Чтение онлайн

Богдан отказывается от чая – под предлогом того, что к чаю ничего нет. А я купила, между прочим! Но если это не из-под моих рук, то, значит, не считается – как уведомил меня уважаемый Богдан Васильевич, увлекая на диван. Разбаловался рекордными темпами, как по мне. Но его хочется баловать, вот в чем ужас. Не все же ему меня шубами пугать.

Мы устраиваемся на диване, а он у Богдана огромный, буквой «П». Интересно, зачем ему такой?

Богдан обнимает меня, прижимается щекой к макушке. Как будто собирается с мыслями для разговора. И он прав. Нам надо поговорить. Только Богдан молчит. Видимо, слова все не подбираются. И у меня тоже. Мне очень хорошо и уютно в его руках сейчас, но я пытаюсь думать. Например, о том, как бы спросить его о том, как у него там дела на заводе. Мне, правда, интересно. Нет, не то слово. Мне надо это понимать. Я постараюсь понять. Я постараюсь разобраться в хитросплетениях этой большой нефтехимии, раз уже она меня со всех сторон окружила. Главное, чтобы этот умник не понял мои слова превратно – в стиле его бывшей жены.

И вместо этого мои мысли уползают в сторону Татьяны. Нет, о ней самой мне думать вообще не хочется. Все уже. Совсем все. Но она словно трамплин в прошлое. С Татьяной я свое прошлое закрыла. А с Богданом? Он ведь гораздо важнее для меня, чем Татьяна. Несравнимо важнее. И поэтому я вместо вопросов про работу говорю вдруг другое:

– Знаешь, как я по тебе в шестнадцать сохла?

Богдан молчит. Нормальные девушки в таком не признаются, я вот прямо нутром это чую! Я это запоздало понимаю. Но заткнуться уже не могу.

– Знаешь, до чего я дошла? Я завела левый аккаунт и написывала тебе всякую чушь. Про сны там. И прочий романтический бред.

– Незнакомка. Через заглавную «З».

Я подскакиваю. Точнее, пытаюсь, но Богдан крепко держит меня за плечи.

Поворачиваюсь, не веря тому, что услышала.

– Ты… Ты… Ты знал, что это я?!

Он медленно кивает, не сводя с меня внимательного взгляда. А вдруг сейчас, непоследовательно, внезапно, решаю, что хочу, чтобы он снова отрастил бороду. Иначе меня так и будет разрывать между двумя: гладковыбритым Бо из моего прошлого, в которого я была безответно влюблена в свои шестнадцать, и нынешним мужчиной, который стал для меня, кажется, самым важным человеком.

– Предполагал.

С ума сойти… Я не испытываю стыда или рефлексии. Прошлое все-таки осталось в прошлом. Частями. А частями – сидит сейчас рядом и смотрит на меня… Я даже слов не могу подобрать, каким взглядом. И молчать не могу!

– И о чем ты еще предполагал?

– Что ты в меня влюблена.

И тут то, десятилетней давности смущение все-таки настигает меня. И я отворачиваюсь и утыкаюсь лицом. Хочу в спинку дивана, но получается в плечо Богдана.

– Представляю, как это было утомительно для тебя.

– Очень. Тебе шестнадцать, ты сестра моего лучшего друга. Я просто не знал, что делать.

Как же это все-таки… унизительно для меня. И тут Богдан добавляет то, что переворачивает все мои мысли.

– Поэтому страдал молча.

Эти слова… Я их трактую однозначно, мгновенно, но… Но разве они могут быть правдой? Что и Богдан, тогда, десять лет назад, что-то ко мне чувствовал?!

– Страдал?!

Он прижимает меня к себе плотнее, касается губами виска.

– Может, громко сказал. Но ты мне нравилась. Очень.

– Из-за тортов, – от шока брякаю я.

– Не только, – мягко смеется он. – Ты мне просто очень нравилась. Может быть, я даже был в тебя… Не знаю! Но было нельзя.

– Почему?!

– Ну, я так тогда решил. Что раз ты еще школьница, да еще Сашкина сестра – мне с тобой мутить нельзя. Думал, подождать хотя бы до твоих восемнадцати. А там…

Сижу, медленно, со скрипом переваривая услышанное. Усваивается с трудом. Получается, и Богдан – тоже?.. Любил платонически школьницу, а трахал студентку?

Ну, кто так делает, Богдан Тамбовский?! Да еще выбрал для этого такую…

Но как же это все… Кажется невозможным!

– Ты это сейчас специально так говоришь! Чтобы мне не так обидно было. Что я по тебе безответно сохла! – это звучит инфантильно, я знаю, чувствую. Но слова Богдана слишком неожиданные. Я все никак не могу их переварить!

– Угу, – задумчиво тянет он. Гладит по плечу. – Слушай, а ты, получается, вещие сны видишь.

– В смысле?! – не улавливаю логику перехода. Голова кругом.

– Помнишь, ты писала мне, что я тебе снился. В красном пуховике, пушистой шапке, а вокруг снег, ветер, вьюга. У меня есть красный пуховик. И шапка из енота. А снег, ветер и вьюга тут в регулярном меню. Все, как тебе и приснилось. Только ты писала, что тебе было за меня страшно. Вот это лишнее.

И я снова вскидываю голову. Я не сразу вспоминаю эти свои дурацкие сообщения с левого аккаунта. А Богдан… Богдан их помнит. Значит… Значит, все правда.

Смотрю на него, открыв рот.

– Не надо за меня бояться, Ариша.

И закрывает теплым поцелуем мой приоткрытый от удивления рот.

Что-то круглое: торт, бублик, орбита планеты, колесо Сансары или галактика – я не знаю, любой вариант меня сейчас устраивает! – делает полный оборот. И все, наконец, замыкается. Встает на свои места. И становится понятно, зачем было тогда – и зачем сейчас. Только Богдан не дает мне насладиться моим только что обретенным полным знанием. Он все целует и целует меня. А потом прижимает снова к себе – крепко-крепко.

– Прости меня.

Я вообще не понимаю, за что ему сейчас у меня просить прощения. За то, что не проявил взаимности тогда, десять лет назад? А надо ли было? Были ли у нас шансы тогда? Я не знаю. Зато знаю, что сейчас все изумительно правильно.

– Тебе не за что извиняться.

– Я на тебя вчера накинулся… А тебе, наверное, нельзя.

Кто про что, а Богдан Тамбовский про секс!

– Ну… Да, – приходится соглашаться. Потому что-то врач что-то такое говорила. Про половой покой. И что беременеть нельзя полгода минимум. Про анализы. Про обследования. Про гормональную терапию. Я все это сейчас помню не то, чтобы очень четко. Единственное, что теперь ценю особо – предусмотрительность Богдана ночью. И еще одно я знаю четко. Половой покой – словосочетание какое смешное – это правильно. Ну, врачам виднее, конечно. Только покой душевный – он важнее. А для душевного покоя мне просто необходим Богдан. Рядом. Близко.

– Так и думал, – вздыхает он. – Давай, сходим к врачу.

– Мне кажется, тебе он уже не поможет. Ты безнадежен.

– А при чем тут я? – он явно не понимает, что я шучу. – Давай, найдем этого вашего… как их там… гинеколога. И сходим.

– Ты тоже?

– В коридоре посижу, – упорно не слезает с темы Богдан.

– Зачем?

– Чтобы убедиться. Что я тебе там… Не навредил.

Я прикрываю глаза. Я в шестнадцать не только вещие сны видела. Я еще и влюбилась в самого лучшего на свете мужчину.