Чтение онлайн

— Вот смотрите, трудится она теперь в «Рококо», цены у них на кухни сами знаете какие, соответственно и зарплаты сотрудников на уровне. Поэтому обида на нашу фирму если и была, должна сойти на нет. Сергеева проектирует мебель в головном офисе на Ленина, работают они по двенадцать часов, два через два. В день, когда мы закрывали объект, была её смена с последующим выходным. Из офиса она ушла одной из последних, долго провозилась с клиенткой, и прямиком направилась в клуб, где провела остаток вечера и ночь. В клубе тусовалась в компании своего парня и подобной им пары друзей. Около четырех утра они заявились к ним на съемную квартиру, где продолжили веселье. Да так, что соседям пришлось вызывать полицию, дабы угомонить распоясавшуюся молодёжь. Компания «советам» сотрудников вняла и вскоре завалились спать, по словам свидетелей ближе к шести утра. Покинули квартиру только на следующий день, около восьми вечера, посещали кинотеатр, хотя это время нас уже не интересует. А, и ещё! Примерно в половину шестого к ним приезжал доставщик еды, что тоже подтверждает: квартиру они не покидали. Да и признаться в их состоянии…

— Ей не обязательно проделывать это самой, — предположила я.

— Вы правы, не обязательно. Но уж слишком мудрено. Нанимать кого-то, деньги платить, причем, наверняка, не малые… особым богатством ни она, ни её парень похвастать не могут. Предположим вы или я кого-то наняли, — приподнял он бровь и развел в стороны руки: — Гипотетически. И что мы делаем?

— Что? — поддержала я его игру, хотя и так поняла куда он клонит.

— А мы, дорогая Юлия Викторовна, ждем с вами отчетности, фото или видео и после исполнения заказа передаём деньги. В долг с нами никто «работать» не будет. Возможно даже волнуемся, беспокоимся, чтобы всё прошло согласно плану. Сомневаюсь, что будем преспокойно тусоваться по вечеринкам. Конечно, возможности обмена в клубе я тоже не исключаю, но по мне это — пустышка. Девка про нас и думать забыла.

— А по моей личной просьбе у вас есть что-нибудь?

Начальник охраны открыл папку и протянул мне цветное изображение молодого человека, распечатанное на обычной бумаге. Ничего общего парень Марины с интересующим меня Денисом не имел, даже отдаленно. Я вернула ему «фотографию», мысленно соглашаясь с его аргументами, пожалуй, и правда — пустышка. Покидала кабинет Шумилова разочарованная: хотелось бы уже прекратить существовать в ожидании очередной подлости. Я уже была у двери, когда Шумилов добавил:

— Вы не расстраивайтесь. За девушкой еще присмотрим, я даже попрошу приятеля провести с ней беседу, не под протокол, разумеется.

— Спасибо, Петр Сергеевич, с наступающим!

— С наступающим! Всех благ вам!

Звонок от Артемия Яковлевича застал меня, когда мы лениво перепирались со Светкой. Подружка втюхивала аргументы о совместной встрече нового года, я напрочь отказывалась: нет уж, пусть шурует к своему Пеньку, как и задумывала, я там совершенно не к месту.

Объявившийся по телефону мужчина пригласил меня таки на кофе, сославшись на важный разговор. Приглашение я приняла, и уже через час входила в довольно милую кофейню «Бариста», неподалеку от офиса. Оглядела зал, прошла к дальнему столику, плюхнулась на диванчик и уставилась на город сквозь огромные окна. Город утопал в снегу. Суета, пробки, всюду мигающие днем и ночью гирлянды. И люди. Много-много людей всюду, в эти дни особо спешащих по своим очень важным делам. А мне как будто и не к чему готовиться; нам с отцом многого не требуется. Непривычно. Нужно задумать подарок для отца, правда, ума ни приложу, чем его порадовать. Вообще сомневаюсь, что он теперь способен радоваться.

