Чтение онлайн

Я сидела на диване, смотрела на куриный суп, который она принесла, мысли были немного рассеянны

Я родилась в бедности, и любовь, которую я получала, была поверхностной. Я даже не чувствовала семейной привязанности уже несколько лет, не говоря уже о любви. Я не умею и не научилась любить других. Моя бабушка усыновила меня и дала мне познать заботу и тепло в последующие годы. Я понимала это как любовь. Давид невероятно груб, упрям и холоден, я считаю его параноиком. Защита Маши и поддержка меня во всем – это то, как я понимаю дружбу.

Но те моменты, когда Руслан за последние два года относился ко мне хорошо, можно пересчитать по пальцам. Я действительно не смею считать такое отношение за любовь. В мои намерения не входило по ошибке относиться к выдержанному уксусу как к вину, и он был кислым в течение половины жизни. Мне нравится мой муж, поэтому я могу вынести его непостоянство и холодность, но это не значит, что я могу притворяться глупой и относиться к его редкому хорошему обращению как к любви!

Становилось все темнее, я была измотана, но не могла заснуть после долгого лежания в постели. Раньше я привыкла спать с Марией. Сейчас же я лежала одна на огромной кровати. Я просто запаниковала от чувства пустоты. Ветер за окном был сильным, начинался частый и громкий летний дождик. Пронеслось несколько порывов сильного ветра, за которыми последовал проливной дождь. Я не могла заснуть, посмотрела на настенные часы. В час ночи я разозлилась так, что просто накинула халат и вышла на балкон.

Потому что в прошлый раз, когда я попала под дождь на балконе, муж изменил его. Теперь дождь не мог проникнуть внутрь, и я чувствовала только холодный ветер. Я сильно нервничала и чувствовала себя неважно, стало душно и защемило в груди, поэтому я просто спустилась вниз и вышла во двор. Экономка вырастила много цветов и растений во дворе особняка. Недавно прошло несколько сильных дождей, цветы все погнулись, что выглядело очень подходяще моему настроению.

Я не могла отделаться от ощущения, что немного похожа на эти цветы и растения, не могла удержаться, чтобы не выйти во двор и не позволить проливному дождю намочить меня. Летний халат был тонким и через некоторое время промок. Дождь не был холодным, даже немного освежал. На сердце было очень тяжело, когда я сидела на корточках во дворе и тихо плакала. Людям всегда нужно дать волю чувствам, так что ничего страшного в том, чтобы просто поплакать в этот дождливый день.

Когда Таисия Ивановна нашла меня, я горько плакала. Она держала зонтик и сильно запаниковала, хотела отвести меня домой, но, в конце концов, женщина была в возрасте, и если я не уйду, она ничего не сможет с этим поделать. Экономка беспомощно выронила зонтик и побежала в холл. А когда вышла, то держала в руке плащ и накинула его на меня, чтобы успокоить:

— Дитя мое, ты не можешь так себя мучить. Если тебе не жалко себя, ты должна подумать о ребенке в своем животе. Если с ним что-то случиться, что тогда делать!

Но я не могла ее ясно слышать, просто горько рыдала, сидя на корточках, мне не терпелось выплакать все свои обиды и боль. Хотя летний дождь не холодный, в конце концов, я беременная женщина. Я не могла сидеть на корточках под дождем в течение часа, независимо от того, насколько хорошо мое здоровье. Вдруг закружилась голова! Удивленный голос экономки раздался у меня над ухом:

— Господин, Вы вернулись!

Я не могла не оглянуться. У ворот стоял Руслан, он был одет в черный костюм, его глаза были холодными и ласковыми одновременно. Он сердито направился ко мне. Поднял меня и вошел в дом. Он сохранял спокойствие, а мои глаза болели после долгого плача. Я не хотела его видеть, поэтому просто закрыла их.

Когда Таисия Ивановна увидела, что приближается хозяин дома, она перестала вмешиваться.

Как только дверь спальни закрылась, муж сорвал с меня одежду и понес в ванную. Если бы он не заговорил, я, естественно, тоже молчала бы, в комнате стояла ужасающая тишина. Время шло мало-помалу, мое замерзшее тело согрелось, а опухшим глазам стало немного лучше. Слегка приоткрыв их, я увидела Руслана, мрачно смотрящего на меня глубокими и холодными глазами. Спустя долгое время его тонкие губы слегка приоткрылись:

— Нравится себя мучить? Весело тебе?

Я нахмурилась и лежала голая в ванне, а он наблюдал за мной. Это было неловко. Я встала и приготовилась выйти из ванной.

Он меня опередил:

— А ну-ка ложись обратно!

Я нахмурилась и равнодушно ответила:

— Я хочу спать!

— Ха! Планируешь выйти и поспать на улице? – Не давая мне встать из воды, он выглядел очень сердитым: — Почему ты выбежала под дождь?

Я взяла банное полотенце, накрыла им свое тело и небрежно сказала:

— У меня плохое настроение!

— В плохом настроении? – он усмехнулся: — Все, кто в плохом настроении как ты, сами ищут гибели. Улицы полны трупов. Эмилия, ты мучаешь себя или мучаешь меня?.

Я подняла глаза, чтобы взглянуть на него, и посмотрела на свое отражение в его зрачках:

— Разве это тебя мучает?

После паузы я не смогла удержаться от смеха:

— Правильно, в это время ты должен развлекаться со своей любимой. Таисия Ивановна позвала тебя и отвлекла, наверное, правда помучила.

Игнорируя его холодное и ужасающее лицо, я извинилась с небольшим притворством:

— Мне действительно неловко. Я обещаю, что этого больше не случится. Уже поздно. Тебе лучше пойти и побыть с твоей любовницей, а я тоже отдохну!

— Эмилия! – он подавил свой гнев. — Тебе обязательно разговаривать со мной так язвительно?

Я подняла брови и цинично сказала:

— Ты слишком много думаешь, я говорю без сарказма, у меня нет к этому способностей.

— Ты... – Руслан злобно рассмеялся, поднял меня из воды и бросил прямо на кровать.

Я натянула одеяло, чтобы прикрыться, и он криво улыбнулся:

— Ты говоришь такую ерунду и все еще понимаешь, что нужно стесняться?

Не обращая на него внимания, я поджала губы, взглянула на кровать и увидела, что там нет одежды, а затем заметила, что муж снимает промокшее пальто. Рубашка почти вся промокла и прилипла к его крепкой груди. Это выглядело очень привлекательно. Я поджала губы и нахмурилась:

— Руслан, я не хочу делать это с тобой!

Красавчик перестал расстегивать пуговицы и усмехнулся:

— Ты так уверена в моей физической силе!

Бросив на меня холодный взгляд, он сказал равнодушно:

— Не волнуйся, я еще не настолько безрассуден!

Мужчина расстегнул рубашку, снял ее и отбросил в сторону, затем развязал ремень, снял брюки, и я заметила большой кровавый шрам на спине, когда он наклонился, это было ужасно! Похоже, что раны были очень серьезными. Он отбросил брюки в сторону, увидел, что я смотрю на него, и заметил, что я разглядываю его шрамы. Нахмурился и сказал: