Чтение онлайн

И кинулась в дом, напугав столпившихся у ее ног кур. Через несколько минут вышла причесанная и в другом платье. На толстых исцарапанных ногах — красные босоножки.

— Откуда у тебя такой красивый браслет? — заинтересовалась новая знакомая.

— Мама из Египта прислала.

— Из самого Египта! — изумилась девчонка. — Такие, наверное, египетские царевны носили… Забыла, как одну из них звали… Ну, еще в учебнике портрет ее без половины головы…

— Нефертити, — улыбнулась Майя.

Пока они шли по широкой улице, новая знакомая успела рассказать все поселковые новости, которые совсем не интересовали Майю. Девочку звали Тоней Яшиной, в этом году она перешла, как и Майя, в шестой класс.

Чтобы остановить этот поток слов, Майя сказала:

— В вашем поселке живут жестокие люди. Вчера подстрелили пустельгу.

— Пустельгу? — удивилась Тоня. — Что это за зверь?

— Это птица. Из семейства соколов.

Они подошли к крепкому высокому дому с резными наличниками, и Тоня замолчала. Во дворе на испятнанном маслом фанерном листе были разложены хорошо отполированные детали. К забору прислонена помятая рама мопеда. Двое перепачканных мальчишек промывали в керосине, налитом в ржавый противень, части разобранного мотора. Майя узнала обоих: один — его, кажется, звать Романом — увел медведя в лес, а второй — Гришка, он еще помог донести вещи до дома.

После того как Майя поздоровалась, мальчишки вытерли тряпками руки и уставились на девочек.

— Рома, у Майи сломался приемник, — затараторила Тоня…

— Почини, пожалуйста, — попросила Майя.

— Рома, у Майи сломался приемник, — затараторила Тоня. — Упал на землю и вот теперь молчит.

— Почини, пожалуйста, — попросила Майя.

Роман покрутил приемник в руках, пощелкал выключателем, потрогал рукоятки, поднес к уху. Лицо его стало сосредоточенным, черный вихор свесился на глаз. Он взял с фанеры отвертку и стал вывинчивать шурупы.

Разглядывая разноцветные проводки, сопротивления, конденсаторы, он бормотал себе под нос:

— Четыре транзистора, три диода… Тут все в порядке. Ага… Обрыв! Куда же этот оборванный проводок ведет? Так я и знал, к динамику… — Он повернул улыбающееся лицо к Майе. — Сейчас заговорит!

Ромка ушел в дом. Гришка за ним.

— У Ромки талант к технике! — сказала Тоня. — Это наш учитель физики Василь Васильевич говорит, а Гришка его лучший друг. Симпатичный, правда?

— Кто?

— Они оба симпатичные, — тараторила Тоня. — А кто тебе больше понравился, Гришка или Роман?

— Нравится — не нравится, — раздраженно пожала плечами Майя. — Обыкновенные мальчишки.

— Мне нравятся оба, — вздохнула Тоня. И тут же поправилась: — Роман, конечно, больше, но он…

— Что он?

— Ему нравится с разными железяками возиться, а на девочек он внимания не обращает!

— Меня тоже мальчишки совершенно не интересуют, — улыбнулась Майя.

— И тебе никто в классе записок не писал?

— Я их не читая рвала, — усмехнулась Майя.

Она такими пустяками заниматься никогда бы не стала. Что это за глупость, учиться в одном классе и писать друг другу какие-то дурацкие записки? Чего проще подойти к человеку и прямо в глаза сказать то, что тебе хочется. Она так бы и поступила. А прятаться за бумажку — это трусость! Трусов Майя презирала.

Дверь распахнулась, и на крыльце показались мальчики. Еще раньше, прежде чем они появились, девочки услышали бодрые звуки утренней зарядки. И эта музыка вместе со знакомым голосом диктора исходили из отремонтированного приемника.

Отдавая девочке приемник, Роман не удержался и язвительно заметил:

— Если не бросать его на землю, еще сто лет будет служить.

— Я постараюсь, — в тон ему ответила Майя. — Спасибо, — ледяным тоном поблагодарила она. — Василь Васильевич прав, ты действительно мастер на все руки.

Роман в упор посмотрел на нее своими узкими карими глазами. Девочка твердо выдержала его взгляд. Вдруг нахмурившись, он отвернулся и резко сказал:

— Гришка! Где торцовый ключ? Опять куда-нибудь засунул?

Когда девочки, пропустив вперед Гектора, вышли за калитку, Роман, не поднимая от мотора головы, крикнул:

— Захлопните покрепче калитку!

Тоня, поджав пухлые губы, от всего сердца треснула калиткой так, что воробьи, облепившие березу, разлетелись в разные стороны.

— Видишь, какие они? — взглянула она на Майю.

— Какие?

— Никакого внимания.

— А этот… Роман — парень с характером, — сказала Майя. Ей вдруг стало весело. Подняв смеющиеся глаза на Тоню, прибавила: — Учитель физики Василь Васильевич ничего насчет его характера не говорил?..

Увлекшиеся работой ребята — они заканчивали собирать отремонтированный мотор — не заметили, как у палисадника остановился плечистый коренастый парень лет двадцати четырех и стал внимательно наблюдать за ними. На парне грубая брезентовая куртка с накладными карманами, какие носят лесорубы, под мышкой две буханки ситного. Лицо с тяжелым раздвоенным подбородком, широкое, с большим носом. Глубоко посаженные глаза немного косят.

— Может, сейчас и установим на раму? — сказал Роман, взглянув на приятеля, обтирающего мотор промасленной тряпкой.

— Меня мамка убьет, — пробурчал Гришка. — Времени-то сколько? Уже когда коров с поля пригнали.

— Ну и беги к мамке, — сказал Роман и распрямил усталую спину.

И тут его глаза встретились с глазами стоявшего у забора парня.

— Здравствуй, Егор, — поздоровался Роман.

— Здорово, здорово, — глуховато, со скрытой угрозой ответил парень. — Заканчиваете ремонт моего мопеда?

— Ты же сам отдал… — Роман от негодования стал заикаться.

— Что-то не припоминаю, — улыбнулся Егор.

— Ты же его о доски расколошматил и сбросил с моста в Уклейку, — напомнил Роман. — Живого места в нем не осталось… Мы у тебя спросили: можно забрать?.. — Роман повернулся к приятелю. — Помнишь, что Егор нам сказал? «Забирайте, мне этот железный хлам не нужен!..»

— Так и сказал, — подтвердил Гришка.

— Это я сгоряча, — продолжал улыбаться парень. — Да ты, Ромка, не паникуй… Вы собрали мопед, вы и будете ездить на нем… Что я, не человек?