаги, разложила их, но сейчас решила убедиться, что всё правильно, а заодно напомнить себе (после вчерашних событий, отвлёкших от будничных дел), что и как нужно сделать. Заняло это совсем немного времени, она быстро всё вспомнила. Она не стала сейчас заниматься нудной работой — вбивать данные в Excel. Вот бы этот процесс был автоматизирован, чтобы перенос в цифровой вид происходил быстрее, но пока таких программных средств в школе не было. Конечно, почти в каждом кабинете стоит многофункциональное устройство, но, к сожалению, без программного обеспечения, которое могло бы корректно распознать и перевести в электронную таблицу ответы респондентов, а исправление погрешностей заняло бы ничуть не меньше времени, чем ручной перенос.

Чайник вскипел, и Оля заварила чай. За дверью уже слышались шаги и голоса. Только она выкинула чайный пакетик, как дверь открылась и в кабинет вошла её коллега — молодая, на год младше Оли, брюнетка с заколкой в волосах. Лицо её, с худенькими, но не впалыми румяными щёчками, выглядело свежо, чёрные глаза смотрели живо и блестели, а алые полные губы разошлись в улыбке, как только она зашла. Она выглядела очень бодро.

— Привет, Оля! — голос её был звонким, но не слишком высоким.

— Привет, Таня, — Оля подняла на неё взгляд и сразу вернулась к своему чаю.

Таня прошла к дивану и поставила на него сумочку, потом сняла куртку и повесила её в шкаф.

— Эх, опять понедельник, — заметила она, переобуваясь. Тон её диссонировал с хорошим расположением духа и бодростью, которые она только что внесла с собой.

Неписанное правило — утром в понедельник выразить досаду, что выходные закончились, а впереди пять дней работы. Но лёгкое неприятное чувство не повлияло на настроение Тани. По всей видимости, выходные у неё прошли очень хорошо, и она морально была готова поработать.

— Да, — ответила Оля. — Но он пройдёт.

Первая половина рабочего дня прошла заурядно, а потом произошло событие, из-за которого Оля уже не могла не думать о произошедшем накануне.

Оля обедала прямо в кабинете: выходила из школы, покупала что-нибудь съестное и возвращалась. Иногда брала с собой из дома, а школьную столовую не любила.

Таня же предпочитала на время обеда (с тринадцати до четырнадцати часов) вообще уходить из школы в небольшую забегаловку через дорогу. «Вкусно, сытно и недорого», — говорила она.

Так было и сегодня. Оля оставила свои дела, сходила до закусочной, вернулась, закрыла дверь в кабинет и вытащила из пакета горячий борщ и кусочек ржаного хлеба.

Обед прошёл спокойно. Играла приятная тихая музыка, никто не тревожил звонками, в коридоре было тихо.

После окончания уроков, хотя ученики уже не беспокоили, расслабиться не удавалось: наступало время бумажек: планы, отчёты и тому подобная ерунда. А под конец рабочего дня понимаешь: не сделано это, то… — и охватывает паника, что усугубляет рабочее напряжение.

У Оли тоже часто случался аврал, но она всегда держала себя в руках и старалась не суетиться, чтобы не наделать ошибок. Обдумывая многие вещи прямо на ходу, она выигрывала время, не тратя его на переделки из-за дурацких ошибок. Хотя выходило не всегда.

Когда пришла Таня, стало легче — половину задач больше можно было не держать в уме. Да и веселее работать вдвоём.

Впрочем, сейчас, во время обеда, Оля наслаждалась одиночеством. Выбросив в мусорное ведро одноразовую упаковку, она поставила чайник, посмотрела, сколько времени (тринадцать сорок), и, пока не кончился перерыв, решила поиграть в «Три в ряд».

Позвонила Таня: «Нужно ли что-то купить к чаю?» Оля ответила: «Можно чего-нибудь», — и открыла дверь, чтобы Таня могла войти, когда вернётся.

Партия ещё не кончилась, когда экран немного потемнел. Оля приподняла бровь, не понимая, что не так с экраном. Индикатор батареи показывал почти сто процентов (смартфон подзарядился от компьютера). Может, энергосберегающий режим включился? Она никогда им не пользовалась, но знала, что такой режим есть, и видела его иконку в шторке. Ведь «энергосберегающий» значит уменьшение яркости экрана? А она всегда следила, чтобы смартфон был заряжен. Может, просто глюк, тогда само пройдёт.

В подтверждение этой Олиной мысли яркость выправилась, но изображение стало зернистым, будто к нему применили эффект белого шума, а потом резко исказилось наклонными чёрно-белыми линиями, которые вырисовали на экране лицо девочки. Оля сразу узнала её, свою мучительницу.

Она бросила смартфон на стол, вскочила как ошпаренная и отступила к двери. «Нет, нет, нет…» — шептала она, не желая смотреть на экран смартфона и не имея сил оторвать от него взгляд. На секунду ей показалось, что из экрана начинает вылезать лицо девочки, но этого не произошло. Оля услышала белый шум и прерывающийся детский голос, крик: «…ма… по… ни… му…»

Всё резко прекратилось.

Раздался звук эсэмэс. Оля смотрела широко раскрытыми глазами на смартфон, приоткрыв рот, и не двигалась. Сердце её учащённо билось. «О, боже…» — произнесла она тихим голосом. Со смартфоном, кажется, всё было в порядке, но она по-прежнему ощущала ужас. Она подходила к столу, не спуская глаз с дисплея. По мере приближения отсвет от экрана заменялся картинкой. Игра завершена, о чём красочно сообщала надпись «Game Over». Больше ничего.