Артемий возник словно из ниоткуда, стоило лишь отправить официантку восвояси. Он «перехватил» девушку, заказал кофе и «кучу самых вкусных пирожных». Присел напротив меня, предварительно повесив своё пальто на стойку. От него исходил морозец, воздух вокруг наполнился свежестью, сумев вытеснить из ноздрей стойкий запах кофе. Щеки разрумянились, и в целом он выглядел бодро, как после хорошей прогулки.

— Здравствуйте, Юленька, ничего, что я так, по-свойски? — улыбнулся он и потер ладони. Я тоже растянула в ответ губы и заверила что ничего, валяйте, мол. Чего уж, выла при нем белугой, какая из меня теперь Юлия Викторовна. Слёзы обнажают душу, выворачивают изнаночной стороной, а если ты приоткрыл свою изнанку человеку, считай, поделился ей, пусть даже самым крохотным кусочком. Артемий кивнул, отмечая моё согласие, и сказал: — Прошу любезно простить меня за задержку.

— Глупости, это я рано пришла.

— Вы пришли как раз вовремя, а вот мы угодили в жуткий затор. Макс сейчас пытается прорваться в районе площади, как оказалось передвигаться без автомобиля сегодня гораздо быстрее.

— Вы сюда пешком шли? — не поверила я.

— Всего лишь два квартала, — не придал он значения, своей вынужденной прогулке. — Я к вам с предложением. Только для начала хотелось бы перейти на Ты, как вы на это смотрите?

Благодушная улыбка красовалась на его лице как приклеенная, рождая идеи о подвохе, мысленно я приготовилась к худшему, в глубине души надеясь — обойдется.

— Положительно, — отозвалась я, гадая, что за этим последует.

— Отлично, — кивнул он и продолжил: — Юля, у меня к тебе просьба. Точнее даже не просьба, приглашение. Наша фирма устраивает рождественский бал седьмого января. Основная направленность благотворительность, а по сути, привлекаем инвесторов и обозначаем своё место на рынке. Среди приглашенных политики, бизнесмены, артисты и художники, элита, так сказать, местного розлива. Я буду очень рад видеть тебя на данном празднике.

Возникла пауза, подошедшая официантка тому виной, или же он произнес все что хотел и теперь ждал моей реакции, но я не спешила отвечать, размышляя с какой такой радости, он меня к местной элите причислил. Девушка расставила кофе и пирожное, удалилась, а я бросила гадать и вполне вежливо высказалась:

— Не совсем понимаю свою роль на данном мероприятии.

— В наше время найти даму для свиты не представляет сложностей. Только видеть абы кого в этой роли нет ни малейшего желания. Ты мне симпатична, глубоко симпатична, — акцентируя, повторил он, — мне ужасно хочется пригласить тебя и более того сопровождать на этом балу. Прошу, подумай, сразу не отвечай. У тебя есть целых пятнадцать минут, пока мы пьем кофе, — здесь он лукаво улыбнулся, одними глазами, давая понять, что последнюю фразу про пятнадцать минут нужно воспринимать как шутку.

— У меня только один вопрос: тот ли я человек, что вам нужен?

— Тебе, Юль, тебе. Мы же договорились, — сгреб он мои руки, тут же накрыв их своими ладонями. Немного сжал и поднял в воздух, разводя в стороны, как будто тренируется перед танцем, выделывая различные па нашими руками: — Да мы затмим любую пару на этом балу, умоем этих чертовых снобов!

Прозвучало самонадеянно, хотя он вроде бы шутил. Почему то я поверила: он способен «умыть снобов», только буду ли я под стать? Я освободила руки, пока мы не расплескали кофе, подхватила чашку и поинтересовалась:

— А тебя не беспокоит, что эти «чертовы снобы», прозовут тебя «столичный выскочка»?

Он заливисто рассмеялся, по-юношески, заразительно и порадовал:

— Ничуть. Зато теперь я уверен, что сделал правильный выбор.

Я согласилась. Заняться мне в каникулы особо нечем, а слово «бал» само по себе привлекало и будоражило любопытство. Мы допили кофе, отведали пирожное, условились о способе доставки меня на бал (он заедет за мной в шесть, нужной датой) и стали прощаться.

— А что если мы завтра поужинаем? — предложил он напоследок.