Ты моё спасение
Шрифт:
– Да. Я хочу пригласить тебя на ужин.
– Для чего?
– Я замуж вышла.
– Наконец, то. Я думал, уже не дождусь. Сегодня же забронирую билет на Москву.
– Не нужно. Я в Париже.
– Не понял. Как в Париже? А где же вы остановились? В гостинице, что ли? Так приезжайте ко мне.
– Нет. Лучше ты к нам.
– Очень интересно. Ладно. Говори адрес. И дарственная готова?
– Всё при встрече.
– Какая ты загадочная. Ладно. Еду.
Диктую ему адрес моего новоиспечённого мужа и кладу трубку.
Я очень надеюсь, что сегодня у нас с Фридрихом получится получить на него компромат.
Готовлю ужин и накрываю на стол.
Фридрих увозит Софи подальше от всего этого будущего спектакля. Иначе она пострадает, если будет рядом с нами.
Когда он возвращается, к приезду моего отца, уже всё готово.
– Ты готова?
– Да. Единственное, за что я переживаю, — вдруг всё сорвётся.
– Будем надеяться, что нет. Камеру я сейчас поставлю. Включу её, как только он здесь появится.
Киваю ему и ухожу в спальню переодеться.
Мой отец ещё не знает, что моим мужем стал Фридрих, а не Андрей.
Только успеваю запихать в пучок последнюю шпильку, как вдруг раздаётся звонок в дверь. Я выбегаю из спальни, и ко мне выходит муж:
– Включай камеру сразу. Я буду вести себя как обычно. Если её включить, позже может всё сорваться.
– Хорошо. — он убегает в спальню к себе, а я иду открывать дверь отцу.
Я дико нервничаю. Ну Оля вперёд, ты справишься!
Открываю дверь:
– Здравствуй, папа.
– Здравствуй, дочь.
– Проходи. Не стой на пороге.
– Не знал, что твой муж настолько богат, что снимает квартиру в Париже. Могли бы сразу ехать ко мне. Он же знает всё?
– Знает. О да. Муж у меня очень богатый. И я скажу больше. Это его квартира.
– Правильно я тебя к нему отправил.
Вот же меркантильный подонок. Не зря ради этого он дочь родную продал, ради куска денег своего врага. Поскорее бы всё снять и разделаться с ним.
Я приглашаю его сразу за стол, поужинать. Он садится, и мы начинаем трапезничать.
Сидит, довольный.
В этот момент появляется Фридрих и здоровается с ним.
– Вечер добрый, дорогой тесть.
Отец поднимает на него взгляд и, улыбнувшись, пожимает ему руку. И только спустя минуту до него доходит, как Фридрих его назвал.
– Не понял. Как ты меня назвал?
– Тесть.
– Что значит тесть? Оля, где, твой муж?
– Я и есть муж вашей дочери.
– Как муж?
Отец на глазах становится пунцовым, ярость в его глазах зашкаливает. И он начинает заводиться и орать:
– Ольга, это что за спектакль? Где Андрей? Ты сказала, ты вышла замуж.
Смотрю на своего фиктивного мужа, а он даёт сигнал, что я могу начинать выводить отца из себя.
– Я не солгала. Фридрих и есть мой муж. И мы тебя пригласили это отметить.
– Ты сбрендила? На хрена мне этот сукин сын. Оля, ты забыла наш уговор? — цедит сквозь зубы отец.
– Ты хочешь, чтоб я убил Софи? Я думал, она тебе нужна. Ну теперь понятно. Ну, подожди. Сейчас я сделаю звонок и не увидишь ты её больше.
– Делай. Её нет там, куда ты собираешься звонить. — радостно сообщаю я. И продолжаю трапезу.
– Ах ты дрянь.
Он выскакивает из-за стола и летит на меня, чтобы ударить. Я пытаюсь убежать, но не успеваю, он хватает меня за волосы и рывком тащит из-за стола.
– Паскуда, ты чёртова. Сейчас ты у меня получишь.
– А-а-ай мне больно, отпусти.
Фридрих выскакивает из-за стола и рычит на отца:
– Отпусти её, иначе я от тебя мокрого места не оставлю.
– Только попробуй, гадкий докторишка. Так и знал, что ты её подомнёшь под себя.
Меня так сильно одолевает страх, что я резко отталкиваю отца и пытаюсь бежать прочь. И плевать, что он оторвёт мне волосы. Но у меня ничего не выходит. Отец видит, что Фридрих на него бежит и резко, со всей силы толкает меня в сторону. Я лечу, ударяюсь об тумбочку и падаю на пол.
Отец и Фридрих начинают бороться, а мой живот пронзает дикая боль.
Единственное, на что хватает сил это позвать на помощь. И Фридрих на неё отзывается. Он отшвыривает отца одним ударом и подбегает ко мне:
– Оля, где болит? Живот?
Киваю ему, и перед тем, как потерять сознание от адской боли в пояснице и животе, я успеваю еле слышно сказать, из последних сил:
– Спаси ребёнка.
И теряю сознание.
***
Прихожу в себя уже в больнице. Шевелиться больно.
Меня одолевает страх. Я что, потеряла ребёнка?
Хватаюсь за живот и замечаю рядом спящего на стуле Фридриха.
Он резко просыпается от моего слабого писка.
– Мой ребёнок. Он умер? Почему мне больно? — в растерянности трогаю живот. Сил почти нет.
– Всё хорошо. Я успел вызвать скорую. Только вот не успел с твоим отцом разобраться. Главное, что малыша спасли. Прости меня. Зря я согласился на эту аферу. И тебя втянул. — держит меня за руку.
– Прости. Если бы я знал, что так случится и его это настолько разозлит, я бы придумал что-то другое и увёз тебя подальше от него.
– А камера? Мы же засняли все?
– Засняли. Но он в процессе разборок её обнаружил. Разозлился. Но Софи я пока прячу. Если её вернуть обратно, он точно её убьёт. А где живёт бабуля, он не знает. Да и даже представления не имеет, что она иногда меня навещает. Так что, будем продумывать дальнейшие действия.
– Я хочу в Россию.
– Ты надеешься, что Андрей тебе поможет? А если он не придёт в себя?
– Я хочу для начала его увидеть. Костя говорит, что кто бы с ним ни говорил, он не реагирует. И он считает, что это только потому, что рядом нет меня. Я хочу увидеть его. Вдруг он очнётся. Насколько мне известно, он ехал в аэропорт. Он хотел поговорить со мной о чём-то. Так, сестра сказала.