Ты – моя свобода
Шрифт:
— Стопэ, Назар. На. Вот тебе адрес, — протягивает мне листочек, и я смотрю на него, не моргая.
— Чё я за это должен?
— Нихера ты не должен. Девушке привет передавай…
Я жму ему руку, кивнув в знак благодарности, и тут же вылетаю на улицу, поймав такси, следуя по полученному адресу и представляя себя долбанным карателем…
Глава 19
Амелия Андер
Уже вторые сутки прошли, как он вне зоны доступа. А сегодня, между прочим, состоится конференция. Пришлось сказать, что его в больнице задержали. Что старая травма головы дала о себе знать. Понимаю, что врать плохо, но выбора у меня нет. Я же даже не знаю, где он может быть ещё…
До его квартиры ездила… Как дура звонила в домофон на протяжении получаса, но мне не открыли. Затем я случайно поймала ту самую женщину на выходе, с которой пару раз у нас выходили неловкие ситуации. Она как раз открывала подъездную дверь, когда я пыталась до него дозвониться.
— К Греку? — спросила меня, и я кивнула.
— Его, кажется, уже вторые сутки нет, девушка, — ответила она, и я ощутила лёгкое жжение. Не знаю уж, откуда она знала… Прозвучало странно, но убедительно. Наверное, она завсегдатай там у них. О всех всё знает…
Я хотела выйти на его родителей, но постеснялась. В конце концов, вдруг он где-то с кем-то зависает. С какой-то девушкой. Это был бы ужасный удар по моей самооценке, а скорее всего, так и есть после всего. Наверное, он сбрасывает напряжение, пока я как дура за него переживаю.
И, кстати, не за него одного…
С Никой мы встретились в тот же день. Много разговаривали. Она плакала. Сказала, что они с Максимом вроде как ещё не готовы к ребёнку, но мне хотелось ударить её по голове… То есть, делать она его была готова, а отвечать — нет. Конечно, я сказала ей, что буду постоянно помогать ей, подменять её и делиться финансово, ведь у меня есть для этого все возможности. Я просто не хочу, чтобы она наделала глупостей и нервничала сейчас. Это на нём точно отразится. И это небезопасно. По поводу Максима я в принципе не была уверена. Ну кто захочет растить ребёнка от другого парня? Разве что святой… Или тот, кто тебя очень любит… А что конкретно между ними я не знаю…
Всю ночь из-за этого разговора и ситуации с Назаром мне снятся кошмары… В себя прийти никак не получается, потому что у нас с ним проблема на проблеме, как снежный ком. Я уже просто не знаю, где правда, а где ложь… Кого мне слушать? Если Ника уверяет, что переписывалась с ним, а потом пошла за ним в приватную комнату… Мне даже слушать это было противно, не то, что представлять…
Утром собираюсь на пары и мысленно пытаюсь повторять ответы на все вопросы, которые могут всплыть в ходе конференции. Чувствую себя неподготовленной, потому что несколько дней подряд не могла думать ни о чём, кроме Назара и Ники. Где бы он сейчас ни был, надеюсь, у него всё хорошо. Потому что я бы не хотела, чтобы с ним что-то случилось… Да я бы, наверное, этого и не пережила бы…
В универ приезжаю вовремя. Сначала у нас три пары, а потом уже преподаватель отпрашивает нас с лекции для той самой конференции в актовом зале.
Интуитивно я ощущаю что-то… И это что-то грядёт…
Только Назара не вижу. Хотя людей тут куча. Даже какой-то местный телеканал. Ведь здесь будут представители органов исполнительной власти, и они могут предложить места для распределения после окончания университета. Для кого-то это шанс. Но я точно не пойду в данную сферу. Разве что частным юристом. Почему бы и нет… Только для этого нужно плодотворно учиться, а не выяснять отношения сутки напролёт. Пора браться за голову.
Участвуем не только мы. Но и все курсы до пятого. Просто непосредственно нас представляет Татьяна Алексеевна. Мы — показатель успешности начала учебного процесса, а пятикурсники — её гарант.
