Чтение онлайн

Неизвестно еще, что бы он сделал со мной, когда пришел в себя… Проверять не хотелось, поэтому я вышла на улицу и пошла в сторону уходящего вечернего солнца…

***

Я обошла все местные заведения и дворы в округе, коротая время, и вернулась в отель уже затемно. Макара в номере не было, как и не было следов его присутствия — горничные везде прибрались.

Я облегченно вздохнула. Приняла душ, переоделась и улеглась спать. Завтра был очень важный день, и я должна была хорошенько выспаться, не думая о своих проблемах.

Однако, первый наш учебный день вымотал меня, еще даже не начавшись. Я рано встала, но все равно чуть не опоздала на занятия, львиную долю которых я проспала с открытыми глазами. Мозг упорно отказывался работать. Лишь к концу дня я более-менее включилась в работу, получила первый хвалебный отзыв и радостно собралась в отель, отдохнуть. Правда моим планам не суждено было сбыться…

Я вернулась в номер и начала уже переодеваться, как вдруг низ живота прострелила резкая боль. Я дошла до кровати, чувствуя, как начинает кружиться голова. Схватила стакан с водой, сделала глоток, однако, в этот момент боль вернулась с новой силой, заставляя меня согнуться пополам.

Всё, что я успела сделать — это вызвать скорую, назвав адрес отеля и номера, а после отключилась…

*****

Когда я открыла глаза, вокруг все плыло. От запаха лекарств к горлу моментально подкатила тошнота. Через пару минут зрение восстановилось, и я осмотрелась в комнате. Светлые стены, огромное не зашторенное окно, белое постельное белье, тумбочка у кровати и кнопка для вызова медсестры.

Я в больнице… Черт!

Первая неделя в Италии закончилась «удачно»..

Через некоторое время в палату зашла санитарка. Я встревоженно посмотрела на нее, ожидая, что она что-нибудь скажет.

— Доброе утро, синьора, — протараторила на итальянском она, но я поняла только последнюю фразу.

— Я не говорю по-итальянски, — перебила ее, и она тут же переключилась на английский.

— С вашим малышом все в порядке, — быстро сообщила она.

С малышом…

— Стоп, стоп, — останавливаю ее я и переспрашиваю, — С каким малышом?

— Ох, — обреченно вздыхает санитарка и убегает из палаты со словами, — Я сейчас позову доктора…

Боже, я беременна? Мне же не послышалось?

В голове тут же возник календарь, и я начала отсчитывать дни нашей последней с Денисом близости… Три недели…

Черт! Я же даже не обратила внимания на задержку! Меня не мучила тошнота, не было каких-то пристрастий в еде, не изводили резкие перепады настроения… Все это сбило меня с толку, и я даже не думала о том, что могу быть беременна.

В палату размеренно вплыл врач, полный и дико довольный, как объевшаяся сметаной кошка.

— Доброе утро, — поприветствовал на английском доктор, — Ангелина, как вы себя чувствуете?

— Прекрасно. Я беременна?

— А вы не знали? У вас уже третья неделя беременности, — мужчина сунул мне под нос какой-то листочек с анализами и непонятной картинкой с УЗИ, — Я позвонил в Россию и предупредил ваших родителей. Мама на вашем телефоне очень настырно звонила, наверное, переживала.

Врач указал на телефон, который мирно лежал на тумбочке, но все мое внимание было направлено на иностранные надписи и значения на листах с анализами…

Я шокировано прикрыла глаза.

Я не просто была беременна, об этом теперь знали родители. Наверняка, они уже вылетели сюда.

Я представляю, как они отнеслись к моей незапланированной беременности, так что споров и траты нервов мне не миновать…

Черт, черт, черт!

Протяжно застонав, я обреченно рухнула на кровать, предвкушая надвигающийся на мою жизнь ужас.

***

На следующий день, как и предполагалось, родители уже были у меня в больнице. Они неуверенно зашли в палату и, не проронив ни слова, уселись на гостевой диванчик.

Я молчала, потому что не знала, что сказать, да и родители не спешили что-либо говорить.

Мама глубоко вздохнула, будто готовилась к чему-то, а затем встала с места, подошла к моей кровати и погладила меня по голове.

Я опешила от такого поворота событий. Что? Разве не будет истерик? Споров? Убеждения меня в том, что нужно делать аборт?

Я смотрела в грустные и виноватые глаза мамы, и мне казалось, что это какая-то параллельная вселенная.

— Прости нас, дорогая, — тихо произнесла женщина, садясь на край моей кровати.

Отец продолжал молчать и сверлить взглядом противоположную стену.

— О чем вы? — холодно спросила я, до сих пор не веря в реальность.

— Мы не поддержали тебя в нужный момент, — едва ли не со слезами на глазах произнесла она, — Вот и сейчас ты осталась в таком положении совершенно одна, в чужой стране, без заботы и любви.

В моем сознании окончательно что-то сломалось, и я с подозрением взглянула на отца.

— Я не буду делать аборт! — громко заявила я, чтобы он точно услышал.

— Нет, дорогая! — мама активно замотала головой из стороны в сторону, — Ты теперь сама будешь решать, что тебе делать.

Она заботливо погладила меня по щеке, заправляя волосы за ухо.

— Папа… — я не верящим взглядом уставилась на мужчину, который до сих не проронил ни слова.

Я затаила дыхание, боясь спугнуть момент, ведь возможно мои родители впервые в жизни позволяли мне решать самой.

— Да, Ангелина, — устало произнес отец, — Прости, что ты пережила все это.

Я удивленно заморгала, окончательно приходя в себя.

Видимо, мама провела неплохую воспитательную беседу с отцом, раз он сам извинился…

— А я могу вернуться в Россию? — осторожно спросила я, даже и не надеясь на добро.

— Я все-таки склоняюсь к тому, чтобы ты доучилась, — так же осторожно обломал меня папа, стараясь аккуратно подбирать слова.

И хоть мне все-равно придется учиться в Италии, я была жутко рада тому, что с этим мужчиной случились такие метаморфозы.

Отец все же чувствовал себя очень некомфортно. Он не смотрел мне в глаза и теребил край пиджака, а после и вовсе вышел из палаты, оставляя нас с мамой наедине.