Чтение онлайн

Энергично растираю тело мочалкой, а потом смываю с тебя пену вместе с неуверенностью и страхом. Нельзя мне падать духом. Никак нельзя! У меня больной отец и маленькая дочка. Да и ответственность за жизнь и здоровье больных людей никто не отменял.

Катерина Юрьевна приходит на полчаса раньше условленного времени. Улыбается, поздравляя меня с грядущей свадьбой, и уходит в комнату Маруси. Я развожу в миске теплое молоко, разбиваю яйца и замешиваю тесто на густые блинчики, которые так любит моя дочурка. В Европе их называют панкейки, а Маша зовет их "кеки". Складываю аккуратную горку в тарелку и завариваю чай. Замираю возле окна, поглаживая себя за плечи… Зябко, противно… Не от холода в квартире, вовсе нет… От нелюбви… Скоро весна наступит… Дни станут длинные, а из воздуха исчезнет унылая серость. Может, тогда станет немного легче?

– Привет, малиновка, – шепчет за спиной Фил.

Его горячие пальцы мягко сжимают мои плечи, мгновенно согревая. Хочу так всегда… Он, я и уютная кухня с видом на Неву. Его дыхание, щекочущее висок и теплые, большие ладони на моих плечах…

– Садись завтракать. Правда, я только блины пожарила. Может, ты хочешь мясо или… – тараторю, резко разворачиваясь.

Фил продолжает меня обнимать. И смотрит с нежностью… И каким-то совершенно непонятным триумфом. Неужели, на него так сильно подействовали мои слова о других мужчинах в моей жизни?

– Ари, скажи еще раз, что у тебя никого не было. Прошу, – шепчет в самое ухо.

– Отстань, Демченко. Я на работу опаздываю.

– Мне было хорошо ночью… Ари, ты… Я не отпущу вас, ясно?

– Это не только тебе решать, Фил. Я не твоя собственность. И тоже смогу подать на развод. Независимо от того, что ты решил.

Он хмыкает и удивленно поднимает брови. Не ожидал? Думал, что я буду его добиваться? Бороться с Наташами и прочими дамочками? А вот не буду… Не такая я… Скорее малиновка будет молча страдать. Лить слезы в подушку и вздыхать при воспоминании о нем.

– Я постараюсь быть максимально приемлемым мужем и отцом. Ты не против съездить в гости к моим родителям? Вообще-то, они не знают о внучке.

– Кстати, да… Я совсем об этом не подумала. И папа не знает, что ты ее отец. Даже страшно представить, как он воспримет эту новость.

– Может, ему не стоит говорить?

– Подумаю, ладно?

– Конечно, птичка. Накладывай блинчики. Кстати, по утрам я пью кофе. И забери уже машину, пересмешник.

После завтрака разъезжаемся по рабочим местам. Я, любопытно озираясь по сторонам, поднимаюсь в кабинет заведующего отделением, стучусь в дверь и, получив разрешение, вхожу.

– Арина Николаевна, проходите. Рассказывайте, что там в вашей Германии нового делают? – улыбается Федор Андреевич, пожимая мне руку.

– Вы, наверное слышали про глубокую стимуляцию мозга, применяемую при эпилепсии и болезни Паркинсона? Я работала в одной из университетских клиник, у нас успешно лечили больных с этими заболеваниями.

– Это большая удача, что вы будете работать у нас. Сейчас сюда подойдет врач нейрохирургического отделения. Я бы хотел, чтобы вы ассистировали ему на операции. Согласны?

– С удовольствием. Что у вас сегодня по плану? И, вообще, расскажите, как устроена работа?

– Не волнуйтесь. Илья проводит вас в отдел кадров и вкратце все расскажет. Он хороший врач, ответственный и добрый. Я бы хотел организовать лекции для наших специалистов, вы не против? Поделитесь современными методами, поучите нас…

– Вы меня захвалили, Федор Андреевич. Спасибо… Уверена, вы преуменьшаете мастерство врачей вашего отделения.

В двери стучат, а потом в проеме вырастает знакомая фигура. Илья? Илья Бородин – мой бывший одноклассник?

– Арина? Арина Литвинова? Это ты? – смеется он, сгребая меня в объятиях. – Какая ты стала… Красавица, просто блеск. Замужем?

– Нет, то есть…

– Нет, значит нет, красотка.

– Я помолвлена.

– Идите уже, старые знакомые. Илья, помоги Арине Николаевне оформить документы и забирай ее в операционную, – произносит Федор Андреевич, довольно улыбаясь.

Глава 17.

Филипп.

В полной задумчивости уезжаю на работу. Не могу ни о чем думать… Черт, как же бесит все! Впервые я испытываю такой раздрай из-за девчонки… Никто не поверит, что Фил Демченко способен не то что страдать – имя девушки запомнить… Обычно их лица превращаются для меня в неразличимое пятно с наступлением утра. А сегодня она перед глазами, даже когда я их закрываю… Откидываюсь на спинку кожаного кресла и скрещиваю пальцы на затылке. Что ты со мной делаешь, Ари? Чем держишь? Вроде бы ничем… Готова развестись, если я потребую. И пылких чувств не испытывает, как и я…

Сначала в кабинет входит любопытный отец. Вырывает из задумчивости неожиданным вопросом:

– Как думаешь, матери сразу сказать, что Маша ее внучка? Я в себя не могу прийти, сынок. А мать… Боюсь, как бы ничего не случилось. Она может не выдержать.

– Пап, я и сам в шоке. Не помню ничего, вот честно.

– Выпороть бы тебя, да поздно.

– Ну, пап. Арина тоже хороша – могла бы и сказать. Думаешь, мне легко по щелчку стать отцом?

– Данька знает?

– Он как увидел Марусю, так давай меня терзать – моя ли она? Я себя дураком чувствую. Не вздумай Арину обижать, пап. Я…

– Влюбился, сынок? Как у вас? – прищуривается отец, разваливаясь в кресле.

По всему видно, что уходить он не собирается. Любопытно послушать о моих с малиновкой отношениях. А я и сам не знаю, как? Все сложно. Идиотский статус в соцсетях, знаю. Но по-другому не могу ответить…

– Сложно.

– И все? Надо к вам еще раз родителей в гости отправить, – цокает папа. – Они быстро мозги на место поставят.

– Никто не поставит, пап. Я не понимаю, что должен чувствовать. Не мог понять, как отношусь к ней сейчас? Она… Как снег на голову. Я не был готов. Но и отказываться от дочери не намерен, – отвечаю твердо.

И внутри распускается уверенность… Как лоза или дерево, молодое, но сильное. Сразу становится легче дышать.

– Так и должен поступать мужчина, Филипп. Делать, что должен, а не вестись на чувства. Ты обязан растить дочь, и точка. Николаю пока не будем говорить, он… Он очень плохой. Врачи и месяца не дают.

Отец тягостно вздыхает. Вытирает лоб и замолкает, молча переживая эмоции. Похоже, мне предстоит трудное время. Николай Артёмович умрет, Ариша останется одна… Я во что бы то ни стало обязан поддержать ее. Че-ерт… За последний месяц навалилась уйма дел, что я никогда раньше не делал. Даже не задумывался о них…