Чтение онлайн

Через пару лет Светлана поняла, что ничего у нее в Кемерово по-прежнему нет: ни дома, ни денег, ни мужа, ни профессии. А в Сочи все могло чудесным образом появиться. Да даже если и не появится, на желанной чужбине море, пальмы, красавцы-мужчины, в конце концов, там тепло!

Светлана добралась на автобусе до Новосибирска, провела там два чудесных дня в гостях у родственников Надежды. Потом купила билет в плацкартный вагон поезда «Новосибирск-Сочи» и три с половиной дня наслаждалась проплывающими за окном пейзажами, бесконечными чаепитиями с попутчиками и мороженым на залитых солнцем перронах.

На вокзале странница выбрала востроглазую бабушку, энергично размахивавшую табличкой «Самое дешевое жилье с видом на море», и отправилась с ней в лачугу, расположенную действительно у моря, но только высоко в горах.

«На одном уровне с морем жить – много ума не надо, – объяснила квартирная хозяйка. – А вот когда ты над морем возвышаешься, – совсем другой масштаб получается».

А еще через год девушка переехала к Надежде, у которой уже было трое детей – девочки-двойняшки и еще одна малышка – и уже не было мужа. Оставаться у бабушки в лачуге Светлана не могла, поскольку пивной бар, где она работала официанткой, закрылся, а новую работу найти не удалось. И еще она ждала ребенка.

Про отца малыша Надежда знала немного: зовут Александром, имеет свой журнал, не бедствует, красив, они и познакомились-то со Светланой в модельном агентстве «Мистер и миссис Стиль». Про своего сына Александр ведать не ведает, поскольку возлюбленная бросила его еще до того, как узнала о беременности. А когда узнала, приняла решение отношения не возобновлять и ничего ему о ребенке не говорить.

«Знаю, что ребенку нужен отец, – объяснила Светлана Надежде, – но надоел мне Сашка. Он такой скучный, что хоть в петлю лезь, даже деньги его мне тоску не скрасят. Я другого отца для малыша найду! А Гордеев слишком надоедливый, может вцепиться в ребенка и помешать мне личную жизнь устроить. Пока про ребенка вообще никто знать не должен. Расскажу о нем только тогда, когда буду уверена в чувствах того человека, кого сама себе выберу».

Так в жизни Надежды появился еще один малыш, требующий заботы.

«Ателье для собак и кошек «Котсо» – по-прежнему гласила вывеска заведения Максима Галактионова.

– Что за дискриминация! – возмутился Александр, когда впервые увидел вывеску. – Мне, конечно, приятно, что в качестве названия ты выбрал предложенный мной вариант и даже деликатно упомянул сначала собак, коль скоро в названии главенствуют коты. Но это не снимает с тебя ответственности за дискриминацию. А если к тебе забредет куница или, скажем, крошка-хорек? Им что, голыми из-за твоей прихоти ходить?

– Собак и кошек вполне достаточно, – стоял на своем Максим.

Однако теперь рядом с примелькавшейся вывеской появилось кое-что новенькое – рекламный плакат весьма пошловатого вида.

«Браво!» – Александр мысленно рукоплескал другу. – Какой изящный способ нашел, чтобы избавить старушку от уборки подъездов, не задевая ее гордости».

Никакие «лица фирмы» Максиму, конечно, не требовались, просто он решил подкормить собак и облегчить жизнь их хозяйке. Правда, предварительно все-таки подстраховался и проверил через знакомого частного детектива – не эксцентричная ли она миллионерша, как ему в первую минуту показалось.

В плетеном креслице, изображенном на плакате, восседала белая персидская кошка в синем платье с воланами. Справа от нее на задних лапах, положив передние на подлокотник креслица, стоял вполоборота Тишка, а слева, в такой же позе – Мишка. Оба – в матросских костюмчиках.

– О, новая веха в истории фотографии! Какой глубокий замысел! – издевался Александр.

– Какое название – такая и фотография. Юморить – так по полной, – невозмутимо откликнулся Максим.

А бабу Варю фотография привела в восторг, только кошка смутила.

– Кошка нам потребовалась исключительно из дипломатических соображений, – объяснил старушке Максим. – Все-таки ателье наше шьет одежду как для собак, так и для кошек. Но поскольку основные клиенты – собаки, то и «лицами фирмы» мы выбрали тоже собак.

Весть о том, что собаки бабы Вари стали лицами фирмы, а сама она уволилась из уборщиц, быстро разнеслась по округе.

«Обычные дворняжки, ничего особенного», – удивлялись одни. Другие и вовсе раздражались: «Они что там, настоящих собак не видели?» А те, у кого имелась предпринимательская жилка, решали: «Наши-то собаки гораздо лучше!» – и отправлялись в ателье «Котсо» за удачей.

Первой предательницей оказалась Римма из второго подъезда, хозяйка пуделя и болонки.

Антонина, которая всегда была в курсе не только действий, но и планов всех жильцов дома, и благодаря которой, собственно, все и узнали о привалившем бабе Варе счастье, сразу побежала к подруге с доносом.

Баба Варя до того поразилась коварству соседки, что даже суп разлила.

– Как подъезды мыть – так ее нет! – горячилась старушка. – А как лицом фирмы стать – здрасьте, ее рыло тут как тут.

Раньше баба Варя, может, пошумела бы да и успокоилась. Но не теперь, когда стала осведомленным человеком. Недавно в ателье она прочитала в толстом глянцевом журнале от начала и до конца статью о том, как нужно действовать, чтобы получить хорошую работу и удержать ее. Статья оказалась большой и мудреной, ничего конкретного баба Варя не запомнила, но суть уяснила – действовать нужно хоть как, лишь бы был результат. Поэтому конкурентов баба Варя решила не щадить.

– Неряха она, кашляет то и дело, и собаки у нее непривитые, замучаетесь заразу разгребать, – тараторила баба Варя, встревоженно вглядываясь в лицо Максима.

Еще более грозным конкурентом показался ей преподаватель музыки из соседнего дома – в элегантном светлом костюме, с красавцем-лабрадором.

– Запойный мужичок, – врала баба Варя, – костюм взял напрокат, а собака, не удивлюсь, если краденая.

– Мишка и Тишка великолепны и полностью нас устраивают, – успокоил сотрудницу Максим, – тем более, они уже являются лицами нашей фирмы, и мы не можем, даже если и захотим, заменить их другими претендентами.

«Нет моим собакам замены! – торжествующе объявила тем же вечером баба Варя Антонине. – Так и передай ходокам обнаглевшим, чтобы псов своих не мучили, по жаре зазря не таскали».

Сказала – и похолодела. Максим Андреевич сообщил, что ее собаки являются лицами фирмы. Но они же не умеют носить одежду! Как же могут лица фирмы, которые рекламируют ателье для животных, расхаживать голыми? Опростоволосился Максим Андреевич, а как рассудок к нему вернется, погонит он ее собак взашей, как пить дать погонит!

Надо бы правду прямо сейчас, на ночь глядя, выяснить, чтобы зря себя надеждой не тешить. Все равно ведь не уснет.

– Как же «лица фирмы» без одежды ходить будут, они ж срывают ее! – частила, тяжело дыша, баба Варя, буравя взглядом владельца ателье, успевшего переодеться в пижаму. – Вы, Максим Андреевич, наверное, забыли об ужасном песьем поведении, когда моих собак на работу звали.