— Рассаживайтесь… Русанова… Собери всех, поживее…
— Да, сейчас…
Пока мы все занимаем места за огромными столами, расставленными перед сценой, и преподаватели начинают представлять всех, озвучивая, какие вопросы будут освещены в ходе конференции, мысленно я уплываю куда-то, пытаясь вникнуть в речь и рассматривая огромные лампы на потолке аудитории. Вот так дела…
Впервые улетаю куда-то, не думая о том, что происходит вокруг.
На сцене сейчас лекторы и эксперты, обсуждающие актуальные вопросы юридической науки. В воздухе ощущается энергия и заинтересованность участников, я стараюсь сосредоточиться и впитывать каждое слово, ведь это мой первый такой опыт, но нет... Никак не могу, ведь всё время думаю, что он сейчас откроет эту дверь и зайдёт сюда в своей привычной оборзевшей манере…
Вижу, как мои коллеги задают вопросы и делятся мнениями — создается ощущение живого, насыщенного интеллектуального диалога, который стимулирует меня к дальнейшему развитию. И только я собираюсь вступить в диалог, озвучив ответ на очередной вопрос, как…
Весь мой мир неожиданно рушится, потому что слайд презентации, которая была на экране, неожиданно сменяется видеозаписью. Где в какой-то компании людей сидит моя сестра, Назар и ещё куча людей. А потом… Я вижу, как она встаёт и идёт куда-то по тёмному коридору, заходя вслед за неизвестным парнем с точно такими же волосами, как у Назара. Золотистыми и торчащими в разные стороны. Уже под другим ракурсом… Я вижу его лицо. Даже без подсказок бы сразу поняла, что не он, но у меня всё равно перехватывает дыхание от происходящего. Все вокруг начинают галдеть и переглядываться, потому что вообще не понимают, что происходит, а мне стыдно… Запись сразу же прерывается, ведь её останавливает человек за ноутбуком, но всё уже и без того становится понятным. И я ищу его глазами...
А через несколько секунд в дверь и вовсе буквально вваливается тот самый полуизбитый пошатывающийся на ногах парень. Ну а за ним, естественно, золотой мальчик с красивым именем.
— Андреева! — орёт буквально с порога, чем просто вызывает дрожь по телу и заставляет вытянуться струной, и все сразу же бросают на него ошарашенные взгляды, в том числе и Татьяна Алексеевна, которая, кажется, пребывает в бешенстве. Назар находит меня взглядом в толпе ежесекундно. Словно датчик в нём вшит. — Ну, вот он, герой твоего романа! — оглушает меня словами. — Вот от него твоя долбанутая сестра понесла!
— Грек, какого чёрта?! Выведите его! У нас важное мероприятие! — рычит на него заведующая кафедрой юриспруденции, а мне становится так стыдно. Особенно когда туда идут мужчины, чтобы вывести и его, и этого парня, а он начинает наезжать на них.
— Только троньте, нахуй. Жизнь не дорога?! — щетинится и расправляет плечи.
Ловлю взглядом глаза Татьяны Алексеевны, которая одним только кивком даёт мне понять, чтобы я шла и успокаивала его, но я как к столу приросла, если честно.
— Назар, что ты делаешь… — бормочу, растерянно глядя на него. От его поведения все волоски на теле вздыбились, блин…
— Я-то?! Нихера! Восстанавливаю справедливость! Так что все вопросы к вот этому фуфелу! Я ничего не ломал… Вопрос в том, что ты сделала… Ты… — при всех говорит он, а потом проглатывает ком, устало на меня глядя и опуская руки. Мне кажется, даже в помещении становится мрачнее, словно солнце зашло за тучи в этот самый момент. Он уже не хочет выяснять что-то. Только выдыхает. — Ты меня всю душу расковыряла, нахер… До мяса…
Чувствую, как мои глаза слезятся, как в груди из-за этого всё щемит, а он, опустошённый, вымотанный и несчастный, начинает уходить отсюда…