Чтение онлайн

Шеф-повар опирается об столешницу и складывает руки на груди.

— А смысл? Я могу дать им хоть пятнадцать досок, конфликтов от этого меньше не станет, — он смотрит в их сторону изучающим взглядом. — Они должны сплотиться и стать одним целым, помогая друг другу, а если я предоставлю им все готовое, то поверь мне, они найдут к чему придраться.

— Да, ты чертовски прав, — я медленно киваю и возвращаюсь к готовке.

После полдника я помогаю Грете и Амели собрать всю посуду и, дожидаясь, когда Амели скроется за просторами коридора, подхожу к подруге с немым вопросом на лице. После посещения кабинета наставницы, девушка сама не своя.

— Что сказала Оберг? — настойчиво спрашиваю я, выкладывая тарелки на сервировочный столик друг на друга, стараясь не шуметь.

Подруга поднимает на меня взгляд, полный отчаяния и вздыхает, стараясь сохранить самообладание и не поддаваться слезам.

— Она все знает, — коротко сообщает Грета тихим голосом, сглатывая горький комок в горле.

— То есть, как? — удивленно проговариваю я, пытаясь собраться с мыслями. — Как она узнала?!

— Кристиан все рассказал ей сегодня, — отвечает подруга, продолжая собирать стаканы со стола.

Я недоуменно хмурю брови, наблюдая, как подруга ходит по обеденной зале, собирая оставшуюся посуду.

— Она тебя выгнала? — тихо спрашиваю я.

— Нет, сказала, что Кристиан убедительно просил ее оставить меня в покое до определенного срока, — спокойно отвечает девушка, пытаясь улыбнуться.

— Вау, — шепчу я, выдыхая с облегчением. — Значит все в порядке.

— Элизабет, тебя зовет шеф-повар, — голос Амели, вошедшей в обеденную залу кажется слишком громким и неожиданным, и я слегка вздрагиваю от испуга. — Он такой душка.

— Ты и про принца тоже самое говорила, — смеется Грета, звеня стаканами.

— И не изменила свое мнение, — продолжает щебетать Амели, усмехаясь в ответ.

Под звонкие голоса девушек я выхожу из обеденной залы, направляясь на свое рабочее место. Кухня встречает меня великим множеством аппетитных запахов начиная со свежих овощей и заканчивая куркумой и орегано.

— Фрикадельки без тебя скучают, — усмехается Аарон, разбираясь с грязными кастрюлями.

Я подавляю глупую улыбку и приступаю к приготовлению ужина, краем глаза замечая, как Анна, Кирстен и Хелл уже нарезали овощи, отварили рис и наблюдают за остальными поварами, ожидая новых поручений.

После ужина мы завершаем свои обязанности на рабочих местах, переодеваемся и следуем в лиловую гостиную на очередное собрание для подведения итогов дня. Наставница нас уже ожидает в назначенном месте, с гордо поднятой головой наблюдая как мы рассаживаемся по своим местам.

— Мадемуазель, вы очень расстроили меня сегодня, — начинает она пугающе тихим голосом. — Безусловно, я предполагала, что вы проявите свое упрямство в первый же день выполнения обязанностей, но, чтобы настолько…

Она делает паузу, окидывая нас всех строгим взглядом, который не терпит пощады.

— Я побеседовала со старшей прачкой, шеф-поваром и старшей горничной. Они рассказали про вашу командную и индивидуальную работу в целом. Не спорю, есть участницы, которые заслуживают похвалы, но командная работа большинства из вас оставляет желать лучшего, — она слегка поднимает подбородок вверх, заглядывая в глаза каждой из нас. — Сегодня я не буду объявлять выговоры, поэтому даю вам шанс исправиться за оставшиеся четыре дня. Завтра вас ждут новые задания и новые команды.

Участницы вздыхают с облегчением, рассыпаясь в благодарностях к наставнице.

— И все же, я хочу похвалить Элизабет Хансен, — продолжает Каролайн, обращаясь ко мне и от удивления я распахиваю глаза. — Она единственная из всех работала на кухне в одиночку, потому как Селена отказалась выполнять обязанности повара и, по словам шеф-повара, справилась она отлично.

Несколько пар глаз устремляются в мою сторону, и я улавливаю короткий одобрительный кивок со стороны наставницы, ощущая, как где-то в груди плавно разливается гордость за саму себя, но раздраженный взгляд Селены возвращает меня к реальности.

— Прошу вас перед сном провести свою работу над ошибками, иначе завтра вы заработаете себе выговоры. А теперь можете быть свободны, увидимся утром, — строгим голосом проговаривает Оберг, останавливая свой взгляд на мне. — Элизабет, будь добра, останься.

Ника и Грета провожают меня обеспокоенными взглядами и выходят из лиловой гостиной вместе с остальными участницами. Я наполняю легкие огромным количеством воздуха, будто намереваясь собрать весь кислород в помещении и подхожу к наставнице, гадая, о чем же пойдет разговор.

— Его Высочество мне рассказал о положении Греты, — спокойно начинает Каролайн, избегая моего взгляда. — Я была крайне обескуражена не только самим фактом, но и тем, что принц ей покровительствует, и только потом я узнала, что Его Высочество знаком с тобой и Гретой уже не один год.

— Я не понимаю, к чему вы клоните, — отвечаю я, пытаясь поймать ее взгляд.

— Хочу тебя предупредить, что дальше меня эта информация не распространится, но и тебе следует быть осторожной и не разглашать этот факт на каждом шагу, иначе на тебя спустят всех шавок и обвинят организаторов в непрозрачности отбора, — говорит она, глядя прямо мне в глаза, понижая голос. — Сама понимаешь, это не выгодно никому.

Я коротко киваю, невольно хмурясь словам наставницы.

— Ты хорошая девочка, Элизабет, но и про себя не забывай, — продолжает она, мягко кладя руку мне на плечо. — Я вижу, как ты стремишься помочь своей беременной подруге, но ее в любом случае не выгонят с кастинга до определенного момента, а ты можешь потерять свое место в любой день.

— Почему вы… почему вы мне это говорите? — от растерянности мой голос дрожит.

Она мягко улыбается и слегка похлопывает меня по плечу.

— Почти всю свою жизнь я отдала королевской семье, я провожу второй отбор, а Шарлотта, Кристиан и Адриан росли на моих глазах. Я знаю этих ребят как свои пять пальцев, — признается она. — Сегодня я видела с каким теплом и трепетом Кристиан рассказывал о тебе. И сейчас, рассмотрев ситуацию на отборе и остальных участниц в целом, я могу с уверенностью предположить, что у тебя все получится, — тихо произносит Каролайн и ровно в этот момент натягивает привычное строгое выражение лица.

Я поднимаюсь на второй этаж и захожу в свою комнату в полной растерянности и непонимании происходящего. Мне показалось или Оберг покровительствует мне?! Даже если это и так, то, к чему бы это? Почему у меня постоянно появляется целая куча вопросов, а ответов на них все меньше и меньше?

Из-за того, что я спала всего пару часов и весь день провела на ногах, усталость ударяет по организму в двойном размере и как только тело принимает горизонтальное положение мое сознание тотчас же проваливается в сон.