Чтение онлайн

– Я тебя слушаю, Влад. – Петра обратила на меня грустный взгляд.

У женщин чересчур развита интуиция, а ещё они обладают неким шестым чувством, или просто ведьмы, которые наперёд знают, что разговор будет не из лёгких.

Я сотню раз за последние дни прокручивал в уме заученную фразу, но как сказать её, когда смотришь в глаза женщине, которая не заслуживает такого предательства, не знал.

Присел напротив неё в глубокое кресло. Между нами журнальный столик, на котором в свете хрустальной люстры поблескивали серебряные декоративные статуэтки, и напряжение, нарастающее с каждой секундой всё больше и больше.

– В моей жизни произошли некоторые события, которые сподвигли меня принять определённые решения. И, боюсь, они… не соответствуют нашим общим дальнейшим планам.

Это было намного тяжелее, чем я себе представлял.

– Что ты имеешь в виду?

– Свадьбы не будет.

Петра в недоумении глядела на меня, перекручивая на тонком запястье золотые браслеты.

– Почему? То есть… я сделала что-то не так, или…

– Дело не в тебе. Ни в коем случае ты не должна винить себя в нашем расставании.

– А кого я должна винить?

Определённо разговор завернул не туда. Меньше всего я хотел, чтобы Настя оказалась крайней в этой ситуации.

– В том, почему это сейчас происходит, никого кроме меня нельзя винить. Я совершил ошибку, когда сделал тебе предложение. Ты не будешь счастлива со мной, Петра, потому что я не смогу дать тебе то, чего ты действительно заслуживаешь, а ты достойна лучшего.

Просто заткнись. Вот просто закрой свой рот, потому что это уже походило на сцену из дешёвой мелодрамы, в которой она не должна участвовать.

– Я уверен, что ты тоже со временем пришла бы к такому выводу, поэтому лучше пусть это произойдёт сейчас, а не потом, когда мы будем связаны браком.

– Почему ты принимаешь решение за нас обоих, Влад?! Кто тебе дал такое право?!

Гнев – это лучше, чем видеть боль в стеклянных глазах.

– Ты счастлива со мной? Петра… – Подошёл и присел на корточки перед ней. Ошеломлённая и униженная, она будто окаменела, с ужасом глядя на меня. – Себе ответь на этот вопрос, потому что мне он не нужен. Я каждый день вижу, как в тебе что-то умирает, ты зачерствеешь рядом со мной. Это уже происходит…

Я не успел договорить. Тонкое тело сотряс неудержимый плач. Привычное самообладание не выдержало. Петра – женщина, а это во-первых, которую только что бросил жених. Никакая выдержка не поможет выстоять перед разрушающим потоком из боли, унижения, обиды…

Я обнял её, привлекая к груди, в ответ она вцепилась в лацканы моего пиджака, как утопающий за спасательный круг. Только хреновый из меня спасатель, ведь я только что потянул её на дно, собственными руками потянул, разрушил все мечты.

– Ты никогда… никогда меня не любил. Я всегда это знала, – услышал сквозь приглушённые рыдания. – Хорошо, что ты ни разу не признавался мне в любви. Потому что, если бы ты это сделал, а потом вот так бросил… – Она покачала головой. – Нет. Всё равно нет тебе оправдания. Какой же ты гав… гавну-ук!

– Гавнюк, – мягко поправил.

– Skarv och skurk!!! (подлец и мерзавец – шведский язык, прим. автора)

Что бы это ни означало, я заслужил эти слова. К сожалению, это ещё не конец нашего разговора и, боюсь, что следующим своим признанием я окончательно разрушу её веру в людей.

– Есть кое-что ещё, что тебе необходимо знать.

– Min Gud! Ты окончательно решил меня добить? – Она отстранилась и с осуждением на меня посмотрела, а я ненавидел себя в этот момент за то, что причинил ей боль. Единственное, что мне оставалось, – это надеяться что она быстро придёт в себя и найдёт мужчину, который сделает её счастливой.

– Если бы я только мог, я бы отгородил тебя от всего, через что тебе предстоит пройти, Петра, но есть вещи, которые мне неподвластны. Я не всесильный, чтобы заглушить твои… страдания, но ты должна знать, что я всегда буду рад оказать тебе помощь или поддержку, если тебе вдруг это понадобится.

– Давай оставим эту банальщину на потом, Влад, – прервала меня. – Лучше скажи мне, что я ещё должна узнать.

– Несколько лет назад я встретил девушку. Мы провели вместе ночь, и недавно я узнал, что она родила от меня ребёнка.

– Ребёнок? У тебя есть ребёнок? Так ты поэтому…

– Нет, – резко перебил Петру. – Я был честен с тобой, когда сказал о мотивах нашего расставания. Но не скрою, что эта новость ускорила неизбежное – мы бы всё равно разошлись. Рано или поздно ты бы сама от меня ушла, потому что я не смогу дать тебе то, что ты действительно заслуживаешь.

Две недели прошло с тех пор, как я узнал о существовании дочери, и всё равно с трудом в это верил. Никак не мог свыкнуться с мыслью, что стал отцом. Эта новость чрезвычайно волновала и в то же время сильно пугала. Я не планировал заводить детей в ближайшее время, морально не был к этому готов. Слишком серьёзный шаг, слишком большая ответственность. Всё слишком… Это не сделку очередную заключать, это за человека и его судьбу отвечать. И чем больше я рассуждал на эту тему, тем сильнее восхищался Настей. Никакая она не хрупкая девчонка, а сильная женщина, которая в одиночку преодолела все тяготы материнства. Может, оно, по сути, и делает женщин счастливыми, но это не отменяет бытовых трудностей и финансовых проблем, с которыми ей наверняка пришлось столкнуться. А самое главное – их преодолеть, в одиночку справиться с этим и дать своему ребёнку всё самое лучшее. И судя по тому, что я узнал, у неё это прекрасно получилось. Теперь настал и мой черёд наверстать упущенное, чтобы Настя и моя дочь больше никогда не сталкивались с проблемами.

– Женщина, которая родила от меня ребёнка, – это Настя.

– Настя? Моя Настя? – ошеломлённо переспросила она. – Ты хочешь сказать, что Алиса твоя дочь?

Она вскочила на ноги, с силой толкнула меня в грудь.

– Вы, что, издеваетесь?!

Секунду сверлила меня взглядом, а потом, резко развернулась и подошла к окну, обняла себя за плечи, будто пыталась огородиться от причинённой боли.

Пока не пытался продолжить тему, давал ей возможность увидеть ситуацию в полной мере.

«Ну же, Петра, возьми себя в руки, малышка, потому что я понятия не имею, что делать и как облегчить твои страдания, кроме как быть честным с тобой»

Наверное, она вступила в стадию смирения, или как там называют её психологи. Петра ушла в себя, оглушённая ошеломляющей новостью, и оттого, что я потерял с ней визуальный контакт, оставался в растерянности, не зная, как далее поступить.

– Поэтому она уволилась?

Её голос всё ещё дрожал, но, судя по вопросу, она пыталась сдерживаться. Подошёл к ней и встал рядом, тоже посмотрел в окно.